Позднее здесь будет выведена хронология и очередность постов
Дети… Альбус не хотел бы, чтобы эта война была войной детей, но все выходило именно так. Уклоняться он больше не мог, самый очевидный ответ на негласный вопрос о его противодействии Тому назрел окончательно. Альбус подошел к Фоуксу и погладил его по красно-золотистой голове.читать дальше
12/09 ТОП-ЧЕК получай приз за ежедневное тыканье по монстрам! Тыкать обязательно!
26/08 Открыта запись для двух новых квестов! Если ты решил примкнуть к Ордену Феникса или являешься учеником школы Хогвартс, то эта новость именно для тебя!
26/08 А вот и осень наступила... давай же начнем готовку к зиме, ведь зима близко, вместе за порцией чая и прочтением нашего осеннего пророка!
Добро пожаловать к нам на Marauders. The reaper’s due! Смешанный мастеринг, эпизоды, рейтинг NC-21.
Август/Сентябрь 1978 года.
RegulusОтветственный за прием и регистрацию персонажей
ICQ: 745005438
, ElysseГлавный админ
Tlg: cherry_daiquiri
ICQ: 702779462
, AthenaОтветственная за конкурсы и развлекательные мероприятия
ICQ: 744828887

Marauders. The Reaper's Due

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Дай минуту прошлому


Дай минуту прошлому

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Дай минуту прошлому

Проходит почти всё - это факт. И с ним нельзя не считаться.


http://s8.uploads.ru/qzKLs.gif http://s8.uploads.ru/2JT0a.jpg http://sh.uploads.ru/Nm0fT.gif


Дата и место эпизода

Действующие лица

знойное лето 1948, Брюгге,
Международная конференция зельеваров и алхимиков.

Walburga Black, Raynard Lestrange

Хогвартс позади, и молодость играет яркими красками. Ещё вчерашняя институтка полна амбиций и решительности обратить на себя внимание волшебного научного сообщества. Только вот не всякое знакомство окажется новым.
Не всякое - безопасным.

Отредактировано Walburga Black (10.10.2018 18:11:24)

+2

2

Уже утро...
Древний город вздыхает в своей летней томности и ждет рассветного часа, а пока туман каналов впитывают в себя остатки ночи, превращая воздух в сизый монохром старой колдографии.
Вальбурга Блэк прикрывает глаза и сквозь полуопущенные ресницы хочет досмотреть ещё немного сна.

Ей нравится смотреть на него спящего: на эти каштановые, как шоколад, волосы, еле скрывающие лицо, на суховатое поджарое тело, погребенное под шелковыми простынями и толстыми одеялами. В эти мгновения зарождающего рассвета она понимает, что время вообще не имеет значения. Он остался прежним. Эти два года после Хогвартса изменили его гораздо меньше, чем она ожидала.
Хотя, ему, наверное, просто нечего было менять.

Какой это же был красивый сон, он приносит ей успокоение, и пока последние его отголоски ещё живут в не проснувшемся девичьем сознании музыкальной мягкостью, она просто молодая женщина, немного переутомившаяся с непривычки и поэтому плохо помнящая вчерашний вечер.
Надо просто ещё немного поспать.
В этом номере пахнет дорогим табаком и ещё чем-то, секунды замирают с неярким мерцанием, поддаваясь чарам умиротворённости. Будь эти чары немного сильнее, дорогу к самому престижному магическому отелю в Брюгге оплёл бы чертополох, и меж его шипами растянулось бы кружево паутины, и сны стали бы осязаемы - словом, всё потекло бы по известному сценарию.
В этом номере… в таком же, как и у неё…
В таком же – но, увы, не её вовсе.
И как только тихий вздох, - непозволительно где-то рядом, чистое ощущение кожей - касается уха восемнадцатилетней мисс Блэк, она вдруг распахивает глаза. Девушка кажется растерянной, но уже через миг переводит дыхание и резко садится на постели, бросает взгляд на открытую дверь на балкон, дожидаясь мгновения, когда солнце покажется над горизонтом и зальет небо оранжевыми и желтыми лучами. Мерлин Великий, здесь даже вид из окна такой же.
Затем она поворачивается к спящему с полным праведного гнева лицом…
                                                                                                            нет,
                                                                                                                это вовсе не сон.
Наследница рода Древнейших и Благороднейших спешно кутается в алебастровую ткань рубашки. Откуда она на ней? На размеры больше! К дракклам - потом разберется.
- Лестрейндж!
На столике рядом лежат портсигар и палочка, и вот последняя уже в руке. Однако подсознательное ощущение того, что всё это лежит на своём месте пугает, пугает почему-то больше, чем полное отсутствие воспоминаний о вчерашнем вечере. Была важная конференция, мероприятие поистине континентального масштаба и вечеринка после, но дальше?
- Лестрейндж, просыпайся! Или я разбужу тебя Круциатусом!
Вот смеху-то будет.
Только вот незадача - палочка в руках вовсе не её. К маггловской бабушке нюансы, сейчас в её руке оружие, и она уверенно направляет его на волшебника рядом, стремясь защитить... что? Себя? От спящего человека - как смело! Замечая, что он открывает глаза, Вальбурга и вовсе не сдерживает своего возмущения и пускается во все тяжкие.
Где-то далеко она понимает, что спасать уже нечего, но...
- Может, объяснишь всё это?!

Отредактировано Walburga Black (11.10.2018 05:11:58)

+1

3

Есть что-то.. ммм... вкусное в подобных ночах. Delicious. Осязаемо-нежное, шёлк. Невесомые ткани погружаю в невесомость. Я смотрю в твои глаза. Холодный огонь, мороз, обжигающий. Ты не стала другой, нет-нет, и я остался прежним. Просто мы сделали то, чего хотели последние лет пять. Ошибка? Нет, я фанат истины, пускай она и побеждает не так часто. Эти глаза не преисполнены ненависти или отвращения, точно не так. Вечная издёвка, ирония, желание уязвить, ужалить - только не сейчас. Веки прикрыты, губы сухие от жара, дыхание прерывистое, а стоны столь мелодичны - наследница Блэк во всей красе. Точеная фигура выглядит хрупкой в клубах табачного дыма, но это не повод быть с ней мягким и нежным. Мы слишком молоды для подобных экспериментов.

