Позднее здесь будет выведена хронология и очередность постов
Добро пожаловать к нам на Marauders. The reaper’s due!
Смешанный мастеринг, эпизоды, рейтинг NC-21. Октябрь/Ноябрь 1978 года
RegulusОтветственный за прием и регистрацию персонажей
ICQ: 745005438
Tlg: @antraxantarion
, ElysseГлавный админ
Tlg: @cherry_daiquiri
ICQ: 702779462
, AthenaОтветственная за конкурсы и развлекательные мероприятия
ICQ: 744828887
28.12 Отзывы о дизайне. Нам важно ваше мнение!
28.12 Система развития магических умений. Теперь активная игра - это не только весело, но и выгодно!
28.12 Магические способности - новая информация
28.12 Все, что вы хотели узнать об образовании в волшебном мире
28.12 Локации - Магический мир теперь полон возможностей! Карты, организации и описания - все для вашей фантазии.
28.12 Акция Brave New London
28.12 Три новых конкурса - спешите поучаствовать!
28.12 Перевод времени - теперь в игре октябрь/ноябрь 1978 года!
нужные персонажи и акции
активисты
лучший игрок
постописцы
эпизод недели
лучший пост
Улисс всё же был рад своим близким, особенно бабуле Роз. Каждый его день рождения был возможностью для него получить от неё объятия, такие тёплые, что он даже подозревал, будто мачеха специально копила в себе всю доброту целый год для подобного момента. Улисс забывал все невзгоды, и даже терпел все обвинения в безнравственности и безответственности с её стороны, ведь чувствовал, что она его любит. читать дальше

Marauders. The Reaper's Due

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Когда долго смотришь на море…


Когда долго смотришь на море…

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Когда долго смотришь на море…

…начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей – по морю.

http://funkyimg.com/i/2NAmY.gif

Дата и место эпизода

Действующие лица

Пасхальные каникулы 1977 год. Британия, Суссекс, дом Фоули

Эдвард Фоули и Маргарет Макмиллан

Бывает же, когда сидишь молча, смотришь на этого человека и делаешь вид, что все равно, а сердце бьет изнутри.

+4

2

[indent] — ...Не забудь надеть костюм — он у тебя в спальной, на кровати. И причешись, наконец, а то голова вечно как воронье гнездо! А ведь придет Маргарет!..
[indent] — И что?
[indent] От ответа мама, казалось, впала в ступор. Всего на секунду ее лицо сменилось с рассерженного на недоуменное, а после на… сочувствующее? Наверное, так. Всего несколько мгновений, но и мгновений хватило, чтобы понять — что-то здесь не так.
[indent] Хотя, конечно, сразу понятно, что — сегодня была очень важная дата, юбилейный день рождения у отца, только-только начинался его долгий путь к пятому десятку.
[indent] Именно из-за этого праздника мама и сходила с ума.
[indent] Вернее, из-за его организации, которую традиционно поручили хозяйке поместья. К событию готовились чуть больше месяца, и на маму всей тяжестью легли заботы по подготовке празднования от самого начала и до сегодняшнего дня. Гостей должно было прийти довольно много, да каких! Все бабушки и дедушки, дяди и тёти, будь то Фоули или Пруэтты, хорошие знакомые с работы, соседи-маги, кузены и кузины… и Макмилланы. Всем семейством. Они-то и были важнейшими гостями, ради которых так старалась мама. Она очень боялась встретить одну из самых влиятельных и богатых семей Англии как-то плохо, неподобающе и недостойно их статуса, поэтому организовала все по высшему уровню, настолько хорошо, насколько только смогла. Но все эти пошивы мантий, заказы торта и пирожных, уроки этикета домовым, и прочее, и прочее уж очень сильно вымотали маму, и та уже едва стояла на ногах в середине дня, хотя и пыталась сделать вид, что все еще грозная и полная сил.
[indent]«Девушку из Гриффиндора в жены брать не стоит — слишком уж сильны характером».
[indent] — Не забуду, мам! — заверил ее Эд и, натягивая на лицо свою самую добродушную улыбку, аккуратными шагами ретировался к выходу. Ни к чему злить маму так открыто, лучше просто, как пушистый домашний котик, покивать, но сделать по-своему. Надо ли говорить, что наряжаться он вовсе не торопился? Он вообще не любил такое скопление людей, которое случится будет всего через час, и поэтому проклятую необходимость «надеть что-то изысканно красивое», то есть парадную мантию, откладывал как только мог. Потому что стоит ее надеть, как сразу же на плечи будет давить осознание того, что неизбежное уже здесь и дышит прямо в спину. Даже от мыслей об этом по ней пробежали мурашки. Мурашки страха и безысходности.
[indent] «И почему я должен наряжаться для Маргарет? — стал возмущаться Эдвард. — Никогда не приходила раньше, и было бы намного лучше, если б и в этот раз тоже не пришла».
[indent] Только для этих Макмилланов — а Эд был уверен, что исключительно для них — мама решила проводить банкет в Золотом Зале, самом красивом и большом зале поместья, который не открывали со времен похорон прадедушки-министра. Надо ли говорить, сколько в нём было пыли, грязи, и кому досталась работа по очистке? Эдвард и Бет даже с помощью магии справлялись очень, очень долго. И потом ещё пришлось вывесить портреты древних волшебников из Дома Фоули, любящих поболтать со староанглийским акцентом, украсить стены всевозможными изображениями гербов семьи, расставить столы и стулья, образовав огромную букву «П», накрыть их белейшими скатертями, всюду поставить вилки-ложки согласно этикету… В общем, на долю Эда и Бет выпала сложная работа, и они прекрасно справились, превратив зал из старого пыльного помещения в настоящее дворцовое крыло, выдержанное в стиле викторианской эпохи и достойное даже приёма самого Мерлина, не то что членов древних чистокровных семей. Разве таких огромных усилий недостаточно для того, чтобы впечатлить Макмилланов? Неужели нужно облачаться в эту дурацкую парадную мантию, будто он идет на выпускной бал Хогвартса, и развлекать всех гостей разговорами да спрашивать, все ли их душеньке угодно?
[indent] Эдвард ловко скатился по перилам винтовой лестницы, но только когда его ноги коснулись пола, он понял, что совершенно не знает, куда пойти. Можно, конечно, всё-таки сходить в комнату и надеть злополучную мантию, но ему пока не настолько нечем заняться… тогда, наверное, можно прогуляться по саду, посмотреть, как там молодые яблони поживают. Их садил он сам еще летом, в прошлом году, надеясь таким образом разнообразить свою коллекцию растений и красоту вокруг, и с наступлением хорошей погоды ему все не терпелось застать момент самого первого открытия самого первого цветочка.
[indent] — Милорд, как хорошо, что я нашел вас! — радостно, но громко кричит эльф, с характерным хлопком возникнув из воздуха прямо перед Эдвардом. У того едва не прихватило сердце от такой неожиданности, но через мгновение юноша уже приходит в себя. По крайней мере, внешне он старался выглядеть сдержанно и спокойно, будто бы ситуация полностью ему подконтрольна. Так советовал делать отец перед домовыми, чтобы выглядеть не по-дружески, а по-хозяйски, как подобает будущему главе Дома.
[indent] — Постарайся, пожалуйста, не пугать так больше, — попросил Эд, зная, что тот лишь энергично покивает, но тут же забудет. — Что там?
[indent] — Макмилланы прибыли, сир. — Эльф старается говорить как можно учтивее и вести себя как можно… человечнее, как его учила мама, но было видно, что это ему даётся тяжеловато. Эдвард ведь говорил, что затея эта бессмысленная.
[indent] — Хорошо, я… — парень на секунду замешкался, думая, как поступить лучше. — Я встречу их. А ты пока предупреди мою леди-мать, она наверху.
[indent] Вот ведь неудача! Некому их встретить, кроме Эдварда, а у него не было никакого желания пересекаться с Маргарет. Чёрт!
[indent] Юноша прикрыл глаза, досчитал до десяти и выдохнул. Ничего не решилось за эти десять секунд само собой, поэтому всё-таки придётся идти.
[indent] Накинув мантию, он поспешил к калитке, за которой уже было видно всех членов основной ветки Макмилланов, глава которой был хорошим другом папы Эда. Живая изгородь была не так уж высока, чтобы Эдвард мог разглядеть и Маргарет… вернее, лишь на секунду глянуть в нее сторону, поймать ее взгляд и тут же повернуть голову в другую сторону. А ведь он всё-таки надеялся, что она не придёт, но все зря.
[indent] Эдвард все еще едва ли не плевался от того, что правила этикета требовали от него слишком многого в отношении Маргарет, но он сдержался. Не было уже той злости, что почти полгода назад, просто ледяное чувство обиды и лёгкое отвращение, не более. Но и этого, оказывается, было достаточно, чтобы прикладывать колоссальное количество усилий для того, чтобы быть с Маргарет подчёркнуто-вежливым, а не видеть в ней лишь пустое место, как все это время было ранее.
[indent]Но все же, он встретил их так, как и предполагалось — хорошо. На всевозможные шутки, конечно, его не хватило, но завязать небольшой разговор с мистером Макмилланом и похвалить платье его леди-жены он успел. Этого было достаточно.
[indent] — Простите, милорд и миледи, но мне нужно откланяться, — кивнул он, передав первых гостей в руки матери. Эти старомодные обращения резали слух, но матери было угодно, чтобы все было не просто культурно, а слишком культурно.. Он хотел сходить за отцом, который, кажется, настраивал порталы где-то у моря. Не все так уж хорошо и легко умели трансгрессировать, как те же Макмилланы, и потому нужно было им помочь. Эдвард хотел ему помочь, но нельзя было — Министерство разрешило проводить эту процедуру только ему, так что, к сожалению, никак. Папа решил расставить порталы в разных местах, но юноша так и не понял, почему именно так, но мир магии всегда опутывали странные формулы и сложности, поэтому Эд решил не вдаваться в подробности. Ему было достаточно той информации, что папа сейчас должен был зачаровывать одну из ракушек где-то там, у моря, куда парень тотчас и направлялся.
[indent] Спускаться всегда было трудно — чем ближе к берегу, тем спуск оказывался круче, так что легче всего было сбежать вниз и спрыгнуть в мягкий песок, нежели идти медленно, боясь упасть и испачкать мантию, как шел Эдвард. Папу уже было видно и отсюда, с середины склона, но Эду не хотелось использовать «Сонорус», чтобы отвлечь папу от такого важного зачарования. От такой тонкой работы вообще опасно кого-то резко отвлекать, иначе может случиться что-нибудь непредсказуемое. Именно поэтому Эдвард спустился вниз до самого пляжа, так что отец сам его услышал и прекратил что-то бормотать себе под нос, развернувшись к нему.
[indent] — Макмилланы, — только и выдохнул Эдвард, торопившийся к отцу как можно быстрее и от того запыхавшийся. Тот только кивнул и тут же трансгрессировал к дому, оставив сына в одиночестве. Чёрт! Почему ему, уже умеющему делать это с лёгкостью, нельзя так же? Подумаешь, день рождения в июле, что это меняет?
[indent] Назад возвращаться совершенно не хотелось. Ему и тут, на берегу было хорошо, тем более, что вверх идти трудновато. Эдвард присел на песок, плюнув на то, что запачкает мантию и джинсы. В конце концов, он маг, справится с этим как-нибудь.
[indent] — Акцио сигареты, — шепчет он, будто бы опасаясь, что его подслушивают. Конечно, он боялся, что об этом его пристрастии узнают родители, но что уж делать — нужно было выкурить хоть одну перед празднованием, ведь там уже некогда будет, а он уже не курил очень давно. Пачка была надёжно спрятана на ветках одного из дубов, так что вряд ли ее кто-то нашел бы. Зато притягивать чарами ее было просто, не боясь, что что-нибудь сломается.
[indent]Пачка со свистом пролетела над головой и попала прямо в руку Эда, слегка помявшись по пути. Вытащив одну, Эд невербально зажёг ее и затянулся, расслабив взгляд. Шипящий шум моря, приятный мягкий бриз, дующий прямо в лицо, мерзко-притягательный дым в лёгких действовали расслабляюще, и если какое-то желание подняться и вернуться домой еще было, то тут же исчезло. В одиночестве ему было хорошо. И, самое главное, тихо.
[indent] Было тихо, пока сзади не стали слышаться приближающиеся осторожные шаги.
[indent] Эдвард резко развернулся и уже приготовился применять те два чудесных заклинания Стоуна, одно из которых, с весьма неприятными ощущениями, выветривало весь дым и запах из организма, а второе превращало сигареты в леденцы с горьким вкусом, но не тут-то было. Это, к счастью, были не родители.
[indent] — А, это ты… — облегчённо выдыхает Эдвард и продолжает курить, как ни в чем не бывало. Это, к несчастью, была Маргарет. Хотя почему же к несчастью — ему было совершенно безразлично.
[indent] — Чего ты хочешь? — сухо осведомляется он, продолжая глядеть не на Маргарет, а на море. Он пока не мог решить, интересно ли ему, зачем девушка сюда пришла, или было абсолютно все равно. Наверное, первое — предположить, зачем ей вдруг понадобился бы он, Эдвард не мог. Это было… странно, поэтому он продолжал концентрироваться на сигарете, а не на Маргарет — а то снова предательские мысли о ней заполонят голову, и от этого ничего хорошего точно не будет. Опять.
[status]Совсем не печально[/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Эдвард Фоули, 16</a> <br> Рейвенкло <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br>Хогвартс, шестикурсник<br>Нейтралитет<br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Кто угодно, но не она</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br><img src="https://d.radikal.ru/d27/1805/6c/5707a8d5d989.png" border="0"> х50 ʛ <br>[/lz]

Отредактировано Edward Fawley (25.12.2018 21:24:45)

+6

3

- Почему праздник у Фоули, а волноваться о том, что подумают другие должны мы?
Маргарет в очередной раз расправила складки на юбке платья, а затем, следуя примеру отца, уселась в кресло и разве что ножки на кофейный столик не заложила. Не успела. Тут же из коридора послышался голос миссис Макмиллан, и Маргарет тотчас подскочила на ноги, взявшись снова приводить свой внешний вид в порядок.
- И зачем мне это платье, если в нем ни сидеть, ни ходить нормально нельзя? Мне что, весь вечер стоять? – Все продолжала негодовать девушка. На самом деле она не против выглядеть как феечка (или цветочное пирожное), но она не готова весь праздник сидеть как на иголках, боясь повернуться. Ну а вдруг после этого ткань не так ляжет. Ой, все, весь образ будет испорчен.
Отец на такие вопросы предпочел только пожать плечами. Ему сегодня тоже здорово досталось. Во-первых, дорогая женушка запретила надеть килт, мол, местная фауна не поймет. Во-вторых, забраковала подарочек. За последнее было особенно обидно. Отец так старался, столько усилий приложил, чтобы найти тот самый квоффл, что залетел во ворота противника от сборной Англии на последнем Чемпионате Мира. Отец ведь водит дружбу с мистером Фоули еще со школьных времен, они вместе играли за сборную Хаффлпаффа, так что он отлично знает его вкусы. Но миссис Макмиллан была другого мнения. Она решила, что запонки гоблинской работы – именно то, о чем мечтает мистер Фоули. Прямо спит и видит. Маргарет такое желание матушки всегда все делать по-своему и никогда никого не слушать слегка раздражало, но спорить - себе дороже. Так что отец предпочел согласиться с женой и подарить запонки. Но Маргарет, хитрый носик, разузнала, что квоффл мистер Фоули тоже получит. Но уже в Министерстве. От своих затей папенька никогда не отказывается, особенно если он считает себя правым. А он сейчас прав.
Матушка на этот раз не заставила семейство ждать. Часы в гостиной еще не пробили пять вечера, а миссис Макмиллан уже спустилась по винтовой лестнице вниз. Отец тут же поспешил отсыпать несколько комплиментов жене, за что его заставили поправить воротник мантии. Но затем маман все-таки улыбнулась, добавив, что она всегда выглядит великолепно. Спорить было сложно. Сколько Маргарет себя помнит, столько мама выглядит так, как будто к Министру в гости собралась. Жаль, что дочери это умение не перешло. Они еще из дома не вышли, а у Маргарет уже слегка волосы растрепались. Хорошо, что мама на это не обратила внимание. Еще запретила бы головой вертеть. Ну а что, красота требует жертв. Правда, непонятно для кого ее так нарядили. Неужели и ее матушка подхватила болезнь всех благородных леди и тоже решила выдать дочь замуж, как только та закончит Хогвартс? Нет, это уже слишком. У Маргарет свои планы. «И все-таки надо быть начеку», - заключила Макмиллан, выходя из дома.

- Так, руки-ноги на месте? – Улыбнулся отец, осматривая дочь. 
Маргарет еще не сдала экзамен по трансгрессии, так что отпускать ее одну преодолевать такое огромное расстояние родители не осмелились, хоть дочь, пока они переходили улицу, около десяти раз и повторила, что все эти разрешения – это чистой воды формальность и вообще, она уже умеет трансгрессировать. Вот и сейчас девушка готова была снова завести свою песенку, но не успела. На горизонте появился Эдди. Весь такой сдержанный и вежливый, что даже страшно. «Ты что из Средневековья сбежал?», - хотела поинтересоваться она, но Фоули наградил ее таким хладным взглядом, что тут же захотелось дать ему пощечину, а затем развернутся и уйти домой. Он что думает, что она сюда специально приплелась? Да Мерлин ей в свидетели, Маргарет совсем не хочет здесь находиться. Она заложница обстоятельств, как и Эдвард. Или она должна была подхватить драконью оспу, чтобы не портить нежному цветочку праздник? Так вот, не дождется. Если ему так тошно ее видеть, то пусть сам и болеет. Принцесса избалованная!
Маргарет демонстративно отвернула голову в другую сторону. Хорошо, что они не в кладовке, и помимо Эдварда есть полно других замечательных и достойных ее внимания картин. Да,лучше пялиться на деревья, небо и травку, чем на эту обиженку. Как он ей там сказал, «видеть тебя больше не хочу, Макмиллан»? Что же, она тоже видеть его не желает. «Хоть бы причесался», - фыркнула она себе. Она могла это и вслух произнести, да только Эдвард изволил покинуть малоприятную компанию. Видите ли, у него дела. «Благородства как кот наплакал». Но, кажется, родители были другого мнения. Отец так точно. Только об Эдварде и говорил, пока они шли к дому. Матушка, кажется, не особо была довольна встречей, но в целом соглашалась с отцом. А когда поинтересовались мнением дочери, то Маргарет предпочла смолчать. Как-то не особо правильно жаловаться на Эдварда в его же доме. К тому же, на горизонте появился мистер Ричард, и тема беседы тут же сменилась.

- Леди желает вина или, может быть, какой-то другой напиток? - Пропищал эльф, тем самым отвлекая Маргарет от дурных мыслей. Родители оставили ее одну за столиком. Отец побежал с мистером Ричардом рассматривать его коллекцию чего-то там (дочь так и не поняла чего), а матушка восхищалась интерьером дома в компании миссис Фоули. Маргарет, видимо, должен был развлекать Эдвард, но тот где-то запропастился.
- Миледи, – холодным голосом поправила девушка. «Знания этикета такие же, как и у твоего хозяина».
Макмиллан не ожидала, что Фоули внезапно забудет об их обидах и начнет с ней общаться, как ничего не было, но он мог хотя бы сделать вид, что ему непротивно смотреть на нее. Она ведь сделала. Хотя это было очень легко. Маргарет уже давно не обижается на Эдварда. Более того, несколько раз в Хогвартсе она хотела подойти к нему и заговорить, возможно, попросить извинения за свое дурное поведенье и объяснить, почему она так ответила на его чувства, но затем ее всегда что-то останавливало. В последний момент Маргарет всегда вспоминала, что это мальчики должны делать первый шаг и тоже начинала дуться. За это она ненавидела себя еще больше, но ничего поделать с этим не могла. Она гордая и упертая.
Эльф слишком близко к сердцу принял ее замечание. Упав на пол, он начал биться головой об пол и обзывать себя ужасным домовым эльфом, недостойным служить такому благородному семейству. Взоры всех, кто находился в зале, тут же сместились на него. Маргарет могла тоже сделать вид, что не понимает, что происходит, но не смола. Ей стало жалко домашнего эльфа, все-таки не так уж смертельно он провинился.
- Эй, не надо, - она присела рядом с эльфом, что теперь колотил маленькими кулачками об пол и обзывал себя глупым, - все хорошо. Ты не сильно и ошибся, - на секунду он посмотрел на Маргарет, шмыгнул носом, а затем опять начал проклинать себя. – Ну, все, хватит! – На этот раз сработало. Домовой перестал колотить пол, вытер нос и уставился на гостью таким взглядом, как будто позади нее стоит огромный дракон. – Вот, правильно. Скажи мне лучше, где твой хозяин Эдвард Фоули.
Эльф еще раз шмыгнул носом, а затем показал в сторону окошка, из которого открывался прекрасный вид на море. 
- Спасибо. Ты очень мне помог.
Эльф довольный собой поднялся на ноги, раскланялся, а затем поспешил покинуть зал. Маргарет решила последовать его примеру. Кое-кто из гостей все еще смотрел на нее. А если о случившемся узнает матушка, то вечер точно превратится в чтение нотаций. «Довести чужого эльфа до истерики, вот это позор!», - уже слышался голос маман в голове.

«Лучше бы плюнула на правила и трансгрессировала». 
Путь от дома к дикому пляжу был не таким уж долгим, и можно было справиться за десять минут, если бы не одно «но» - неудобные, но очень красивые туфли. Маргарет несколько раз готова была послать все к черту, решив, что это не она должна за Эдвардом бегать, но все то же пресловутое упрямство не позволяло бросить дело на полпути. Маргарет решила высказаться Эдди, излить душу, расставить все точки над «і» и пусть будет, что должно быть. Она устала дуться и ломать комедию. И вообще, вся эта обидчивость – совсем не тот результат, что она хотела получить. Макмиллан желала остаться с  Фоули друзьями, а не стать непримиримыми врагами.
- Не знала, что ты куришь, - усевшись рядом и наконец-то сняв неудобные туфли, Маргарет внезапно осознала, что не знает, как правильно все объяснить Эдварду и с чего стоит начать беседу. Наверное, стоило об этом подумать в дороге, но она предпочла полыхать от гнева. – Там, в доме, тебя, кажется, искали, - ей было трудно добирать слова. Все было не тем и не таким. Она должна сказать Эдварду, что он ведет себя, как глупая девчонка и с этим надо заканчивать, а не говорить непонятно о чем. – Но я понимаю, почему ты предпочел находиться здесь, а не там. Красивое место, - шум моря должен успокаивать и проводить мысли в порядок, кажется, так говорится во многих умных книжках, но на практике все совсем не так. Маргарет это раздражает, отвлекает и путает все мысли. Она окончательно растерялась, не понимая, что еще добавить. И стоит ли еще что-то говорить. – Прости, что потревожила. Я бы никогда сюда не пришла, если бы знала, что ты здесь. Наверное, мне стоит уйти.
Маргарет сейчас ненавидит себя, но что она может поделать? Вся ее храбрость растерялась где-то по пути и теперь все, что она может – говорить ни о чем.  А еще Рейвенкло! Позор, если говорить одним словом.[nick]Margaret Macmillan[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NQiW.jpg[/icon][status]Леди [/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Марагрет Макмиллан, 17</a> <br> Рейвенкло, - <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br> Хогвартс, 6 курс <br> Нейтралитет <br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Все очень сложно</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br>[/lz]

Отредактировано Margaret Macmillan (04.12.2018 11:22:43)