Попытаться раскрыть глаза. Это не так просто, и не с первого раза. Но голос, знакомый давно, жесткий, пусть и чуть хриплый после сна, заставляет проснуться быстрее. За окном только забрезжил рассвет. Сколько мы спали? Два? Три часа? Поднять правую руку ладонью вперед, показывая, что горячиться нет нужды, а заодно и прикрывая легкую улыбку на губах. Момент абсолютно не смешной, разгневанная мисс Блэк может спокойно напустить змей под простыню. Но состояние пусть и сонное, картины прошлого вечера всплывают в удачном порядке. Поэтому улыбку стоит погасить сразу же.
- Стой, не горячись,- стараться не двигаться, дабы не спровоцировать даму на лишние телодвижения.. с его палочкой. - Положи мою палочку, Блэк, и мы все спокойно обсудим,- как я подлил тебе немного зелья раскрепощения на ужине? Пожалуй нет. Результат вышел весьма себе интересным, и, пожалуй, я все сделал идеально. Патентуем. Но речь не о том, и думать об этом вовсе не стоит, пока палочка направлена мне в грудь. Опереться на руки, садясь у изголовья - в положении лёжа вести диалог как-то совсем никак. - Серьёзно, я безоружен и ничем тебе не угрожаю... под простынёй у меня ничего нет, ты же знаешь..- осечка. Но осознание долетает немного позднее. Ничего нет. Неважно. Я не стараюсь пошутить, глядя в преисполненные праведным гневом глаза. Скулы режут, взгляд обжигает, привычная ипостась мисс Вальбурги Блэк. Мерлин, это еще смешнее, чем я думал. Но остаться без своего мужского достоинства мне очень бы не хотелось, поэтому необходимо успокоить разгоряченную леди.
- Тебе очень идёт моя рубашка,- легкая улыбка. Ошибка? Да, наверное. Но мужчинам тяжелее сосредотачивать внимание на нужной проблеме в присутствии полу-обнаженной дамы, чья кожа почти под цвет рубашки, а волосы - будто черное пятно на листе бумаги, насыщенный черный. Вы настоящая ведьма, Вальбурга. Глаза начинают бегать, нужно исправлять ситуацию, поэтому максимально убедительно делаем вид, что я пытаюсь что-то вспомнить. В конце-концов, за все наше знакомство мы себе не позволяли подобных эллегий. Но.. разве не хотели этого?
- Я не очень хорошо помню все,- не смотреть в глаза, только по комнате, будто вытаскивая фрагменты мозаики изо всех уголков памяти, подмечая, где миз Блэк оставила свое нижнее белье, отдельно выцепляя глазами свое на подоконнике. Занимательно. - Мы, кажется, неплохо выпили вчера..- о да, прекрасный вариант. Вы уже напивались раньше, мисс Блэк? - Все не очень четко,- чуть прищуриться, старания на лице, в мыслях:"я вижу больше, чем должен видеть Ваш будущий супруг". - Сплошной туман... но комнату эту я помню хорошо... мне стоит..?- продолжать? Думаю, это не та часть, которую ты захочешь услышать. Будем спокойны. Ведь ничего криминального не случилось. Главный вопрос: когда к ней вернется память? Потому что парочку вещей она натворить успела.

+1

4

Посмотрите на него, спал безмятежным сном праведника, а было бы неплохо, если бы его как следует помучили кошмары, ведь именно сейчас мисс Блэк воочию видит фееричное становление своих собственных - лихорадочное затмение сознания, ускользающий от адекватного восприятия окружающий мир и момент, когда на всё вокруг ложится склизкая плёнка страха. Страха за будущее.
- Не горячись?! Как это могло случиться? - в искренне-чистом негодовании восклицает Вальбурга, всплескивая руками и... нет, палочку пока не отдает. Ищет свою собственную - невербальный пасс изящной кистью выдает безобидное Accio, но тщетно! Один раз, второй, - и ничего! - а древко из бука тем времени начинает быстро нагреваться, - Как я могла так поступить?! - о, сейчас эта бывшая примерная слизеринка, инквизитор всех факультетских нравов, готова рвать на себе волосы, если бы это повернуло время вспять; сейчас она совершенно не слушает своего тела, которое не обманешь уже, - куда там! - и её движение не резкие, нервные и подростково-сорванные, а расслабленные, плавные и какие-то довольные. Сама Вальбурга раздражается от этой несвойственной ей медлительности. Непривычно, это и заметно. Как и то, что её не принесли сюда силой, но и не уложили спать, просто накрыв одеялом.
Поэтому... 
- Нет... - вдруг в бешеном шипении отрицает она, посылая своему злонасмешливому другу характерный жест рукой оставаться в том же положении, в том же месте. В постели. Шутки про неглиже ей давно не смешны, хотя мисс Блэк не станет отрицать, что некоторым ничего идет больше, чем всё сразу, - ...как это ТЫ мог так со мной поступить?! Как, Лестрейндж?
Ещё одно невербальное манящее и снова ничего. Вальбурга встает с кровати и идет по номеру в поисках своих вещей. Щиколотки по косточку утопают в пушистом ковре, оставляя за собой слегка примятый ворс.
- Как?!
Она снова поднимает палочку, призывая. За эту мировую несправедливость нужно отомстить хоть кому-нибудь и выбор тут невелик. Пусть Рейнард потерпит небольшую аренду. Это совсем несложно.
- Ты?!
Палочка слушается очень плохо, из под чужого сознания манящее заклинание отпускает лишь в пол силы, но все-таки. Магия рождается, воспроизводится, существует. О чем сие может говорить? Магия не лжет никогда, допуская к себе лишь избранных. Это тема не для одного вечера, но сейчас Вальбурга не будет размениваться на теории про магическую сущность и вежливость, о неприкосновенности чужого артефакта.
- Мог?!
Однако всему есть предел - повелевающий импульс сильнее лояльности проводника. Изысканные бра на латунных ножках взрываются слезами венецианского стекла, а вены на руке волшебницы окрашиваются голубой волной магии и снова возвращаются в палочку того, кому этой ночью повезло больше всего.
Драккл задери это утро!
Это отрезвляет королеву утреннего негодования, и она, сморгнув, наконец-то замолкает вовсе, щурит ещё не утратившие яростного блеска глаза и сопит. Вальбурга вообще отходчива – сколько раз уже это доказывала. Но наверняка будучи от природы чрезвычайно злопамятным, Лестрейндж находит это странным, но не может же не признать, что для него это очень удобно, верно? Она разворачивается и протягивает ему палочку рукояткой вперед.
- Прости, но я вообще ничего не помню. Смейся! Но это элементарно подло! - Вальбурга отходит на пару шагов и прислоняется к простенку между окнами, вздыхает, после чего медленно оседает вниз, натягивая рубашку на колени и пряча свои музыкальные пальцы в идеально накрахмаленных манжетах. В её позе читается сожаление лишь по последней фразе, будто бы помня ночные приключения, её реакция была бы совсем другой. - Что мы пили, Рейнард? Мерлин Великий, какой позор. А если они узнают...?
Она неспроста вспоминает старших, ведь вряд ли можно найти слизеринца, у которого с родителями были теплые, дружеские отношения с пьянящим шлейфом вседозволенности. Наоборот, к каждому из них, недавних ещё школьников, была представлена жесткая фамильная планка, ниже которой опускаться было недопустимо, непозволительно. И если в школе на некоторые вещи закрыли бы глаза, - педсостав сплошные полукровки, что с них взять? - то дома, за вековыми стенами традиций и моральных устоев разговор о чести был совершенно другой. Виновнику доставалось не меньше объекту, не смогшему за себя постоять. А если дело бы касалось девичьей чести, то и намного больше.
- О, не стоит - не утруждай себя. Но кроме убитой чести, в этой номере вообще есть что-то моё?