+5

4

[indent]Ненависть — горячий напиток, который стремительно остывает, если его вовремя не разогревать новыми порциями злости и язвительности. Она, остывая, почти всегда становится обидой — мерзкой ледяной жидкостью, которую обиженный вынужден всегда пить. У кого-то со временем она заканчивается, кто-то очень злопамятен и хлебает ее всю жизнь, не понимая, как от нее избавиться. К числу последних принадлежал и Эдвард, за столько времени так и не сумевший избавиться от проклятой обиды, смешанной с щепоткой сожалений. Навсегда вычеркнув из жизни Маргарет, он так и не смог выбить из головы мысли о ней, о себе, о том, как все могло случиться и как всё произошло на самом деле, ведь это было поистине трудно. Она, казалось, всегда была рядом — на уроках, на кружках, на матчах по квиддичу, — но слишком далеко, за незримой толщиной стены, что состояла из его слов. Слов о том, что он никогда больше не захочет увидеть Маргарет Макмиллан.
[indent]  Это была ложь.
[indent] Он хотел видеть Маргарет. Хотел держать ее за руку, обнимать при встрече, болтать ни о чём. Хотел видеть ее улыбку — ту, что была запечатлена на фотографиях, занявших стену в его комнате. У него были там и другие фотографии, но те, что были с Макмиллан, сильно отличались от остальных. Их было больше, чем других, и многие из них были неподвижны, как те, что засняты на маггловские камеры. Мэджи на таких снимках не уходила от него, не говорила никаких обидных фраз и всегда была такой, какой он хотел ее видеть — радостной, нарядной и красивой. Так что он не совсем солгал тогда — он желал видеть Маргарет, но совсем другую, ту, что сам себе придумал и в которую полностью уверовал, не видя за этой ширмой иллюзии настоящую. Не разглядел действительности за выдумкой.
[indent]Но его по-прежнему терзал вопрос — все ли он о ней придумал?
[indent]Но после такой мысли Эдвард всегда приказывал себе не думать о ней. Никогда. Но сердцу не прикажешь. Из-за таких боев между чувствами и умом в его голове который месяц был кавардак, но в последнее время он сумел свыкнуться и начать справляться — в конце концов, это его поведение было жалким и ничтожным, недостойным волшебника Рейвенкло и наследника Дома Фоули. Его новым увлечением стали сигареты — дым и шум волн, шелест листьев или вой ветра действовали на него успокаивающе, очищая голову от ненужных переживаний. После них действительно было легче — то ли потому, что маггловские сигареты пробуждали какую-то лечащую магию, то ли потому, что он хотел верить в то, что они действительно помогают.
[indent] — Ты никогда и не спрашивала, — хмыкнув, ответил он, выпуская в сторону струю дыма. Ветер быстро уносил его прочь, куда-то назад, быстро исчезая в воздухе но Эдвард все равно мысленно приказал дыму не лететь в сторону Маргарет — ей наверняка было бы неприятно, а она всё-таки гостья. И дым, нехотя, но выполнил приказ. Маггловские вещи такие… послушные.
[indent] Проследив взглядом за тем, как девушка присаживается рядом, он усмехнулся. Красивое золотистое платье в пол, волосы, развеваемые на ветру… миленько. Но позабавило его то, что Маргарет сняла туфли. Это не подобало леди — раздеваться в обществе мужчины… но Эдди еще мальчик, а здесь, на берегу, не было правил. Но странно, что ее не предупредили о том, что склон здесь каменистый и крутой. Хотя нет, не странно — ведь это произошло бы только в том случае, если она пришла бы сюда сама, не поставив в известность родителей. Зачем? Что ж, это… интересно.
[indent] — Просто здесь мне хорошо, — выдохнув, ответил Эдвард. — Шум моря громче мыслей, он заставляет меня отдыхать. У меня и у тебя впереди тяжелый день, так что нужно насладиться моментом, в котором рядом не будет людей.
[indent] К сожалению, не получилось. Ни Эдвард, ни Маргарет не оказались в одиночестве.
[indent] — Да все нормально, — небрежно бросил он, продолжая глядеть куда угодно, только не на Маргарет. Может, он и был обидчивым и все еще не простил Маргарет то, в чем на самом деле был повинен сам, но сейчас в нем проснулось какие-то безразличие и желание просто сидеть на месте, докуривая сигарету. Однако это сделать было не так-то легко — курил рядом с кем-то он первый раз, особенно настолько близко, и ему было очень неудобно перед Маргарет.
[indent]В последний раз как следует затянувшись, он выдохнул и потянулся левой рукой за палочкой. Неопределенно взмахнув ею влево-вправо, он заставил сигарету исчезнуть, а потом произнес нечто невразумительное и вычертил в воздухе руну, чтобы заставить все следы дыма рассеяться вокруг, не оставив после себя ничего, в особенности запаха. Коснувшись тела, заклятие моментально выдернуло из него все то, что впиталось вместе с сигаретами, и Эдварда на мгновение скривился — процедура была на редкость неприятной. В лёгкие будто засунули трубку и через нее вытащили все наружу, вместе с лёгкими же. Голова закружилась, а живот скрутило в комок, но это нормально. Придётся потерпеть.
[indent] — Прости, это просто… — он перевел взгляд на неё, но вместо ожидаемого непонимания увидел на ее лице загруженность. Она будто считала в уме большие числа, но… когда считают, не выглядят так, будто вот-вот заплачут.
[indent]— Эй! Ты чего? — от его прежней безучастности и спокойствия не осталось и следа, их место заняла противная растерянность. А когда Эдди растерян — он взволнован. — Я… подожди…
[indent] Маргарет была в одном лишь платье, хотя ветер на берегу разгулялся нешуточный. Может быть, она просто замёрзла? Эдди поднялся и накинул на девушку свой плащ, укутав и понадеявшись, что теперь ей станет лучше.
[indent] Внезапно вдруг к лицу подобрался стыд, стыд перед самим собой — «Что же, Эдди, ты так быстро откинул свою обиду в сторону?». Столько времени старался отречься от всех связей с ней, от всех мыслей о ней, и стоило ей появиться рядом, как вдруг снова он стал ворошить прошлое. Он лишь отмахнулся, неуверенно успокоив себя тем, что Маргарет — гостья в его доме, и он должен относиться к ней учтиво. И он должен сделать все, чтобы ей не было плохо даже здесь, вдали от родового поместья. И это едва убеждало его в том, что он поступает правильно.
[indent]— С тобой все хорошо, Маргарет? — действительно переживая, спросил он, сев рядом и поглядев в глаза. Больше всего он боялся растерянности и непонимания, а сейчас в нем было и то, и другое. И… это так странно, волноваться за Маргарет. На каждое его слово в голове раздавалось «Видеть тебя не хочу», а на каждое гадание о том, что же ее тревожит — приказ прекратить с нею любезничать, смотреть на нее, сидеть рядом... Но Эдвард не был бы Эдвардом, если бы всегда слушал внутренний голос. Это было бы слишком просто.
[indent]Он постарался улыбнуться, чтобы ее подбодрить, но вышло как-то вяло. Телу все еще претила мысль о том, что ему действительно интересно, что происходит с Макмиллан, но постепенно оно свыкалось с этим. И ведь действительно, что могло ее привести сюда? Она наверняка узнала, что он здесь, и притом пришла по своей воле, иначе бы за ним отправили Якоба. Как-то это… опрометчиво, неясно, даже глупо. Поступил бы так Эдвард, если бы все было наоборот?
[indent]— Если не хочешь говорить, не говори. Я понимаю. Главное, успокойся, — он едва ли умел подбадривать, особенно когда свое сердце ни с того ни с сего стало стремительно стучать в груди, но он пытался, пусть эти попытки и выглядели жалко. Он взял ее ладонь, такую же холодную, как лед, чтобы подняться и повести ее к дому, но так и не решился встать. Наверное, ему показалось, что она вот-вот что-то скажет, а может, ему просто захотелось еще немножко побыть у моря рядом с ней, чтобы этот шум, запах бриза и молчание успокоили ее. Он должен быть уверен, что гости в его доме счастливы… но только ли в этом дело?
[status]Совсем не печально[/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Эдвард Фоули, 16</a> <br> Рейвенкло <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br>Хогвартс, шестикурсник<br>Нейтралитет<br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Кто угодно, но не она</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br><img src="https://d.radikal.ru/d27/1805/6c/5707a8d5d989.png" border="0"> х50 ʛ <br>[/lz]

+4

5

«Ты  никогда и не спрашивала», - повторяет себе Маргарет, и эти слова причиняют боли больше чем Круциатус.
Очередной упрек в ее сторону. Опять она поступила не так, как от нее ожидали. На мгновение Маргарет одолела такая злоба, которую никогда не испытывала раньше. Хотелось задеть Эдварда в ответ, чтобы он тоже понял, каково ей сейчас. Неужели, он о ней все знает, обо всем спрашивал? Что-то Макмиллан не припоминает, что давала Фоули разрешение на тот поцелуй. Так что перед тем, как брызгать ядом в ее сторону, пусть лучше посмотрит на себя и свои действия и наконец-то поймет, что не такой он уж благородный, как решил.
Но Маргарет не смогла ничего сказать, а тем более сделать. Она только сухо кивнула, потупив взор. Действительно, Эдд прав, Маргарет его никогда не спрашивала о вредных привычках. Глупенькая девушка просто решила, что она и так все знает. Они ведь почти круглосуточно вместе. Но нет, она ошиблась. Макмиллан всего лишь перелистала несколько страниц из огромной книги и решила, что знает чем все закончится. Но ведь так не делается. Кому как не студентам Рейвенкло знать, что уловить суть можно только, если прочитать трактат полностью, от корки до корки, не упустив ни малейшей детали.
«Ну я и дура», - по-другому назвать себя язык не поворачивался.
На душе было совсем скверно. Теперь она начинала понимать, почему Эдвард так легко отстранился от нее. Ни какая это не слабохарактерность, нет. Все это время она винила его в том, как легко он перечеркнул все годы их дружбы, но мало задумывалась о его чувствах, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы открыться ей, как тяжело было слышать ее отказ. А после этого она еще требовала жить, как ничего не произошло, чтобы они снова были просто друзьями.
«Да ты, Макмиллан, не просто дура, ты еще и очень жестокая», - ехидно добавил внутренний голос, и на этот раз спорить было сложно. Хватит уже заниматься самодурством.
Наверное, у нее был ужасный вид, если Эдд так внезапно перестал быть холодным и безразличным. Маргарет хотела отмахнуться рукой, уверяя, что все хорошо, она просто думает, можно ли с помощью магии превратить море в огромный каток, но ведь это будет очередной ложью, а она так устала лгать ему. Если бы Эдвард только знал, как ей сейчас сложно здесь находиться, но ведь он не владеет легилименцией, иначе он бы не стал себя так с ней вести. Это Маргарет точно знает. Она ведь не настолько плохо его изучила. Фоули на самом деле очень добрый и отзывчивый, а в этой отстраненной вежливости виновата сама Макмиллан.
- Спасибо.
Маргарет было неловко принимать от Эдварда пальто. Она не хотела выглядеть в его глазах слабой или жалкой. Но с другой стороны ей приятно. Хотя, конечно понимает, что Эдд поступил так, как написано в правилах этикета. Это она всегда забывает, как вести себя с гостями и не умеет совладать с эмоциями, но не Эдди. Маргарет нравится в нем эта черта характера, хотя она всегда пыталась высмеять его за чрезмерную правильность. Но поступил ли Эдд так, только потому, что правила нельзя нарушать? Девушка предпочла не думать об этом. Ничего из этого не получится. На душе и без этого скверно.
Она продолжает хранить молчание, хотя правильно было бы кивнуть, уверяя, что все хорошо. Вряд ли Эдвард стал бы ее допрашивать. Но это снова ложь. Не все хорошо, и уже давно. Как он этого не понимает? Зачем спрашивает?
Желание высказаться снова возросло, и на этот раз Маргарет даже набрала в легкие воздуха, но затем только отрицательно качнула головой. Она не может кричать на Эдварда. Но ведь и дальше так продолжаться не может. Если бы только Эдд начал разговор о том, что между ними произошло, то она бы охотно его поддержала, не став на этот раз уходить от ответов, но он не начинал. Да и с какой стати ему это делать? Эдвард пытался уже во всем разобраться, Маргарет возжелала вести себя как избалованная девчонка, так пусть теперь пожинает плоды своих трудов.
«Но нет, хватит уже».
- Нет, ничего ты не понимаешь, Эдвард, - она отводит взгляд в сторону, предпочитая рассматривать вышивку на собственном платье и песок под ногами, но только не смотреть в его глаза. Он ведь призирает ее, она это точно знает. Маргарет сама себя ненавидит за содеянное. – Я сама ничего не понимаю. Запуталась окончательно, - она слабо улыбнулась, скорее от безысходности, чем от облегченья. – Я ведь думала, что поступаю правильно тогда на чердаке. Я просто, - нет, такие вещи стоит говорить в глаза. И как бы Макмиллан сейчас не боялась наткнуться на непонимание и злость, но все-таки нашла в себе силы посмотреть на Фоули, - …испугалась. Я не хотела тебя терять, понимаешь? Ты мне уже тогда был слишком дорог, Эдд. Ты был моим лучшим другом и если бы мы ошиблись, если бы наши чувства были бы глупой подростковой влюблённостью, мы бы потеряли друг друга. Поэтому я сказала тогда то, что сказала. Эдвард, я не хотела рисковать. Но я просчиталась и в конечном итоге все равно потеряла тебя. Мне не стоило так себя с тобой вести. Я понимаю, почему ты не хочешь меня видеть, но, знаешь, это ужасно. Если ты хотел задеть меня, как я задела тебя, знай, у тебя все получилось, - она вытерла тыльной стороной ладони слезы, что предательски наворачивались на глаза. Плакать Маргарет не хотела, оно как-то само получилось, и поделать с этим ничего не возможно было. – Но дело не в этом. Прости меня, Эдвард. Я была неправа. Я лгала тебе, глядя в глаза. Ты мне небезразличен. И тот поцелуй не был ошибкой.
Она не ожидала, что он скажет что-то в ответ. Ей не надо было, чтобы Эдд менял злость на милость. Для нее важно было высказаться, сбросить с души камень. И все-таки Маргарет так и продолжила держать его за руку, хотя взгляд отвела. Стыдно ей за свои действия.
«А море действительно помогает».[nick]Margaret Macmillan[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NQiW.jpg[/icon][status]Леди [/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Марагрет Макмиллан, 17</a> <br> Рейвенкло, - <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br> Хогвартс, 6 курс <br> Нейтралитет <br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Все очень сложно</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br>[/lz]

Отредактировано Margaret Macmillan (13.12.2018 23:43:21)

+5

6

Hold Me and Never Let Me Go

[indent]Ему было больно смотреть на Маргарет, которая выглядела слишком загруженной и печальной. Сложно было убеждать себя в том, что он к ней безразличен, сложно было играть бесчувственного зазнавшегося ворона, когда на самом деле он хотел иного, хотел утешить ее и уверить в том, что все наладится и все будет хорошо. Но если он сейчас встанет и всё-таки обнимет ее, прошептав на ухо эту сладкую ложь, то это будет равнозначно плевку в лицо собственной гордости, собственному «я», с помощью которых он приучался жить без Маргарет и этих «ошибок». Если он сделает это сейчас, то втопчет в грязь свои убеждения, те самые, которыми жил эти дни без Маргарет, а для Фоули это равносильно потере себя. Потеря себя гораздо тяжелее грусти одной гостьи, верно?
[indent] Хваленная им рациональность и холодный ум сейчас кричали в унисон, думая так же, пока Эдвард накидывал на плечи Маргарет это теплое пальто.
[indent]Так уж повелось, что семья Фоули традиционно училась в Хаффлпаффе, — по крайней мере, старшая ветвь, — и этому в доме уделено много внимания. Гектор Фоули, прадедушка и Министр Магии, чей портрет сейчас украшал Золотой зал, отличался бурной эмоциональностью, Генри Фоули, дедушка Эда, человек общительный и притягательный, Ричард Фоули, любимый папочка, весьма мягкосердечный и добрый… все они ярко выраженные ученики Хаффлпаффа. А Эдди не такой уж добрый, не слишком притягательный, не самый общительный… он нарушил традицию Дома и стал учиться на Рейвенкло. Но семейная чувственность не обошла Эдварда стороной, к сожалению или к счастью. В голове никогда не было противоречия больше, чем сейчас — даже тогда, в тот злополучный день накануне Рождества. Эдди каким-то мистическим образом понимал, что сердце сейчас стремится к девушке, которая была уютно укрыта его плащом, и как бы его разум не сопротивлялся, не обвинял себя в неверности собственным мыслям, все, что он мог, — просто смотреть. Со стороны, будто это и не его рук дело. И ведь правда — душевный порыв гостеприимности и желания видеть Мэджи счастливой сейчас не был подконтролен Эдди, и все что он мог, это подчиниться порыву и попутно шипеть ядом в свою сторону, не в силах сделать что-то другое. Сердце сегодня оказалось гораздо сильнее головы.
[indent]«Сейчас ты снова предашься воспоминаниям, станешь к ней ближе, и от этого потом тебе будет только больнее», — думал Эдди, глядя на море. Такое шумное и неспокойное.
[indent]Противоречия не давали ему сосредоточиться, усиливая столь ненавистную рассеянность и спутанность мыслей, и ругательства в свой адрес сейчас ясности совсем не прибавляли. Он совершенно не понимал, что должен делать, и просто прикрыл глаза, ожидая, что все закончится само собой. Вот до чего способна его довести одна едва не плачущая девушка... как же просто его выбить из обычной колеи, из привычного русла жизни. Вся ситуация была до ужаса странной и даже нелепой, и он совершенно не понимал, каким образом все происходило и почему он справляется о ее самочувствии, если всего пять минут назад напоминал себе, насколько сильно на нее обижен и совершенно не хочет видеть, ни единой секунды больше необходимого.
[indent] Никогда он не считал себя таким жалким, кроме как сейчас.
[indent]«Ничего ты не понимаешь, Эдвард, — вторят ее голосу мысли, доведшие светлую головушку до боли в висках. — Я и сама ничего не понимаю». Если раньше Эдвард терял нить происходящего, то теперь он едва ли не отрицал ее — казалось, что вот-вот мама разбудит его и пошлет надевать мантию, ведь скоро придут гости… но этого все не случалось и не случалось. И ее поток мыслей был нескончаем... каждое слово запутывало Эдварда еще сильнее, и он поднял на нее глаза, пытаясь понять, что это не шутка.
[indent]Но шутки приносят смех, а не слезы.
[indent] Слова давались Маргарет тяжело, и от каждого ее глаза становились все более мокрыми. Он покрепче сжал ее руку, будто бы уверяя, что слушает и слышит, уверяя, что он все еще здесь. Даже слушать такое было сложно, а уж говорить… Маргарет была невероятно мужественна, раз решилась на такое, в отличие от него — жалкого и ничтожного юноши, не способного на извинения. И она, наконец, закончила — попросив прощения за все то, в чем Эдвард ее обвинял, за все то, что в чем была виновата и в чем не была.
[indent]Это была настолько трогательная речь, что Эдвард потерял способность говорить. Если она была неискренна, то тогда кто же? Он верил всему тому, что она сказала, и это было так странно, что даже внутренний голос замолчал от осознания невозможности случившегося, оставив его в покое. Эдвард отпустил ее руку… но только чтобы через мгновение прижать леди к груди и не видеть ее слез, но ощущать ее тепло, которое позволило бы решиться сказать ей те слова. Она изредка всхлипывала, а он поглаживал пряди волос, уничтожая ровность и без того распавшейся прически, чувствовал ее слабость и облегчение, чувствовал, как слезы смачивают рубашку… всего несколько мгновений назад он был точно уверен, что они никогда не сядут ближе расстояния вытянутой руки, но сейчас он уже пытался успокоить ее и просто быть рядом, как будто не было всего того времени, что они провели не вместе.
[indent]«Если ты хотел задеть меня, как я задела тебя, знай, у тебя все получилось», — повторялось в голове. Эти слова устыдили Эдварда больше, чем все другие. Нет, он не хотел ее задеть, совсем нет. Он лишь хотел вычеркнуть ее из своей жизни, но причинил боль и страдания и себе, и, в особенности, ей. Она всегда была той Маргарет, которую он помнил… она всегда была той, которую он любил, но у маски его гордыни были слишком узкие прорези, чтобы это разглядеть. Он обвинил ее в чем угодно, но только не себя. И сейчас… сейчас, когда она, рискуя своими чувствами, обнажила свою душу, открылась ему, как тогда, на пыльном холодном чердаке, открылся он ей, и от осознания того, насколько он был глуп и ничтожен, ему и самому хотелось плакать. Ему не следовало торопить события, не следовало бежать к ней сломя голову — следовало просто подождать. Подождать, подумать, решить и решиться, но не давить и не требовать. И вот она призналась ему во всем, спустя три месяца, две недели и три дня. Не так уж и долго.
[indent]— Маргарет, — мягко позвал он, нарушив молчание. Пришлось шептать прямо в ухо — не было сил перекричать всплески волн. — Это ты прости меня. Я взвалил на тебя слишком много… — «Тот поцелуй не был ошибкой». — ...я не дал ни единого шанса сказать «нет». Это… было неправильно. — «Я лгала тебе, глядя в глаза». — Ты лучшее, что случалось со мной в жизни, Мэджи. Я очень долго был твоим другом, но я понял, что вижу в тебе не только друга. — «Ты мне небезразличен». — Но не хотел ломать нашу дружбу, как и ты. Мне казалось, это пройдет. Но это не прошло. Я ждал долго, очень, я пытался смириться с этим, пытался переключиться на кого-то другого, но все они не были и вполовину так же интересны, как ты. И один день, проведённый с тобой накануне Рождества, поставил моему терпению точку — я понял, что уже не смогу смотреть на тебя, как смотрел раньше. Но до меня не дошло, что все может быть не так, как мне того хотелось — ведь мы всегда были так близки…
[indent]Он выдохнул и прикрыл глаза, прижимая к себе еще крепче. Прижать — и никогда не отпускать. Только сейчас он понял, что такое любовь. Любовь — это уметь прощать и умение видеть только хорошее, забывая о плохом. До него, как всегда, дошло слишком поздно. Наверное, стоило бы ее поцеловать, стоило бы вновь показать друг другу свои чувства, но он не хотел так пошло нарушать этот волнительный момент. Момент, полный искренних переживаний и правдивых извинений.
[indent]— Я не отказываюсь от своих слов. Мне не показалось, Маргарет. Я действительно люблю тебя.
[indent] Наверное, только сейчас с его плеч упала целая гора. В его голове точно что-то сломалось, и он смог высказаться от чистого сердца. Он потерял себя — того себя, что был преисполнен яда и обиды, — и нашел себя снова, но уже другого. Того, у которого была под боком любимая маленькая леди, его леди — несносная Маргарет Макмиллан с факультета Рейвенкло.
[status] Любит почитать и Маргарет[/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Эдвард Фоули, 16</a> <br> Рейвенкло <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br>Хогвартс, шестикурсник<br>Нейтралитет<br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Есть одна карамелька</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br><img src="https://d.radikal.ru/d27/1805/6c/5707a8d5d989.png" border="0"> х50 ʛ <br>[/lz]

Отредактировано Edward Fawley (26.12.2018 20:03:00)