Отредактировано Walburga Black (12.10.2018 03:35:46)

+1

5

А в этом что-то есть... Крайней интересная мысль посещает голову. Власть в чистом виде, без недомолвок и преувеличений. Одни человек что-то знает, и не важно, что именно; а другой - простой несчастный, потерявший контроль над частью себя. И вот так, абсолютно случайно, один оказывается зависим от моральных и нравственных устоев другого. Король шантажа, знающий все и обо всех - абсолютная власть. До этого нам еще жить и жить, но идея хороша.
Сейчас нет нужны пытаться тебя прочесть. Ты сама это делаешь, вслух, громко и с выражением, раздеваешь свою душу, снимая лоскутами кожу, обнажаясь до предела. Отчасти больно на это смотреть, но завораживает.. притягивает сильнее, чем отталкивает. Боль пылает в глазах. Тебе.. просто страшно. И это восхитительное чувство, что виновник сего торжества - я. Что ж, Блэк, сегодня ты  - моя. И эта экспрессия с моей палочкой сыграет с тобой ту же шутку, что и с Дигом Клетчером, пусть земля ему будет пухом, идиоту. От взрыва в ушах звенит, виски отзываются резкой болью - прошло всего пару часов, как мы выпили последний коктейль "Верхом на ведьме". Руками прикрываю голову от осколков, чуть наклоняясь. Ты не такая холодная, Блэк, как стремишься всем показать. Но как туго приходится себя держать в таком ледяном коконе? Тяжело? Уверен.
Палочка снова в руках, направить на дверь, нас не должны слышать. Она будто слабо пульсирует в руках, еще теплая, ей нравятся мои прикосновения. Тебе тоже все нравилось, дорогая, зачем ты все усложняешь. Поворот, выписывая палочкой пируэты, возвращая осколки на свои места. Не хочется добавлять лишних красок в интерьер, а голые ступни, как и все остальное, в зоне риска. Мне всегда казалось, что если ты порежешься, твоя кровь будет голубовато-белой, но редкие всполохи зарева на твоих скулах опровергали мою теорию. Сейчас же ты пылаешь, Вальбурга, горишь, как ведьма на костре. И тебя может спасти только чудо - добрая воля мистера Лестрейнджа. Но пока - я продолжу. Мы любил с тобой поиграть, а сейчас пора повышать уровень сложности. Отложить палочку в сторону, она сейчас не нужна. Простыню накинуть на плечи на подобии мантии, прекрасный помятый шёлк.
- Подло? Что именно? Перебор с концентрацией алкоголя в крови - моя вина? - голос с нажимом, не стоит во всем винить меня, коли не уверена. Со столика взять серебристый портсигар, спичек нет, вернуться за палочкой. Комнату наполняет мягкий молочно-белый туман. В школе приходилось прятаться, а сейчас прячутся некурящие. Подойти ближе к окну, приоткрыть створку в тяжелой раме, давая возможность белому плену вырваться на волю. Приятная прохлада на разгоряченную кожу. Опустить взгляд на секунду, любуясь самой  что ни на есть Блэк из всех, носящих эту фамилию. И снова в окно, наслаждаясь мягкой горечью африканского табака. - Вино, конечно. Сначала,- да уж, начали мы все мирно, и ты еще тогда не испытала на себя силу одного из самых простых в приготовлении зелий.- Затем огневиски, коктейли в баре... дальше и я с трудом вспоминаю,- прищуриться, потирая виски, будто головная боль всерьез мешает вспомнить события прошлой ночи. Как это приятно, держать руку на горле Вальбурги Блэк. В прямом, и в переносном смысле. Нежная кожа, будто все время ее обладательница занята маслами и кремами. Пропустить мимо ушей слова о возможном разоблачении. Оставим струну тихо звучать на фоне, как напоминание. Это почти честно.
Усмехнуться, слишком резко втягивая горячий дым; кашель веселого человека, как называл его Маркус, хлопая по спине своими маленькими кулачками. Когда ешь, пьешь, куришь и кто-то тебя смешит... милая забава.
- Убитая честь? Помилуйте, сударыня, о какой чести идет речь? Хмм... все, что я помню - так это твои страстные вдохи и выдохи, стоны, счастливое лицо и улыбка истомы, с которой ты провалилась в объятия Морфея..- наигранная злость со смесью жуткого самодовольства на лице. Это мой маленький триумф. Я помню все, как же мне это нравится. А тут.. тут даже придумывать ничего не нужно. Нам было очень хорошо.. возможно даже слишком хорошо, чтобы это могло случиться по-настоящему. - Или честь дамы, вырывающей последнюю бутылку огне-виски из рук бармена? Ты хотела превратить его в жадного крота!- на самом деле бутылку вырывал я, ну а по поводу крота точно не скажу... палочкой ты точно размахивала направо и налево. Надо запомнить, что зелье раскрепощенности не сочетается с алкоголем. Никак.
Ладно, хватит. Излишне много подробностей тоже могу навести на неприятные мысли о том, что кто-то в этой комнате врет. А нас тут всего двое. Присаживаюсь рядом, предлагая половину сигареты леди. Мы так делали в школе, привычки навсегда остаются в нас, только мы  учимся не быть их рабами. - Прости,- да, я умею извиняться. Если того требуют обстоятельства. Или это марионеточный моно-спектакль. Забавно, ведь я ничего не хочу получить взамен. Мне просто нравится наша игра последние лет пять. И всегда хотелось сделать то, что уже произошло.  - Не переживай. Мы просто хорошо провели время.. наверное..- пожать плечами, слабо усмехаясь. Ее это бесит, я знаю. Главное не проколоться на мелочах, а то второй раунд будет явно не за мной. - Где твоя палочка?- вопрос, почему ты взяла мою? Она лежала ближе? Или кто-то оставил ее в холле? Мой недосмотр, я должен был это запомнить. Но не помню. Ох, Мерлин...