+3

7

«Нет, нет, нет, только не уходи»
Маргарет испугалась. Она была в отчаянии, готова была переступить через собственную гордость и схватить Эдварда за локоть, умоляя еще немного побыть с ней. Она бы не просила ее прощать и пытаться начать все с чистого листа. Макмиллан упертая, бывает резкой и чрезмерно эмоциональной, но она не настолько твердолобая и эгоистичная, чтобы насильно удерживать Эдварда возле себя. Если он так решил, если считает, что у них нет общего будущего, что же пусть будет так. Маргарет готова это принять, в конце-концов, она сама виновата в том, что Эдд отстранился от нее. Но она не хотела, чтобы все закончилось так быстро. Пусть Фоули тоже выскажет все что, думает, может даже дать волю чувствам и накричать на нее, но только не уходит. Не так быстро. Ей уже хватило изоляции в Хогвартсе. Знала бы она тогда на чердаке, что у ее отказа будут такие последствия, то никогда не сказала те слова. Как жаль, что у нее нет дара ясновиденья.
Но Эдвард не спешил уходить. Неужели он нашел в себе силы простить ее? А, может быть, собирается с силами? Нет, ей не хочется верить, что это затишье перед бурей. Это было бы слишком жестоко с его стороны – обнять, чтобы через мгновение отбросить. Эдд никогда бы так не поступил.
Маргарет цепляется за эти мысли, как за спасательный круг. Возможно, это самообман и она действительно ничего не знает об Эдварде, пусть будет так. Не всегда горькая правда лучше сладкой ложи. Порой надо смотреть на мир сквозь пальцы, чтобы не отчаяться и не закрыться в себе.
А минуты шли. Одна… Две… Три… Море все так же билось волнами об берег, желая заглушить мысли и подарить несколько минут свободы от всего мира. Маргарет понемногу приходила в себя. Она не хотела быть для Эдварда обузой. Пусть уже скажет, что должен сказать и поставит точку во всей этой трагикомедии. Но Эдд не спешил отпускать ее. Все так же прижимал к себе, как будто боялся, что стоит ему ее отпустить и все закончится, он проснется в своей комнате с горькой досадой, что все это было только сном. А, возможно, он корит себя за то, что довел ее до слез? В таком случае Маргарет стоило бы сказать, что не стоит, ведь дело не в нем. Вот только она не могла. Предпочла молчать, слушая как ровно, но часто стучит его сердце.
«Наверное, собирается с мыслями, - рассудила Маргарет. – Что же, нам торопится некуда».
Однажды они уже поспешили с выводами и ни к чему хорошему это не привело. А еще ею опять начинал овладевать страх, что это их последняя встреча.
«Нет, слишком рано, мы и так долго были порознь».
Маргарет все-таки переступила через гордость и обняла Эдварда в ответ. Если он решил уйти, то пусть знает, что это только его решение. Она не готова отпускать его.
Но Эдд не спешил говорить «прощай».
Его слова были как бальзамом для израненного тела. Все так искренне и правильно, что не хотелось ничего добавить. Да, они поспешили. Поддались эмоциям и сделали все не очень правильно. Но Маргарет не винит Эдварда. Она хорошо понимает, почему он так жаждал получить ответ. На его месте она поступила бы так же. Они давно друг для друга больше чем друзья, им стоило это принять, но они предпочли избегать ответственность. Дети… Что от них еще хотеть? Хорошо, что нашли силы и снова заговорили о чувствах, а не предпочли прятаться друг от друга до конца жизни, истекая ядом. Совершать ошибки нестрашно, если в итоге делать выводы. Пусть это будет для них уроком.
- А я отказываюсь от своих, - она снова посмотрела в глаза Эдди, но на этот раз ей не хотелось плакать или винить себя в омерзительном поведении. Она была счастлива. Уставшая от эмоционального надрыва, но все-таки улыбчивая. Она так боялась, что потеряла его навсегда, что Эдд отплатит ей той же монетой, но нет, он дал шанс все исправить. Способность прощать — главная драгоценность и как же Маргарет повезло, что Эдд ею наделен. - Я люблю тебя, Эдвард Фоули, больше всего на свете.
Теперь действительно ее душа обрела столь желаемый покой. Мир, который Маргарет знает, вернулся. Как же это прекрасно. Она столько всего хочет Эдварду рассказать и многом расспросить. Они не общались неприлично долгое время. Но беседы подождут. Сейчас есть дела поважнее. Например, видеть его улыбку. Как же Маргарет соскучилась по ней. Даже больше, чем за поучительным тоном и глупыми шутками.
- Как думаешь, нас уже ищут?
Время имеет странную особенность, оно течёт быстрее или медленнее в зависимости от восприятия. Кажется, магглы называют это Теорией относительности. Такая романтичная и такая грустная теория одновременно. Маргарет уверена, что просидели они вместе всего ничего, но на деле может оказаться, что прошло несколько часов. И как бы им не было хорошо вместе, стоит помнить, что у них есть обязанности перед другими.
- Когда я уходила, родители были слишком увлечены беседой. Представляешь, отцы пытались вспомнить с каким счетом разгромили Гриффиндор. Надеюсь, ты оставил метлу в Хогвартсе, еще не хватало, чтобы после нескольких бокалов вина, они вспомнили молодость.
Маргарет снова улыбнулась, представляя отца на метле. Но дело не только в этом. Дело еще в Эдварде и той легкости, что дарит он ей. Да, это сложно объяснить.
- Ты даже не представляешь, как мне не хватало тебя, Эдд.
На этот раз Маргарет не побоялась и взяла его за руку. Так никто не видит, а Эдвард ее за это не осудит.[nick]Margaret Macmillan[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NQiW.jpg[/icon][status]Леди [/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Марагрет Макмиллан, 17</a> <br> Рейвенкло, - <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br> Хогвартс, 6 курс <br> Нейтралитет <br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Все очень сложно</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br>[/lz]

Отредактировано Margaret Macmillan (22.12.2018 15:28:21)

+4

8

[indent] Эдвард готов был просидеть так долго. Нет, дело совсем не в бризе, что приятно пах морем, не в успокаивающих нервы и душу волнах, не в чувстве свободы от забот поместья, вовсе нет. Дело в Маргарет. Она была словно пушистая кошечка, которую так не хочется сгонять с коленок, когда нужно куда-то идти. Эдди не хотел и не мог расцеплять их объятия — он хотел как можно дольше, в полной мере насладиться этими мгновениями. Ее горячее дыхание на груди, ее теплые ладони, крепко сжимающие спину… все это хотелось ощущать в полной мере, за все те месяцы молчания и льда. Даже резвый ветер больше не обжигал холодом, потому что его надежно грела Маргарет и ее слова, полные искренности, полные любви. Эдвард долго молчал, обезоруженный ее словами, он просто не мог говорить. Ему было сложно подобрать слова, ведь хотелось, чтобы она простила его сейчас так же, как и он простил ее. За всё, что случилось между ними. Но потом он понял, что ему вовсе и не нужно подбирать слова — ему нужно было говорить то, что он чувствует, ведь нет лучшего дипломата, чем искренность, идущая от сердца.
[indent]Эти минуты ожидания наверняка превратились для Маргарет в пытку, пытку, что состояла из собственных размышлений и собственной неуверенности. Но это было лишь мгновение из тех истязаний, что они устроили себе сами, построив между друг другом невидимую стену из недопонимания, отвернувшись друг от друга и дав себе обеты никогда не прощать. Все это было, бесспорно, лишено смысла, ведь они действительно любили друг друга, и этим лишь сделали себе больнее, когда с лёгкостью могли всего избежать. Все проблемы заключались только в их гордости, в их желании слушать только себя и обвинять в чем-то — другого. Но Эдвард был рад, что Маргарет поняла это, не побоялась и сделала первый шаг к примирению, что она оказалась гораздо разумнее его самого. И ему было очень стыдно перед ней — ведь до него ни за что не дошло бы, насколько он был слеп, если бы не она. Эд предпочел сделать что угодно, даже закрыться щитом из бессмысленной обиды, делавшей только хуже, лишь бы потешить свою гордость и самолюбие. Он предпочел делать вид, что все прекрасно, когда на самом деле ему было ужасно плохо. Плохо без Маргарет.
[indent] Поэтому, произнеся эти извинения, ему было хорошо. Он не потерял себя, не предал свои убеждения, совсем наоборот — он нашел ту деталь, которую все это время отрицал, но которая нужна была его сердцу для целостности. Любовь. Эдвард был благодарен Мэджи за то, что нашла в себе силы простить его, нашла в себе силы признаться после тех чудовищных слов, что он наговорил ей в пыльной кладовке, и вернула ему чувства. Только сейчас он понял, когда может быть поистине счастлив — только тогда, когда она рядом с ним, когда она заключена в его объятия, когда она некрепко сжимает его ладонь, когда на ее лице такая яркая улыбка. Слова Эда действительно растрогали ее, задели струны ее души — он понял это по взгляду ее светлых глаз, что ныне были лишены грусти и долгих переживаний. Ей не было больше там места, она были вытеснена ее счастьем. Маргарет была очень сильной, гораздо более сильной, чем Фоули — в ней был слишком силен дух Шотландии. Но рубашка Эдварда все еще была мокрой от слёз, слёз печали, слёз надломленной души и гнетущей пустоты внутри, так что он навсегда запомнит, какова была цена того, что она смогла открыться Эдварду, понадеявшись лишь на удачу.
[indent]— Нет, Макмиллан, — он усмехнулся, понимая, что сейчас все наконец-то закончилось. — Я люблю тебя больше.
[indent]По крайней мере, только сейчас он окончательно понял, чего так не хватало в его жизни. Ему хотелось заполнить эту пустоту, что образовалась за то время, что Маргарет не было рядом… он хотел схватить девушку вновь и расспрашивать обо всем, что тревожило и что радовало её все эти месяцы. Обо всем-всем, что Эдди еще не знает. Но ее вопрос действительно заставил его насторожиться — в доме Фоули ведь шел праздник, а он совсем забыл! Даже не надел мантию, как его просила мама. Из него получится ужасный «милорд», если он явится в таком виде перед гостями, особенно перед бабушкой, которая одарит его порцией нравоучений за то, что он «в компании благородной дамы, а одет как дрянной свинопас!». На самом деле, бабушка считает ужасной одеждой все то, что выглядит хуже новенькой министерской формы, так что в рубашке и брюках Эдди нет никаких проблем, но мама все равно будет расстроена тем, что ее наказ не выполнен. Эх… что же делать?
[indent]— Ты же как-то узнала, что я здесь… — задумался Эдвард, поглаживая ее ладонь. — Значит, в доме тоже знают. Нас бы уже нашли, если б хотели.
[indent] Только если, разумеется, все случившееся не было коварным планом родителей по примирению своих детей. А что? Это вполне в духе папы и мистера Макмиллана, любителей подобных милых закулисных авантюр. Наверняка от их зоркого взгляда не скрылось перемена отношений их детей друг к другу, так что они могли попытаться всё исправить. Надо бы спросить потом об этом папу.
[indent]— Знаешь, я даже не удивлен, — Эдди улыбнулся, вспомнив их предыдущие праздники. Однажды папа выпрыгнул из торта прямо перед ошарашенными гостями и вручил мистеру Макмиллану метлу, предложив плюнуть на все и полететь играть. А года три назад мистер Макмиллан и отец, основательно напившись, пытались научить какого-то не менее пьяного эльфа полетам на «Нимбусе» Эдди. Когда юноша это увидел, едва не прибил обоих на месте, да вовремя вспомнил, что убийство — не признак хорошего тона. Но потом еще полгода вечно протирал черенок, боясь чем-нибудь от того эльфа заразиться. — А метлу я привез с собой, потому что… да мало ли что.
[indent] Судя по закатившимся глазам Мэджи, она тоже поняла, что кое-кто сегодня будет всю ночь вспоминать правила квиддича и выяснять, кто же первый забил гол.
[indent] — Наверное, нам пора, — нехотя выдавил из себя Эд, чей голос едва-едва был слышен в шуме волн. Тяжело вздохнув, он ловко выбрался из ее объятий, боясь, что если она его задержит, то они больше не выберутся с этого пляжа. Вряд ли, конечно, это их разочарует, но… надо. — Тебе даже мое пальто не помогло, ты уже вся дрожишь.
[indent]Да уж, здесь было холодно. Зима выдалась теплой, но весна предпочла быть прохладной и ветреной, особенно здесь, в поместье Фоули. Эдвард мог бы воспользоваться чарами и согреть себя и ее, но в голове был ужасный кавардак, так что он боялся напутать с формулами и превратиться в жабу. Лучше уж вернуться домой, в тепло.
[indent]Эдди подал ей руку и они вместе прошли до крутого подъёма, разделяющего пляж и поместье. Дальше ей путь неподвластен — каменистый склон холма вряд ли можно осилить с помощью каблуков. Трансгрессировать, увы, еще нельзя, так что придется что-нибудь придумать.
[indent] Впрочем, Эдди уже придумал.
[indent] Улыбнувшись, он неожиданно схватил ее и, обняв поудобнее, понёс на руках к поместью. Не сказать, чтобы рейвенкловец отличался большой силой, но понести миниатюрную леди несколько метров он точно сможет, а там уже будет гораздо легче идти.
[indent]— Не понимаю, как ты здесь спустилась, — выдохнул он, пытаясь держать ее покрепче. Было не так уж тяжело — то ли годы тренировок в размахивании битой сказались, то ли она действительно была почти невесомой, как пёрышко. — Все время прошу отца сделать лестницу, а он только отмахивается. Говорит, что кому надо, тот и так справится со склоном.
[indent]И вот идти стало гораздо проще, ведь подъём принял более пологие очертания. Эдвард отпустил Мэджи, великодушно позволив идти дальше самой — благо, осталось недолго. Они шли в сторону поместья, которое приближалось и приближалось, и спустя каких-то пять минут пейзажи зеленых холмистых лугов сменились ухоженным садом у дома Фоули, окруженным ровной изгородью. Эдди открыл калитку, пропустив леди вперёд, после чего уже вошел сам. Калитка даже не скрипнула.
[indent] — Миледи, не будет ли звучать слишком вульгарно предложение сходить со мною в мою комнату? — с лукавой улыбкой произносит он. Наверное, он слишком часто улыбался, но вряд ли Маргарет будет считать его дураком. Ему хотелось улыбаться, и он ничего не мог с этим сделать. — Впрочем, я в любом случае приглашаю.
[indent] Эдвард поспешил наверх и потянул Маргарет за собой, не давая ей времени на раздумья. Если их заметили бы сейчас, то посыпались различные неудобные вопросы вроде «Где вы были?», но Эдвард не желал на них отвечать. А если их найдет мама, то юноше точно несдобровать.
[indent] Эдди распахивает дверь и вновь пропускает Маргарет вперед, прислушиваясь к звукам вокруг. Кажется, это крыло совсем пустовало. Повезло.
[indent]— Располагайтесь, миледи, чувствуйте себя как дома, — он шутливо поклонился, войдя внутрь вслед за ней. — Не чердак, конечно, но… тоже неплохо.
[indent]Как хорошо, что мама заставила Эдди прибраться, пусть он и отпирался, настаивая на том, что сюда не придет ни один гость. Как в воду глядела, мудрая женщина, а противный рейвенкловец ее еще и не слушает.
[indent] Комната была чистой, аккуратной, и, на первый взгляд, ничем не отличалась от гостевой, если бы не цвета, столь отличные от основных цветов дома. Они были или бронзовыми, или синими, тогда как поместье в общем было выдержано в, как ни странно, бело-золотом. Большая кровать, занимавшая больше всего места, была застелена именно синим покрывалом, а дерево ее ножек и спинок казалось бронзовым. По две стороны от кровати стояли тумбочки, крашенные в такой же темный бронзовый цвет, одна из которых была занята торшером, а вторая использовалась для книг, которые Эдди читал перед сном. Одна из книг что-то бормотала, посапывая — явно отдыхала перед грядущим вечером, когда Эдди вновь начнет ее мучить, перелистывая страницу за страницей. Прямо перед кроватью уютно устроился лохматый ковер, на котором Эдди иногда любил лежать — для этого на нем так же уместилась неровная пирамида из диванных подушек. Небольшой стол с подсвечником и двумя обтянутыми кожей стульями стоял чуть поодаль, у большого окна, и использовался, видимо, исключительно для хранения писем, коих на нем сейчас было не меньше пяти. Одно из писем приглушённо ворчало — печать Макмилланов на нем была целой уже очень давно. В дальнем углу, у противоположной для кровати стены, разместился письменный стол и главное сокровище всей комнаты — несколько полочек с понравившимися книгами, утащенными Эдвардом из библиотеки и нашедшими свое пристанище здесь. На столе было три вида чернил и куча перьев разной толщины и длины, а еще старенький сундучок для бумаг, рядом с которым устроилась едва различимая непонятная коробка. К счастью или к несчастью, комната имела чистый, ухоженный вид и очень сильно отличалась от того «творческого» беспорядка, что царил здесь всегда, и из-за этого она казалась искусственной, совсем не настоящей, но при том все же уютной.
[indent]Привлекали внимание разве что две вещи — выходная мантия, белая рубашка и брюки, что лежали на кровати, и целая стена, завешанная фотографиями, сделанными Эдди. Мантия… ему было желательно переодеться, но не выгонять же Маргарет, верно? Так что можно немного задержаться здесь прежде чем идти в Золотой Зал, а уж потом он успеет. Но основной проблемой были, конечно же, фотографии. Там были пейзажи, виды Хогвартса, Запрещённый лес… и сама Маргарет. Наверняка будет неловко, если она заметит. Но если хочешь, чтобы что-то осталось незамеченным, не нужно на это долго пялиться, верно?
[indent]— Ээ… Может, чаю? — сделал он невинную попытку отвлечь Мэджи. Судя по её заинтересованному взгляду, брошенному на фотографии — не поможет.
[status] Любит читать и Маргарет[/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Эдвард Фоули, 16</a> <br> Рейвенкло <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br>Хогвартс, шестикурсник<br>Нейтралитет<br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Есть одна карамелька</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br><img src="https://d.radikal.ru/d27/1805/6c/5707a8d5d989.png" border="0"> х50 ʛ <br>[/lz]