+1

6

- А если он обманет? Что ты будешь делать? Ты сгоришь.
- Сгорю? Может быть, сгорю. Но зато вспыхну! А тут чадишь, чадишь…


- Ах, вино - надо же, какое коварное… - ошарашено продолжает шипеть мисс Блэк, не сводя взгляда с... Да. Мантия из простыни прекрасна тем, что, как и любая мантия, она не сходится спереди, не закрывает ничего перед собою. Так ведь удобней шагать.
Ну…
Пожалуй, пора прекратить пялиться на ноги Лестрейнджа категоричным.
– Какой же блеф! – и продолжить вгрызаться в истину. Древнейшая и Благороднейшая крепость пала, это очевидно, но истина все так же маячит где-то рядом. - Я пью вино с десяти лет, Рейнард! На меня оно так не действует. А виски - подумаешь.
Она обрывает себя на полуслове, поднимая руку в красноречивом жесте - наглая ложь! Виски Вальбурга пила где-то с пятнадцати. Да и вообще,  разве можно окончить Слизерин без бутылочки Огденского под подушкой?
Это кем надо быть?
Наверное, Лестрейнджем.
- Да, это твоя вина! Ты чем-то подло опоил меня, - скривив губы в саркастичной усмешке, нарочито объясняет она, - и подло то, что я этого не помню!
А хотелось бы.
Вальбургу так раздражает это его вечное стремление вывернуться, оставить для себя лазейку, быть правдивым и одновременно – наглым лжецом, делать то, что хочется, не изменяя самому себе, но при этом выполнять долг последнего в роду. Нежелание уступить, нежелание терять, нежелание сдаться ей полностью - всё это безумно надоедает. И бесит. Впрочем, сейчас в Рейнарде не так сильно намерение воспитать несносную Блэк, как желание до конца насладиться её беспомощностью, трепетом, эмоциональной обнаженностью. Впрочем, не только эмоциональной. И всё это, чтобы потом почувствовать, как она постепенно расслабится в его руках, с его голосом и доводами. Как поверит ему.
- Твою Династию, Лестрейндж, ты же джентльмен, – в пылающем взгляде без легилименции читается “Был!” - Зачем ты мне всё это говоришь? Я не знаю как вообще вести себя в постели, а ты мне про стоны и Морфея! Самому-то не смешно?
Она принимает сигарету и жадно затягивается. Сейчас в ней нет её обычной несносности, в её низковатом смехе засыпают полубезумные нотки, а под ресницами догорает злой огонь. Дым приносит ей успокоение, а эти пальцы целовал бы Моцарт, рисовал бы Да Винчи - здесь идеальные пропорции: плавные кисти, ровные фаланги, длинное ногтевое ложе и очень дорогой маникюр. Кусочки кожи под ногтями. Будь сейчас мисс Блэк одна, она бы достала бы их и съела.
- Палочка? Хм, и правда, где моя палочка. В том баре, наверное, если только не… - Вальбурга вдруг вспархивает вверх в облаке сизого дыма, и полы рубашки облизывают её белоснежные бедра. В два скачка она оказывается у трюмо, дергает на себя длинный ящик для косметики. Торжествующий взгляд изумрудных глаз. Да - она тут! Дурных привычек не изжить, и как же это удобно. Мисс Блэк уже готова развернуться к мнимому обидчику, отвесив парочку оглушающих заклятий, как…
Что?!
Вальбурга резко откидывает волосы с плеча, и антрацитовая волна открывает фаянсовую ключицу, лопатку и ещё что-то. Мисс пристально всматривается в зеркало. Рывок у самого ворота - с тихим звуком падают на пол жемчужные пуговицы. Магия левитации прихватывает чужую рубашку на талии, палочка в руке – да, тут лучше наблюдать со стороны. Вот только зеркало на стороне мистера Лестрейджа, оно всячески импонирует ему, мерзавцу, транслируя шедевр перед собою. Тут всего в меру и всего мало. Слишком мало - как деликатесного блюда. На любителя, гурмана.
- Я вижу как мы провели время. Ты же меня чуть не убил... – мрачно констатирует всё ещё мисс, всё ещё Блэк. Кожа на её шее такая тонкая, что синие ниточки вен явственно вырисовываются вокруг красных следов, словно реки на карте. Ты ведь не думал, что на коже непременно останутся кровоподтеки? Дугообразный след возле подмышки, не иначе как укус, два синих пятна под одной грудью. Вишенки сосков быстро темнеют от утреннего воздуха, но нет ничего холоднее следующего вопроса. - А... хотелось?
Она просто ещё не видела его спину.
Взмах палочки, и рубашка заворачивается на ней на подобии минимального платья-футляра. Мода конца сороковых уже знает этот покрой, но в белом цвете этот фасон больше подходит буйным пациенткам больницы Святого Мунго.
- Рейнард, не смотри на меня так. Омут памяти или родители. – она облокачивается на столешницу трюмо и складывает руки на груди. Откуда-то пахнет свежесваренным кофе, в отеле начинают подавать завтрак, и это манит её не меньше желания просто испариться из этого номера. Или выйти в окно, прихватив в собой корону милостивого короля шантажа. Ничто не закрыто, никаких барьеров – казалось, бери и аппарируй под ноги отцу. Раскаивайся и жалуйся. Словом, унижайся.
Но ни слова про крота!
Мисс Блэк повторяет.
- Воспоминание или заявление, Лестрейндж. Выбирай.