Отредактировано Edward Fawley (26.12.2018 19:58:53)

+4

9

Поговаривают, что обычно мы скучаем не по человеку, а по эмоциям, что он вызывал. Глупости все это. Так может только говорить только эгоист, для которого признаться в собственных ошибках и неправоте – непростительный грех, который только по странному стечению обстоятельств не включен в библейский перечень. А еще с такими мыслями жить легче. Ведь не надо пытаться все исправить, искать пути к примирению и думать с каких слов стоит начать письмо. Достаточно просто найти другого человека, который подарит старые эмоции. Но легче – это не лучше. Со временем одних эмоций становится недостаточно. Хочется чего-то большого, того что новый человек дать не может. И тогда становится невыносимо тоскливо, особенно когда приходит осознание сколько времени утрачено и что теперь точно ничего не изменить. Маргарет не хотела этого. Она хотела скучать только по эмоциям, что дарил ей Эдвард, но не могла. Поначалу она думала, что дело только в привычке. Стоит немного потерпеть, дать себе время забыть, но на практике оказалось все не так просто. Маргарет не просто привыкла к Эдварду. Она его любит. Именно его, а не те чувства и эмоции, что он дарил.  Такого занудного, порой излишне умного сноба по имени Эдвард из Дома Фоули и с этим ничего уже не поделать.
- Ммм, спорное утверждение, Фоули, - проговорила Маргарет в своей манере заучки из Рейвенко и разве что по носу не щелкнула вечно спорящего Эдди.
«Вот взял и испортил весь романтический настрой», - бормотала себе в уме Маргарет, хотя глубоко в душе она рада, что ничего не изменилось. Больше всего она боялась, что после того как они признаются друг другу в чувствах их поведение изменится. Макмиллан ведь видела эти сладкие парочки в Хогвартсе. Все они как будто сделаны под копирку: девочки – воздушные принцессы, которые теряют сознание при виде паука и капризничают по любому поводу, а мальчики – недорыцари готовые исполнить любое пожелание своей дамы сердца. Но Эдвард ее успокоил. И если он не собирается отрекаться от своей ворчливости и желания всегда во всем быть правым, значит, и Маргарет можно не становится изнеженной.
«Вот и славно, вот и договорились».
Маргарет прикрыла глаза, вслушиваясь в песню  волн. На лице все еще играла улыбка. Но теперь с легкой ноткой грусти. Она ведь, дуреха, была уверена, что Эдвард заставит ее меняться. Захочет видеть рядом с собой фарфоровую куклу, а не живую девушку. Но просчиталась. Забыла, что для Фоули важны не только подкрученные реснички и лебединая шея. А ведь они об этом говорили год назад, когда он пригласил ее на рождественский бал к профессору Слизнорту. «Понимаешь, Макмиллан, - говорил Эдд, намазывая тост малиновым вареньем, - с тобой можно будет поговорить не только об красивых украшениях». Маргарет в ответ только кивнуло. Ее тогда больше волновало количество  джема на тосте, чем слова Эдварда. И зря. Если бы вспомнила она их раньше, можно было многих ошибок избежать. Впрочем, прошлое не вернуть и не переиграть. Можно только сделать выводы. И Маргарет сделала. Она любит Эдда и больше не собирается лгать ему.
«Да, стоит начать быть искренней с ним. Он ведь смог».
Она согласно кивнула. Действительно, если бы надо было, домашней эльф уже был бы здесь. Значит, родители дали им шанс побыть наедине. Или не заметили их отсутствие.  Маргарет ставила на второй вариант. Отцы уж больно были увлечены беседой. Такое ощущение, что не виделись с момента выпуска из Хогвартса. А миссис Фоули скорее всего не до подсчета детей. У нее столько забот. Кажется, вечеринка обещает быть шумной. В поместье собрались все-все-все Фоули. Даже портрет Гектора Фоули не был пуст. Так что отсутствие двух детишек вряд ли кто-то заметил. И все-таки Маргарет было неспокойно на душе. Наверное, Эдвард хотел повидаться с  родней, а не болтать здесь с ней.
«Но с другой стороны, он бы мне сказал, если бы захотел вернуться в дом».
Видимо, Эдварду с ней было так же хорошо, как ей с ним. Это все объясняло. По крайней мере, для Маргарет.
Она снова прижалась к Эдду. Ветер усилился, а Маргарет совсем не хотелось, чтобы Эдвард из-за нее заболел.
- Традиции нельзя нарушать, - пожала плечами девушка.
Действительно, ее отца и мистера Фоули нельзя сводить вместе. Возможно, именно поэтому они работают на разных этажах? Чего только стоит их выходка с пьяным эльфом дяди Томми. Бедолага после этого обходит метлы десятой стороной.
- Знаешь, а тебя жизнь ничего не учит, - Маргарет больше не могла сдерживать улыбку. Картинка перед глазами была слишком яркой. Чего только стояло лицо Эдди, когда он увидел чужого домашнего эльфа на своем «Нимбусе». Казалось, он больше никогда на эту метлу не сядет. Макмиллан долго после этого хихикала, напоминая Фоули, чтобы он руки вымыл. Мало ли каких «друзей» можно подхватить от такого эльфа-пянчуги.
«Подожди, а метлу он взял не потому что боится, что ловец Слизерина ее заговорит?»
Ох, Маргарет очень хотелось это узнать, но Эдд ее опередил со своим «нам пора». Никуда им не пора и она совсем не дрожит. Ей хотелось остаться, она бы с радостью еще немного посидела бы с Эддом в обнимку, но он прав, им действительно пора. Море совсем неспокойное.
Она с радостью взяла его за руку. Эдвард на этот раз не спешил, видимо, понимал, что Маргарет за ним не угонится, а, может быть, хотел немного еще побыть наедине. Они шли молча, пускай еще минуту назад хотели засыпать друг друга вопросами. Они уже так много друг другу сказали, а вопросы… Это их не последней день вместе. Есть письма, а еще скоро они встретятся в Хогвартсе. Интересно, как отреагирует Афина, узнав, что она снова дружит с Эдвардом. О, Маргарет уверена, что подруга не будет удивлена. Тесс всегда говорила, что они помирятся, на что Макмиллан начинала дуться и клялась, что скорее съест свой галстук без соли и перца, чем опять заговорит с Фоули. Остается, надеется, что Эффи забыла об общении Маргарет. Как-то совсем не хочется галстук жевать.
- Я изобретательная, - улыбнулась Маргарет и уже достала за спины палочку, чтобы продемонстрировать свои навыки трансфигурации в полевых условиях, как здесь Эдд потянул ее на себя, а через мгновение она оказалась у него на руках. – Эдвард, что ты задумал? – Кажется, она поняла что. Маргарет посильнее обняла его за шею. – Нет, не стоит. Эдд, ты меня слышишь?
Фоули ей только улыбнулся. Тоже герой нашелся! Это же опасно. А если они упадут? Маргарет от ужаса прикрыла глаза. Она даже не дышала  все время, пока Эдвард поднимался по холму.
«Нет, это уже слишком!»
Ух, как ей хотелось отчитать своего кавалера! Но почувствовав опять твердою землю под ногами, девушка выдохнула и обида исчезла.
- Спасибо, - она проговорила холодно, чтобы Эдд понял насколько она не одобряет его затею, но улыбка выдала ее настоящее отношения ко всему случившемуся. Все-таки было приятно, что Фоули с ней настолько заботливый кавалер.
Но прятать волшебную палочку Макмиллан не спешила. Сначала она привела Эдварда в порядок, затем себя. Если бы матушка увидела, что доченька сделала с платьем, то выговора было бы не миновать.
«Вот теперь можно идти дальше».
Она снова взяла Эдварда за руку, но на этот раз идти в полной тишине не хотелось. Маргарет набралась смелости и спросила, не начал ли Эдд курить из-за их ссоры. Ее это очень волновало. Даже больше чем  вопрос целовался ли он с их однокурсницей.
«Конечно же, нет», - уверила себя девушка, посильнее сжимая руку Эдварда.
Маргарет никогда не считала себя ревнивой, но порой в порыве эмоций могла натворить дел за которые быстро начинала жалеть. И все-таки стоит приставить, как Эдд целуется с другой и рука сама тянется к палочке. Пусть ищут другие объекты для любви.  Ее – значит ее.
- Ааа... - она не сразу поняла, что Эдвард обращается к ней, хотя к кому еще здесь обращаться? – Что? – Стыдно признаться, но она совсем его не слушала. Да что там, за своими рассуждениями Маргарет пропустила, как они оказались во дворе дома. Эдд использовался такой заминкой и вот они уже бегут по ступенькам наверх, чуть не сбив при этом домашнего эльфа.
«Ох, надеюсь, это был не тот бедолага, которого я довела до слез».
Они перевели дух, улыбнулись друг другу. Эдвард вспомнил, что он наследник славного Дома, а за одно и правила этикета. Видимо, от Маргарет требуется то же самое.
- О, благодарю, милорд.
Делать реверанс в таком платье было до ужаса неудобно, но девушка справилась на отлично. А чего еще ожидать от чистокровной девицы в девятом поколении? Маргарет знает как себя вести в высоком обществе и совсем не теряется на публике. Проблема в том, что в последнее время все выходы в свет связаны с тем, чтобы покрасоваться перед очередным кавалером, да так, чтобы тот непременно захотел ее назвать своей женой. Но у нее уже есть возлюбленный и почему это она должна себя показывать, пусть кавалеры тоже напрягутся. А то возникает ощущение, что все чистокровные мальчики – маменькины сыночки или бунтари-негодники. Что первые, что вторые у Маргарет не вызывают никакого интереса.
Дверь за спиной захлопнулась. Они оказались в комнате Эдварда. На самом деле Маргарет здесь никогда раньше не была, но не стоит обладать острым умом, дабы понять это.
Макмиллан деловита прошлась по ней, пытаясь запомнить как можно больше деталей. Заметила, что метла все еще стоит в углу, значит пока никто «мертвую петлю» на «Нимбусе» не сделал. Кровать, книжный шкаф возле которого она задиралась на десять секунд, письменный стол… На первый взгляд ничего интересного. Но здесь ее взгляд привлекли фотографии. Удивительно, но она могла назвать дату каждого снимка. Фото  с командой по квиддичу сделанное на третьем курсе, когда Эдд только начал выступать за факультет, а вот этот снимок Хогвартса - в прошлом году, они тогда только сдали СОВ по ЗОТИ и готовились к трансфигурации, это фото с прошлого Чемпионата мира, а рядом снимок, где кривляется Стоун – это делала Маргарет, доказывала что в этом нет ничего сложного, просто мальчики не умеют позировать. Но были там и другие снимки… О которых Макмиллан вспомнить ничего не может.
«Значит, вот как пытался забыть».
- Фоули, ты мне скажи, - серьезным тоном обратилась она к юноше, который себе из-за этих фото места не находил. – Как такой непосредственный ум уживается с таким нежным сердцем? Где хваленый цинизм Рейвенко?
Его нет. Просто еще один глупый стереотип. Чтобы быть умником не обязательно ко всему относится со скепсисом и снобизмом. Умники тоже способны увидеть красоту вокруг, но не всегда в этом признаются. Эдд именно с таких. Он не передает восторг через надменные эмоции или красивые слова, он пытается запечатлеть его  на фотопленке.
- Чай мы могли выпить и внизу, - она положила руку Эдварда себе на талию, - я хочу танцевать. Помнишь, как на рождественском балу профессора Слизнорта? Только руку мне сильно не сжимай, хорошо?
А ведь в этом году из-за ссор они пропустили бал. Маргарет была уверена, что Эдд пойдет с другой девушкой, но Афина сказала, что его не было. Сказал, что дурно себя чувствует.[nick]Margaret Macmillan[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NQiW.jpg[/icon][status]Леди [/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Марагрет Макмиллан, 17</a> <br> Рейвенкло,  <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br> Хогвартс, 6 курс <br> Нейтралитет <br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Эдвард Фоули </a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br>[/lz]