Отредактировано Walburga Black (12.10.2018 21:50:26)

+1

7

Фраза "На меня вино так не действует"- одна из любимых в коллекции мужчин. Кому удавалось ее услышать - тот непременно становился счастливым обладателем приятной ночи в компании с владельцем фразы. Логика не подводит и в этот раз, разве что порядок действий слегка напутан. Это скажется на результате? Вряд ли. Все хорошо.
- Мне очень жаль,- кивнуть, подтверждая свои слова, но не вдаваясь в дальнейший разбирательства. Что-то подсказывает, что в этот предрассветный момент, где заканчивается магия ночи, начинается реальная жизнь,  от который мы так успешно удрали на пару часов. Нам было весело, а это уже что-то, если нам было весело вдвоем. Ты все портишь, Вальбурга, как обычно. Слишком занудна - а в этом уж я разбираюсь. Я не хочу слышать про то, кто джентльмен, а кто нет. Это слишком грубо, ты прекрасно знаешь. Не джентльменом я быть и не смогу. Разве что на какие-то пару часов. - Поверь, мне было не до смеха..- улыбнуться, забирая из ее рук догорающую сигарету. Она двигается так легко, движения свободны, потому что здесь нет закостенелой твердолобой Вальбурги Блэк.  Она совсем другая. Этот взгляд, неуловимые жесты.. свободна ото всех цепей, прикрытая лишь своим шармом и белизной рубашки. Даже не знаю, что белее, ее кожа или материал. Мне нравится за ней наблюдать. И вчера, и в моменты маленьких метаморфоз. Ты уже не та девочка, строящая из себя звезду на небе. Сириус был бы Вам к лицу.. хотя нет, он слишком горяч. Как ни крути, в мире нравственной безнравственности Ваши этюды будут приняты за гордость, благородство духа и семейного очага. Мне жаль, что Ваш образ так сильно въедается в голову, заставляя думать на тот же манер. Мадам Блэк, Вы слишком очаровательны для подобного. Вчера я в этом убедился, не стоит меня разубеждать.
Поищи. Это в наших общих интересах. Пропажа палочки - не беда. Место, где ее могут найти - это совсем другой разговор.
Последняя затяжка. Приятный дым, приятные вольные очертания первых лучей на призрачных нитях. Затушить в небольшую вазу из горного хрусталя, пепельницу ты разбила, Блэк, когда только вошла сюда... поверь, я бы хотел, чтобы ты вспомнила, что было вчера. Но.. это чуть сложнее. Легкая улыбка теряется на лице. Только в уголках глаз и где-то в них же глубоко-глубоко, туда, куда еще можно заглянуть, где нет крепостей и пещер со сложным лабиринтом, где мальчик Лестрейндж задирает левитацией мантию девочки Блэк не из ненависти или чего-то еще, и не чтобы посмеяться, ведь это не смешно. И он очень старается, чтобы больше никто, кроме него, не увидел этой картины.
Подойти к прикроватному столику. Мне нужна палочка, на всякий случай. Вернуться обратно, устраиваясь поудобнее у подоконника. Палочку она нашла, мои поздравления. Одной проблемой меньше... Ой ли.
Зачем? Ты действительно себя изучаешь? Или тебе интересно посмотреть на мою реакцию? Обнаженная натура прекрасно сбивает ход мыслей и размышлений, это точно. Завороженно наблюдаю за плавной линией ее шеи, скрывающаяся под тканью рубашки. Но зеркало дает более интересную картину. И смущения тут ни к чему. Но девушка и не смущается. А это на нее не похоже. В смысле она никогда не делала это явно, пряча под своей любимой горделивой маской; но я всегда видел, как уголки губ незаметно опускаются вниз, глаза чуть суживаются, затем принимая своей немигающее состояние. Не сейчас. Что случилось с наследницей Черного гобелена?
- Что ты несешь?- нахмуриться. Такой переход не очень-то забавный. А шутки тут ни к месту. Мы же о серьезных вещах толкуем. Зачем ты так.. я не подаюсь вперед, просто перестаю любоваться и начинаю снова смотреть, чтобы видеть. Вот, куда ты смотришь? Серьезно? - Блэк, это смешно,- но я не улыбаюсь. Больше никаких улыбок, миз Блэк. Хватит. Вы выносите нашу милую беседу на слишком высокий уровень, где девиантное поведение может стать единственным решением вопроса. Не стоит так рисковать. Вы же меня знаете. Хотя..о чем это я.
Прекрасное платье. Мнёт мою рубашку. Как же мало ткани нужно для тебя! Но этот взгляд, и эта философия дамоклова меча. Он надо мной, и нужно сделать срочный выбор. Честно говоря, мне нравятся оба варианта. Так что, как и буриданов осёл, могу еще немного подумать. Рассказать её отцу про то, что случилось? Идея интересная. Скорее всего, он не обрадуется, хоть мы и всегда были в неплохих отношениях. Но рассказать ему со своими подробностями и отдать свое воспоминание, как доказательство,- это лишь тебе выкопает яму, Вальбурга. Зелья нет в твоем теле уже часа полтора, а я ничего об этом не знаю, конечно же. Но второй вариант.. Мерлин, не думал, что он будет еще интереснее.
Встретиться с ней взглядом. Мой личный холодный бриз, спасибо.
Что ж,- оттолкнуться от столешницы, разводя руки в сторону. Мантия сливается с плеч молоком, оставляя в абсолютной наготе. Не нарочный жест, совсем нет. - Возможно, ты права.- Только возможно. Надеюсь, сама не будешь разочарована.- Я тебе покажу, все, что было. Твоими же глазами,- все в твоей голове, дорогая. Палочка уже направлена. Легилименс!
Последний год я учился добывать нужные сведения. Легилименция - наука не точная, требующая много опыта. В школе было много подопытных, но не много учителей. Уже за бортом нашлись умельцы, в частности - в Св. Мунго. Главное - упорядочить то, что видишь, и понять что ты хочешь увидеть. Уметь искать и пробираться через тернии. Не так просто, но и не сложно.. если ты готов.
- Бокал вина.. это не так интересно, как и конференция. По крайней мере нам сейчас нужно не это. В твоей голове так много образов, которые мешают.. о чем ты думаешь, Блэк, соберись! Ты же сама хотела посмотреть... фуршет, довольно неплохой, лангустины удались на славу! А вот и третий бокал, отвлекаешься на седовласого старца, тебя всегда тянуло к мужчинам постарше, это твой рок. Что было дальше? Пойдем, покажу еще.. как интересно смотреть на мир твоими глазами, думал, все будет во льдах... поворачиваешься, снова бокал в руку,слегка качнуло, вот так вот! Ты медленно моргаешь.. а потом, будто сделать глубокий вдох и выдох, начинаешь творить... свои обычные дела. Да, ты жмешь руки, улыбаешься, запоминаешь лица и запахи, странная... И часто смотришь на меня, мне это льстит, но не будем терять контроль.. Дальше фуршет заканчивается, желающих приглашает в бар отеля молодой парень. Находишь меня глазами, а я с тебя их уже не свожу. Предлагаю руку.
- Мадам Блэк, позвольте Вас сопроводить,- какой я галантный... Так много слов, разговоров, ты чуть более развязана в своих действиях и алкоголь быстрее кружит голову, картинка становится чуть размытой, это так странно.. а я слишком много улыбаюсь тебе. Это странно... слишком много странностей. Бутылка огне-виски на столе. Посмотри, как скучно ты провела вечер, разве что болтаешь без умолку.. особенно, как не ерет тебя алкоголь, моя любимая тема всплывает уже четвертый раз за наш разговор. Выхватываю бутылку у бармена, признаю, никаких кротов, мы идем наверх.. слишком много слов, которые не имею никакого значения. ты смотришь на меня перед дверью, и я не выгляжу слишком радостным и счастливым. Почему? Ты видишь это... и этого достаточно. Хватит!