Отредактировано Margaret Macmillan (01.01.2019 22:32:24)

+4

10

[indent] — Ничего не спорное. Это аксиома, — серьезно произнес Эдвард, считая, что заумные словечки добавят веса и важности его словам. Он любил говорить что-нибудь так, на грани иронии и серьезности, так что не всегда можно было понять, смеется он или действительно хочет поспорить. Но сейчас он лишь хотел немножко подразнить Маргарет, ведь все эти минуты печали и откровений они были излишне напряжены и едва-едва находили в себе силы на эти счастливые улыбки. Ему действительно хотелось больше неги и ласки, даже больше, чем он мог бы прочувствовать сейчас, но он не был бы самим собой, если бы не разрушил это трепетное мгновение глупой шуткой.
[indent] Однако по Маргарет было видно, что ничего он не разрушил. Совсем. Она настолько была счастлива, что даже прикрыла глаза, усиливая все остальные ощущения. Эдди же становился еще радостнее, а его сердце еще больше замирало от волнительного трепета, когда он видел Маргарет такой, светящейся и живой, а вовсе не фигуркой, преисполненной холодного раздражения к нему, как это было раньше. Видимо, любовь очень просто скрыть за ширмой ненависти, ведь не зря говорят, что от любви до ненависти лишь один шаг.
[indent] «А может?..»
[indent] Эд усмехнулся, видя Маргарет, закрывшую глаза и уплывшую в грот собственных грёз и размышлений. Если бы она увидела, как хищно выглядит улыбка парня, то наверняка насторожилась бы, но, к счастью, она не видела. Продолжая держать в собственных объятиях, он приблизился к ее лицу и прикоснулся губами к ее нежной щеке, надеясь хоть немного избавить от погружения в мысли. Он предвидел ее возмущение или что-нибудь подобное, но ему было все равно. Маргарет слишком любила уходить в себя, так что ей нужен был Эдвард с его глупыми словечками ни к месту и легкими поцелуйчиками, который будет мешать ей это делать. Кто-то же должен.
[indent] — А если очень хочется? — спросил Эдвард, изобразив на лице надежду. Наверное, Маргарет была права и ему самое место в театре. Но, если отбросить шутки, многие традиции казались ему очень странными, запутанными и вовсе ненужными в это время, время прогрессивных волшебников и волшебниц. Ведь вся это приверженность традициям прошлого создавала в умах многих волшебников, даже очень уважаемых и достойных, мысль о чистоте крови, из-за чего унижались многие магглорожденные. Она же заставляла всех соблюдать сотни придуманных правил и методик, что лишь усложняли жизни людей. Зачем нужны были традиции? Этого Эдварду не понять, хоть он и старался их чтить наравне с остальными. Он был воспитан в семье, где традиции весьма уважались, и не ему, юному волшебнику, что-то в них менять.
[indent] — Я ее надёжно спрятал. И заговорил против эльфов. — По крайней мере, тот торговец в Косом Переулке уверял, что этот заговор сработает. Эдвард все же не до конца верил, но ни один эльф пока еще не подходил к метле. Было ли это результатом работы заговора или того, что эльфы панически боятся летать, он не знал. Но все равно с той поры, как он заговорил метлу, он стал чувствовать себя увереннее — теперь хоть никаких зараз не подхватит. По крайней мере, пока не подхватывал ничего серьезнее простуды.
[indent] О, именно это он и ждал услышать. Возмущение. Конечно, его идея была не из лучших, но всё-таки она была удивительно милой. Возможно, он хотел почувствовать себя сильным, а возможно, просто хотел услышать, как Маргарет будет его отчитывать. Порою он удивлялся собственной противности, пусть даже и выраженной в такой форме. Но нести юную леди Макмиллан на руках было очень… приятно. Ему нравилось, как она крепко обнимает его за шею, как немного дрожит от страха упасть, стоит ему чуть-чуть качнуться в сторону от ветра, как пытается скрыть улыбку, делая вид, что очень негодует, злясь на Фоули за эту его идею. Может, стоит почаще носить ее на руках? Так она выглядит очень и очень сладко, как настоящая карамелька.
[indent] — Иногда и твоей изобретательности нужно дать отдых, — он хотел выглядеть хоть немного серьезным, подыгрывая ее внешней холодности, но, как и у нее же, уголки рта сами взлетали вверх, и он не мог сдержать улыбки.
[indent] Впрочем, улыбка держалась не так уж и долго. Ровно до тех пор, как Маргарет при помощи своей палочки захотелось поправить его воротник, причесать заклятием расчески и так далее в этом духе. Особенно обидно было за прическу, к которой он, в общем-то, всегда относился небрежно. И в этом был весь ее шарм.
[indent] — Я и так был неотразим, — вздохнул он, вновь рукой поправив волосы так, как ему хотелось. Но они уже отказывались слушаться, а все из-за нее. Впрочем, если бы его увидела мама, то она бы точно оценила старания Маргарет и ее магии и не стала бы закатывать скандал. — Но спасибо.
[indent]Взяв ее за руку, он увидел, что она тоже преобразилась. Если и раньше ему ужасно нравилось ее платье, но сейчас оно было просто прекрасным, таким, что невозможно было отвести взгляда от его вышивки. Ровно как и ее прическа, так идеально ниспадавшая на плечи. Но ее ладонь оставалась такой нежной и теплой, какой была мгновение назад. Идя под руку с настолько роскошной леди, он даже слегка стыдился собственного вида, простого и неряшливого. Но только чуть-чуть, ведь остальное место в его мыслях занимала радость о том, что такая роскошная леди принадлежит лишь ему одному, и потому на лице вновь возникла слащавая улыбка, будто бы совсем не было ее вторжения в его неотразимость.
[indent] — Я… я уже не помню, если честно, — проговорил он медленно, отвечая на вопрос Маргарет о том, начал ли он курить из-за нее. Он честно не мог вспомнить, но они оба понимали, что это скорее всего так. Но всё-таки Эдди не мог вспомнить, как он добрался до сигарет. Возможно, что-то подобное однажды ляпнул Стоун, а может, он прочитал это в какой-то маггловской книге по психологии. Тем не менее, ему нравилось курить. Но только чуть-чуть. — Наверное, все же я начал раньше, ещё до ссоры.
[indent] Курение многие считают чуть ли не восьмым библейским грехом, и он не знал, как относится к этому Мэджи. Ему не хотелось, чтобы она корила себя за то, что довела его до этого порока. Ведь она совсем не доводила, он к этому пришел сам.
[indent] — Ты бы еще спросила, целовался я с кем-нибудь, чтобы позлить тебя, или нет, — он усмехнулся, едва не закатив глаза. Вечно эти девочки что-нибудь себе напридумывают и потом обвиняют себя в придуманных проблемах. Или, еще лучше, обвиняют кого-нибудь другого.
[indent]— Нет, конечно же, нет, — поспешил добавить он, увидев буквально застывший на ее лице вопрос. И сжал ее ладонь покрепче, чтобы она даже не смела думать о таком. Вот же противная девчонка, даже сейчас умудряется ревновать, после всего того, что он ей сказал.
[indent] «Интересно, а сама она целовалась?.. — он оценивающе поглядел на девушку, но потом покачал головой, так и не задав вопроса.  — Нет, она не могла».
[indent] Пока Эдди думал, может ли юноша приглашать даму в свою комнату до свадьбы или это слишком неблагородно, Маргарет сделала прекрасный реверанс. Видимо, это не было слишком вульгарно, как он думал. Что ж… по крайней мере, у него тут все чистенько и опрятно, как и подобает комнате юного лорда, а то было бы совсем стыдно.
[indent] Он даже не успел ничего сказать, как Маргарет уже по-хозяйски прошлась вдоль комнаты, разглядывая даже самые потаенные углы, не то что письменный стол и, конечно, их — фотографии. Вся его комната вызывала в ней интерес, но совсем не такой же, как гордо прилепленные к стене снимки. Она задержалась у них дольше всего, и даже задав свой вопрос не спешила от них отрываться. Их было действительно много.
[indent] — Все просто, Макмиллан, — снисходительно ответил он, чуть-чуть расслабившись. — Нежное сердце скрыто глубоко за цинизмом и сарказмом, так что у них полное взаимопонимание.
[indent] Фоули не мог сдержать виноватой улыбки, то и дело  возникающей на его лице. Может, он не такой уж плохой фотограф? Эдвард подошёл к ней ближе, остановившись рядом и перехватив ее взгляд, направленный на один из самых лучших снимков. Там Маргарет в красивом и пышном платье любовалась кем-то в стороне, далеко за кадром… эх, когда же это было?
[indent] Точно. Рождественский бал.
[indent] Рука Эдди уже опустилась на ее талию, пусть он был в этом совершенно не виноват. Это было очень… неожиданно. Даже немного страшно. Они смотрят друг другу в глаза, и она заражает юношу своей уверенностью и желанием танцевать. Что ж, реверанс уже был. Эдвард кивает, как то заведено, и мысленно начинает считать, пытаясь поймать такт.
[indent] «Раз-два-три, раз-два-три», — вторят мысли его действиям, пока он кружит девушку в танце. Жаль, под рукой не оказалось проигрывателя, но он не слишком нужен. У них был ритм бьющихся сердец, музыка отточенных движений и мысли. Не нужна была иная музыка, не нужны были искусственные звуки фортепиано, флейт или скрипок. Им было хорошо и так. Эдвард нежно, но уверенно вел, а она послушно и грациозно следовала. И он даже не давил на руку, совсем. Фоули очень давно не танцевал, но сейчас тело делало все само, словно по волшебству. А Эдди… Эдди глядел на Маргарет, и перед глазами всплывал тот день рождественского бала. Они кружились так же, но рядом было множество других учеников, а за спиной вместо комнаты был Большой Зал Хогвартса. Но Мэджи была так же прекрасна, как сейчас. Эх… ещё пятнадцать минут назад это казалось далеким и недостижимым, но не сейчас.
[indent] — Если бы мы танцевали внизу, то точно покорили бы весь зал, и сердца родителей тоже. — Эдди не мог спустить глаз с Маргарет, выглядевшей очень счастливой. Сейчас было самое время для того, чтобы сделать фотографию. Фотоаппарат был на столе, прямо за письмами, но Эдди знал, что и без этого никогда не забудет это мгновение. Трепетное мгновение их танца.
[status] Любит читать и Маргарет[/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Эдвард Фоули, 16</a> <br> Рейвенкло <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br>Хогвартс, шестикурсник<br>Нейтралитет<br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Есть одна карамелька</a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br><img src="https://d.radikal.ru/d27/1805/6c/5707a8d5d989.png" border="0"> х50 ʛ <br>[/lz]