Дышу неровно. Я остановился вовремя. Ей нельзя видеть того, что произошло дальше. Поднимаю глаза на девушку.
- Ты действительно думаешь, что я позволил бы тебе влезть в какое-нибудь дерьмо?- фраза не очень, но суть джентльмена всегда неизменна.

+1

8

Это странное восприятие, искаженное надуманными иллюзиями и тем ядом, которым они плевались в прошлом. И оно возвращается в зону комфорта, как только Лестрейндж становиться жестче. Становится привычней. Становится будничным, собой. И без этого начального “Прости” - его было недостаточно. Но ”Мне очень жаль” - совершенно другое дело. Слова извинений должны были прозвучать с обеих сторон, даже если никому из них не жаль.
Не до смеха, он говорит. Но Вальбурга и не смеется, пожимает плечами – мол, так и есть. Кажется, Рейнарда это не пугает совершенно, но раздражает, как будто бы он это уже переживал похожий случай, проходил. Вкушал. Странный комок подходит к горлу, и мисс Блэк запрещает себе думать об этом, ведь даже если бы и да, каждый раз утренний сценарий мог развиваться по-разному.
Почему эта мысль так задевает?
Дезертирует псевдомантия, и это очень меткий удар.
- Атлант расправил плечи. – констатирует мисс Блэк, деланно прищуриваясь, она бы в красках рассказала бы про свою ношу, и что она совсем не чушь, однако мысль перебита свежим зрелищем и бывшая слизеринка совершенно забывает…
                              …всё,
                                       что хотела сказать.
Какими бы толстокожим не хотел бы казаться Лестрейндж, в рельефе его бархатистой кожи миллионы нервных окончаний, обнаженных, чувствующих слишком много; все пытаются избежать боли, но, иногда, это невозможно, и остается только одно – чувствовать. Ну вот, мурашки. Перестань пялиться.
В первый раз в жизни мисс Блэк приходит в голову, что она знает о своем соблазнителе больше, чем о ком-либо из их школьного курса. А между тем, Рейнард ведь никогда не рассказывал ей о себе – всё их знакомство шло по обрывкам фраз, по течению светских событий, по редким турам вальса. Удивительно.
Вальбурга кивает предложению - она права и это само собой разумеется, но лучше бы она сохранила дистанцию, а так…
- Что? Моими глазами?!
…шагнула прямо под заклинание.
Такая наивная.
Все снова свершается вовсе не так, как она хотела. Не чинный Омут памяти, не скрупулезное знакомство с воспоминанием, не разбор, не тысячи новых извинений и… все кругом одеты. Всё случается молниеносно, больно и точно. Сознание подчиняется неприятному магическому импульсу, но уже с первых секунд легилиментору становится понятно, что разум худо-бедно, но тренирован. Из терний подсознания, словно баргесты с Блэкского гобелена, скалятся ментальные щиты. Их три, и каждый ждет своего часа - они не бросаются стаей, их сдерживает хозяйка, ибо в её интересах посмотреть, вспомнить, осознать...