Отредактировано Edward Fawley (06.01.2019 18:07:58)

+4

11

Маргарет согласительно качнула головой, прекрасно понимая, что дальше спорить – себе дороже. Эдвард известный любитель подискутировать. Странно, как он в Хогвартсе еще дебатный клуб имени себя любимого не открыл. Маргарет уверена, что пользовался он недурным спросом. По крайней мере, она с ходу может назвать с десяток учеников, которые с радостью подискутирую с Эддом на всевозможные темы. Главное, чтобы после завершения аргументов правоту не начали доказывать с помощью заклинаний. Было несколько раз и Маргарет за это даже не стыдно. Ой, он сам виноват. Тоже ей знаток истории нашелся. А еще был тот случай с мальчишкой из Слизерина. Но там, если память не изменяет ей, дело было не в дискуссии, призванной пролить свет на темные страницы  истории, мальчишка просто решил выпендриваться. Забавно было наблюдать. Первые три минуты. А затем исход стал ясным. Все-таки любовь окрыляет, но надо же помнить какой стороной палочку держать.
Она подавила смешок, вспоминая те беззаботные деньки  в школе. А ведь скоро каникулы закончатся, им придется возвращаться в Хогвартс. И это второй раз за все шесть лет, когда Макмиллан не очень рада этому. Конечно, здорово будет со всеми повидаться, засесть за учебники и опять комментировать матчи по квиддичу, но почему-то нет той эйфории, что была раньше. Возможно, ей просто уже все надоело, или она устала. Но скорее всего дело в сплетнях, что пойдут по школе. Она ведь не сможет долго скрывать свои отношения с Эдвардом. Афина, конечно, не проболтается, хотя не упустит возможность пошутит о грядущей свадьбе и застолбит себе роль подружки невесты (хотя речь о столь далеко идущих планов совсем не шла), но кто-то что-то заметит, подслушает шушуканья Гринграсс и Макмиллан на трансфигурации и все, скоро во всех женских уборных только это обсуждать и будут. Конечно, можно все скрывать и ничего не говорить самым близким и проверенным друзьям, но сколько такой секрет проживет? «Совсем недолго», - пришла к выводам Маргарет, чувствую, как Эдд касается ее щеки.
От неожиданности она даже немного залилась краской. Такого поворота событий Маргарет совсем не ожидала. Еще несколько минут назад Эдвард даже не смотрел в ее сторону. Впрочем, злится, уверяя, что он торопит события Маргарет не собирается. Ее все устраивает. Теперь она точно уверена, что Фоули  не дуется. Но все еще не желает признавать, что он любит ее больше. Не-а. Так просто шотландцы не сдаются.
- Помнишь, как однажды мой милейший отец жаловался твоему отцу, что на важный пост в Министерстве поставили неквалифицированного недоумка? – Маргарет с любопытством посмотрела на Эдди. Обычно, когда он пытается что-то вспомнить у него такое забавное выражение лица. Этот раз не стал исключением.  Так и хочется потискать за щёчки. – А твой отец ответил: ну, это же Англия. Традиции у нас в крови, - она пожала плечами, тем самим подписываясь под каждым словом.
Макмиллан еще тот вечный революционер и борец за права всех обиженных и оскорблённых (кроме тех, кого она сама обидела и оскорбила), но традиции она уважает. Пусть порой не понимает их до конца. Традиции – это ведь прекрасно, у них есть какая-то своя магия и связь с прошлыми поколениями.
- И вообще, Эдди, радуется, что не в Средневековье живем, а то твое поведение приняли бы за оскорбление моей чести и вместо учебы и получения знаний, тебе бы пришлось получать шпоры и просить у моего великого и ужасного лорда-отца моей руки.
И вот здесь выдохнула уже Маргарет. Чего-чего, а свадьбы она точно не хочет. Хвала Мерлину, ей посчастливилось родиться в семье весьма прогрессивных взглядов (что весьма странно для шотландцев) и родители не начали сватать ее с первого курса школы. Да, матушка пыталась, но в их семье глава отец. А папенька позволил своей дочери не спешить с браком и поиграть в карьеристку. Или все-таки…
«Ох, вы коварные министерские клерки».
И как только она сразу не догадалась в чем дело? Пусть теперь отец попросит ее не говорить маме, что это он втихаря поедает сладкое по ночам. Все, он потерял верного союзника. А нечего за спиной заключать перемирье с врагом. Да, это сейчас Фоули их друзья, но тогда были врагами. И вообще, так не поступают благородные шотландцы.
- Но это здорово, что ты решил защитить метлу от эльфов, - поспешила добавить она, понимая, что разговоры о свадьбе могут не только у нее вызывать панические атаки. – Надеюсь, в вашем саду не водятся гномы. Они ведь могут попытаться их научить летать. Знаешь, у моего дяди Томми, этот тот, что учился на Слизерине, я тебе кажется, о нем рассказывала. Так вот его сад просто кишит гномами. И такими невоспитанными. Мне кажется, это все из-за эльфа, да того самого, - ехидно улыбнулась она, подмечая, как тут же меняется выражение лица Эдди. - Думаю, это он на них плохо влияет. Как-то он обозвал меня мурамойкой. Без понятия что это, но звучит оскорбительно. Ты случайно не знаешь значения?
Все что не знает Маргарет – знает Эдд и наоборот, такой закон природы. По крайней мере, Макмиллан хочется в это верить. Скоро ведь седьмой курс, ЖАБА, придется много времени проводить за учебниками, вспоминая пройдённый за годы материал и вдобавок учить новое. Тратить время на поиски ответов в библиотеке порой бывает слишком трудное и неблагодарное дело, легче сразу спросить у кого-то кто разбирается в предмете. Правда не исключено, что помощник сам не призабыл и не несет всякий бред. Но Эдвард пусть и водит дружбу с Джейсоном Стоуном, но не перенял его привычку нести бред с умным лицом. Фоули если не уверен в чем-то, то сначала сам книги перелистает. Но если он знает, что правота на его стороне, то трепещите неверующие!
«Все-таки надо предложить открыть ему клуб, - решила Макмиллан. – Но сначала надо что-то сделать с его новой вредной привычкой».
Против курения Маргарет активно не выступала, но не зря же это считают вредной для здоровья привычкой. Хотя если Эдда это успокаивает, то пусть себе дымит. Но когда выплюнет собственные легкие, так пусть не плачет. Ой, как сложно-то все. Хорошо, что не начал курить из-за нее. Вот это просто замечательно. Не хочется быть причиной его смерти.
- О, это здорово, что не целовался, а то знаешь, разные по школе слухи ходят, - она закатила глаза, как будто говоря, ну ты понимаешь, эти подростковые драмы. – Я тоже ни с кем не целовалась, хотя признаюсь, возможность была. Но мне не нравятся французы. Да и вообще, кажется, он на себя целый флакон парфюма вылил. У меня нос целый вечер чесался. Я больше выходила чихать, чем общалась с ним, - предвкушая вопрос Эдди, она поспешила добавить. – Да, маменька подцепила болезнь всех благородных дам и решила поискать мне жениха, - как будто неудачной попытки сдружить ее с Блэком старшим было мало. – Просто ужас, я час пыталась понять, что от меня хотят. А их кухня… Единственное, что там было съедобным – это улитки.
Ооо, Маргарет еще долго могла жаловаться на французов, их язык, кухню и моду. Особенно она не понимала тягу к шарфам и беретам. Особенно к беретам. Оказывается их еще надо правильно носить и созданы они не для того чтобы защищать ушки от холода. Это аксессуар.
«Вот поэтому этот маггловский полководец и не взял Москву. Наверное, вся армия была в беретах и легких шарфах. Как же его звали?».
Макмиллан нахмурилась, пытаясь вспомнить имя, но ничего толкового на ум не приходило. Зато она внезапно осознала, что у Эдди тоже могут быть такие же проблемы как у нее. Дом Фоули входит в список  двадцати восьми самых-самых чистокровных семей Британии, а значит, глаз на него должны были положить.
- А у тебя ведь никого нет? Я не ревную, просто не хочется, чтобы будущая невеста попыталась придушить меня во сне подушкой. Хотя получить громовещатель из Шармбатона не так уже плохо. Французы так забавно ругаются. Ничего непонятно, но жуть как смешно.
Откуда у Маргарет такие познания Эдду лучше не знать. Хотя, ей стыдится нечего. Это родители этого чистокровного пуделя виноваты. Назвали сына Гаспаром, что очень созвучно с гаспачо. Любая могла попутать. А то, что Маргарет попутала тридцать раз (хотя она насчитала двадцать восемь), так это она очень голодная была. Улитками сложно наестся.
«И все-таки забавно, что нас не заметили».
В доме Фоули праздник был в самом разгаре. Краем глаза Маргарет заметила Бет. Сестра Эдварда о чем-то рассказывала старому волшебнику, который нежно улыбался девочке. Наверное, это ее дедушка. Кажется, он тоже работал в Министерстве. Маргарет и Эдди стоило подойти поздороваться. Впрочем, тогда их точно не отпустили бы. Негоже девушке и мальчику уединятся в комнате до свадьбы, или если не терпится, то хотя бы до помолвки. Впрочем, ничего противозаконного они делать не собираются. Они прекрасно понимают, что есть границы, которые не стоит переходить. Родители проводили беседы об пчелках и цветочках.
- А вот теперь я узнаю заносчивого Эдварда Фоули из Рейвекло, - все-таки Маргарет щелкнула его по носу. Но не так больно, как это было на уроках истории.
От ее взгляда не скрылась вся та неловкость, что испытывал парень из-за снимков. Видимо, он ожидал совсем другой реакции. Интересно, что он себе подумывал? Скорее всего, что она сейчас обзовет его извращенцем, даст пощечину, и пожалуется на все отцу. Или прикажет все выбросить. Но Маргарет предпочла понять Эдварда вместо закатывания истерик. Он ее любит, их ссора стала для него сильным ударом, и так он пытался «излечится». Она не вправе осуждать его.
«Но теперь они ему не нужны».
Маргарет было легко следовать в танце за Эдвардом. Он умел вести. И вообще неплохой танцор, правда, никогда в этом не признается. А ведь она знает, о чем говорит. На свадьбе кузины Маргарет имела честь танцевать с Мэттом, так он ей все ноги отдавил. Но Макмиллан не исключает, что он это сделал специально. Она ведь весь вечер шутила над ним. Ну что поделать, если больше вцепиться было к некому.
- О, от нас сложно было бы оторвать глаза, - согласилась Маргарет все так же смотря на Эдварда. - Но понимаешь в чем дело, внизу мы должны были бы помнить о правила, нормах и этикете, а здесь об этом можно на какое-то время забыть.
Маргарет поднялась на пальчики, и пока Фоули думал, что ответить, поцеловала его. Никакой вульгарности и надменности. Легкий поцелуй в такт танца - это более чем достаточно, чтобы показать свои чувства. И попросить прощение. Тот поцелуй на чердаке не был ошибкой. Он был прекрасным. Самым лучшим поцелуем в ее жизни.[nick]Margaret Macmillan[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NQiW.jpg[/icon][status]Леди [/status][lz]<a href="ССЫЛКА НА ВАШУ АНКЕТУ" target="_blank">Марагрет Макмиллан, 17</a> <br> Рейвенкло,  <br> <img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"> <br> Хогвартс, 6 курс <br> Нейтралитет <br><a href="ССЫЛКА НА ПРОФИЛЬ ПАРЫ" target="_blank">Эдвард Фоули </a> <br><img src="http://funkyimg.com/i/2KJQA.png" border="0"><br>[/lz]

Отредактировано Margaret Macmillan (06.01.2019 13:19:53)

+2


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Когда долго смотришь на море…