Измученная войной Бельгия учится дышать заново, вдыхает и выдыхает новыми событиями - светскими, яркими; зализывает раны международными приглашениями, здесь снова торжествует дипломатия. Пятилетнее Возрождения собирает под стены замка Лоппем всю европейскую магическую интеллигенцию, и конференция мастеров зельварения играет свежими красками, идеями и знакомствами. Здесь нет места политике, кто-то из докладчиков в бывшем открыто поддерживал Гриндевальда, и это не секрет. Всем известно, что до того, как мессир прошел по головам прямиком в Нурмергард, он собрал подле себя лучшие умы магической науки. Аврорам здесь нет места, а охрана - вся из найма. Лучший вариант для всех.
Тезисы, выступления, дискуссии и поздравления. Я не тряслась так даже перед ТРИТОНАМи, но все проходит сносно, и мне удается отстоять свои выводы. Вытяжка из аконита сильнее и действенней порошка, правда объект может не выдержать интоксикации. Бывает. Этот риск, он есть всегда, оправдан термином всеобщего блага. Однако здесь теперь так не говорят… Очень жаль.
Мои сборы на вечернее мероприятие затягиваются. Бокал вина для храбрости. Смотрю на себя в зеркало, но в нем отражаюсь не я и я одновременно. Вроде бы я та же мисс Блэк. Но... Тонкие бретели, высокие чулки, корсаж. Это Иллюзия. Первый щит, его несложно было натренировать самой, это вообще каждая волшебница сумеет. Иллюзия отвлекает, старается сбить с толку неопытного легилиментора, завладеть вниманием, загипнотизировать кадром. Самый слабый щит, очень тонкий и женский. Хорошо работает в компании с каким - нибудь дополнительным образом. Только вот её усилий тут будет недостаточно - Лестрейнджа назвать неопытным нельзя ни в каких случаях. Плюс, он уже видел больше, чем этот щит может предложить, и Блэк Иллюзорная иронично щурит свои миндалевидные глаза и бросив в меня - «Идиотка. Экзальтированная, причем» - уходит прочь.

Вечер начинается с фуршета. Почему когда все стремятся набить себе пузо, а мне кусок в горло не лезет? Я разговаривают с вами, милорд, и сожаление слышится в моем голосе и во взгляде - мне действительно жаль, что вы остались последним из своего рода, горько, что ваши сыновья отдали честь и жизнь тому, кто сейчас гниет в сырой камере. Сейчас вы выглядите по-другому: чары маскировки скрывают слепой глаз, асимметричный рот, - след от проклятия, - вы и зоветесь сейчас по-другому, но я помню расцвет вашей династии, словно это было вчера. Как отец каждое лето ввозил меня в Австрию, как представил вашей семье. Как вы все про себя строили планы. Фридрих фон Дорн, молчаливый юноша, ваш старший. Три года назад сгорел в огне Войны.
Какова ваша фамилия сейчас?
Ах, эта...
Я замечаю Рейнарда Лестрейнджа практически сразу, и от вас не ускользает этот интерес.
- Познакомить вас? - с улыбкой спрашивайте вы.
- Мы знакомы давно, - ровно отвечаю, - но я была бы благодарна, если бы вы завязали беседу.
Пусть это польстит тебе, Рейнард. Ибо в мою голову сейчас не приходит ничего, кроме идиотских «Молодой человек, а можно с вами познакомиться» или «Что вы делаете сегодня вечером?» Мне кажется это забавным, ведь мы знакомы с детства, а твой досуг меня никогда не интересовал. Никогда в школе, но сейчас... пожалуй, стоит поблагодарить отца за мою непомолвку, иначе бы на вечеринке мне пришлось бы подпирать собою столб. Вряд ли бы тогда кто-нибудь решился на большее, чем светские комплименты моему виду и похвалу моему выступлению. И уж тем более не на бар.

Кубики льда играют отсветами магических огней, мартини льется рекой, оливки сменяются лаймом. Кант соли на губах, да, Лестрейндж, я позволю себя сопроводить.
Бродерик Трэверс смотрит масляным взглядом. Противно. Но я еще не знаю, что он значит, но когда через год меня начнут активно сватать, я всецело возненавижу его. Можешь проклясть его, мне понравится.
И снова кубики льда в стакане, оливки стали маслинами, а лайм – лимоном. По сути неважно даже, ведь круговорот повторений набирает темп и уже не разобрать слов: движения в воспоминании быстры и резки, контуры тел расплывчаты, и вдруг на очередном повторении ментальный образ прошлого становится грязной какофонией смешанных в палитре красок и неразборчивых звуков. Снова щит, верно. Модифицированная ловушка из того что есть в голове стремится захватить легилиментора в круговорот сгущающихся повторений. Ты сам снимаешь этот щит. Я в восхищении.

- Также я элементарно несносна, - вдруг утверждаю, прерывая уже довольно пьяненькую дискуссию об аконите. А ещё о себе любимой и о месте сильной и независимой женщины в этом мире. Тебе не интересно, я вижу, ты вообще где-то не здесь. Ау, Рейнард, - и совершенно не умею пить Огденское. А спорим, Рей, что мы даже и часа друг друга не вытерпим?
С каких это пор ты стал для меня просто Реем?
Мы идем по коридору, а навстречу приближается моя последняя защита и снять её будет очень тяжело. Издалека это будто бы ты – смокинг, мантия - не отличишь. Но во взгляде чужой отголосок последнего знания, движения нарочито легки и расслаблены, они вовсе не твои, ты так не двигаешься, не экономишь силы. Мальчик-загадка, почти один в один, ты помнишь его? Это щит-Зеркало, как основной образ того, кто его создал, кто ставил, кто учил собою пользоваться. Он лишь при приближении приобретает внешность интервента. Твою.
- Привет, Рейнард! - улыбаясь, говорит он. Улыбка тоже не твоя. - Меня зовут, Т…*
Обрыв.
Ты толкнул меня в номер.
Началось.
Всё, хватит.

Они встречаются взглядами, и Вальбурга отвечает на вопрос сразу же, на одной дыхании. И даже тон оскорбленной почти удался, браво.
- Нет. Нет, я этого не думаю.
Осознание приходит к ней также быстро, как и решение поддаться чужой магии.
- Это было пари! – ошеломленно восклицает она, вдруг схватившись за виски, - Я проиграла его... И всё началось - там. – взгляд на дверь в ванную. Дугообразный жест рукой, память возвращается отрывками, но мисс Блэк уверена, стоит ей только ступить на холодный мрамор ванной комнаты, её накроет новой волной, - нет, я туда не пойду.
Ах, Рейнард, какое, должно быть, сладостное удовольствие - иметь ключ от твоего сознания, от этого шкафа со скелетами, знать, наконец, что способно заставить уже тебя истерично бить пепельницы… жаль, как жаль, что ты никогда не сделаешь мне этого маленького подарка.
Или сделаешь?
Что с тобой?
Не узнал в Зеркале любимого себя?
- Рейнард… не смотри на меня так.

***

* - согласовано с игроком.

Отредактировано Walburga Black (17.10.2018 19:31:01)

+1

9

Прекрасное легкоатлетическое тело, но я почти не бегаю. Возможно - из-за этого и одышка. Нужен холодный воздух. Испариной покрылся не только лоб, но и все тело мокрое от пота. Словно добежал до Марафона. Сил почти нет. Если Вы думаете, что легилименция - обычные чары,- оступитесь на платформе и головой на рельсы. Если повезет - то по шее проедет. А если по голове - приблизительно схожее ощущение, по крайней мере, поначалу. Легко встряхнуть головой. Словно в тумане слышу голос женщины, которая вовсе не так проста. Простушкой в принципе не назовешь, но защита своего сознания.. Смотрю на девушку другими, новыми глазами, будто только что познакомились. Она озабоченна, о да.. я рад, что ты вспоминаешь, это будет все естественно, а этот цирк, выпивший все силы и душу.. был ли он лишним? Или же положил начало "выздоровлению одурманенного ума"? Боггарт их разберет, все эти ментальные штучки. Боль в висках переползла и в лобную долю, полу-кольцом стиснув голову. О таком предупреждают, мисс Блэк. Не будем трогать рукой и морщиться, это делу не поможет. Пройдет через четверть часа.
Поднять с пола простынную мантию, снова закутываясь в нее, уже плотнее, с большим удовольствием и с более выраженным функциональным осмыслением - банально прохладно. Еще одна сигарета. Маленький огонек на конце трясущейся палочки. Пора бы успокоиться и взять себя в руки. И перестать смотреть на тебя.
- Я впечатлен,- устало опуститься на пол, вытягивая ноги. - Только и всего,- ладно, это еще не все. Я видел слишком многое, на что не обращал внимание в тот вечер. Не думал, что твои мысли окажутся настолько.. человечными, что ли? Миз Блэк во власти эмоций - сюжет фантастической книги. Невозможно, как и потолок Хогвартса. А еще.. еще мне так нравилась наша игра. И сегодня мы поставили в ней твердую уверенную точку. Без возможности продолжения. Слишком ярко нарисовали, не стереть. Отпечатки не только в глубинах сознания, но и снаружи. Мне нравятся твои глаза, Блэк, возможно даже слишком. Ванная, столик у окна, пол, кровать, кровать, кровать. Ты и сама все вспомнишь, сделаешь выводы и поймешь, насколько с этим комфортно будет существовать. Почти грустная концовка конференции. Аплодисменты докладчику. - Да только тут такое дело..-  сигарета быстро приводит в чувство. Только виски еще ноют, но на губах уже формируется улыбка. Если это наш последний день вместе, не стоит пренебрегать драгоценными минутами. Я знаю, что нравлюсь тебе, Блэк. Ты почти наверняка знаешь тоже самое обо мне. Почти наверняка. - Твой доклад, весьма занимательный к слову сказать, в выводах носит пару ошибок,- всегда был за то, чтобы выводы делались после тщательного анализа, без спешки и отвлечений. И ванная комната тут совсем ни при чем, хоть там и было здорово, а твои чулки нужно восстановить заклинанием. Ты так жадно прижималась, что позволила мне быть слегка не сдержанным.. в первый раз... во второй все уже было плавнее и планомернее.. Но теперь, когда огонь уже горит ровным пламенем, без всполохов и ярких вспышек, можно снова подлить немного масла в огонь. Потому что настоящая Блэк без своего классического костюма-маски мне очень понравилась. Говорят, твой отец дает тебе возможность состояться в научном обществе.. большая редкость для нашего мира. Но скоро.. тебе придется смириться. Этот мир принадлежит мужчинам. И, когда я смотрю на тебя, понимаю, что  и женщинам, которым принадлежат эти мужчины. Благо научное общество импотентно, и лишь по традиции женщин тут видят реже. Еще одна затяжка, подняться с пола, от ковра чешется филейная часть. Шаг на встречу миледи Блэк. - Отчего ты решила, что одинаковый вес и концентрация вещества в аканитовом порошке и вытяжке разнятся? Или, почему-то вдруг, в вытяжке он приобретает иные свойства? Бред,- почему я этого вчера не высказал? Был увлечен ее губами, точно. Я так люблю тебя злить, что не представляю даже, как без этого жить дальше.  Лишь малая толика моих увлечений, но уже вошедших в привычки. Даже не помню, как просто говорить с тобой иначе. - Да, доказательная база строится на наблюдениях, но не учтена физиология,- обожаю умничать, смотря в твои глаза. Я знаю, в чем проблема твоего доклада. И, понятное дело, мне ненужно хаять тебе перед всем светом. Мне достаточно твоего взгляда, осознания, что ты знаешь, что я знаю. Простая конструкция. Как и со всем нашим вечером. Шантажировать? Неет, уже хватит на сегодня. Позлить? И посмотреть, во что эта злость выльется? Опасный момент, палочка у нее в руках, но я верю в свою счастливую звезду. И в хорошую реакцию. - Можно рассчитать эквивалентную дозу вытяжки относительно порошка - но это лишь следствие. А в чем причина?- физиология, моя дорогая Блэк, простая физиология. - В одном ты точно права, риск есть всегда,- ради общего ли блага?

+1


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Дай минуту прошлому