Позднее здесь будет выведена хронология и очередность постов
С подарка мысли плавно перетекли на Эдди. Они дружили вот уже почти три года, может, это был не такой большой срок, но за это время ребята неплохо узнали друг друга, к тому же, рейвенкловец был интересным собеседником и много знал о магии, а соперничество в квиддиче после некоторых событий стало добавлять только повод для шуток и взаимных подколок. Кроме того, у них сама собой сложилась общая компания, несмотря на то что Эдди постоянно заявлял о своем старшинстве (на целых полгода) и всячески показывал, что Марк, по его мнению, еще маленький.читать дальше
12/09 ТОП-ЧЕК получай приз за ежедневное тыканье по монстрам! Тыкать обязательно!
26/08 Открыта запись для двух новых квестов! Если ты решил примкнуть к Ордену Феникса или являешься учеником школы Хогвартс, то эта новость именно для тебя!
26/08 А вот и осень наступила... давай же начнем готовку к зиме, ведь зима близко, вместе за порцией чая и прочтением нашего осеннего пророка!
Добро пожаловать к нам на Marauders. The reaper’s due! Смешанный мастеринг, эпизоды, рейтинг NC-21.
Август/Сентябрь 1978 года.
RegulusОтветственный за прием и регистрацию персонажей
ICQ: 745005438
Tlg: @antraxantarion
, ElysseГлавный админ
Tlg: @cherry_daiquiri
ICQ: 702779462
, AthenaОтветственная за конкурсы и развлекательные мероприятия
ICQ: 744828887

Marauders. The Reaper's Due

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Je crois moi non plus


Je crois moi non plus

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

JE CROIS MOI NON PLUS

http://i394.photobucket.com/albums/pp22/carillonphantom/DeathEater-3.gif

Дата и место эпизода

Действующие лица

08.08.1977, вечер, кабинет Абраксаса в Малфой-Мэноре

Abraxas and Lucius Malfoy

Одна встреча в Ставке переворачивает привычный уклад в Малфой-Мэноре, и отцу с сыном пора наконец серьезно поговорить.

+2

2

float:left Август. Летняя пора, которая всегда радовала теплом и цветущим, множеством красок, садом. Этот вечер, до поры до времени, омрачался лишь мелким дождиком, который то барабанил по крыше, то затихал на какое-то время, словно набираясь сил.  Люциус любил лето, любил сидеть у окна, и сейчас, не смотря на небольшой дождик, устроился у раскрытого окна с интересной книгой. Но вечер, в один прекрасный, или не очень, момент, перестал быть лениво-книжным. Как раз тогда, когда ему домовик, своим пищащим голоском поведал, что его, Люциуса Малфоя, младшего хозяина, в кабинете ждет старший, то бишь отец. float:rightРазумеется, причин, заставивших Рекса в этот поздний час вызвать сына, Добби знать не мог. Жаль, ибо эта неизвестность напрягала, заставляла перебирать возможные варианты тем, на которые отец внезапно решил поговорить. Правда Люциус не собирался показывать свое волнение. Привычным жестом отпустил домовика, поднялся из кресла в котором коротал вечер, отложил фолиант по магии на стол. После подхватил со спинки кресла, и накинув жакет, подтянул рукава чуть ли не до кончиков пальцев, и отправился к отцу. Решив, что каким бы ни был повод, лучше не заставлять родителя долго ждать.
Пока преодолевал лабиринты коридоров родового поместья размышлял о том, что произошло сегодня? На первый взгляд, вроде бы ничего такого. float:leftСтавка, обсуждение с друзьями одно дела, а после отправка домой… Ах да, точно… В одном из темных коридоров с кем-то столкнулся. Человек в маске показался ему знакомым, да. Но сей факт до сей поры, Люциус даже не вспоминал.
«Это был отец? Нет, не может быть… Да, он лоялен с Темным Лордом во многом, но… Абраксас пожиратель?»
Остановился у портрета своего предка, задумчиво осмотрел мага в тяжелых доспехах и с мечом, еще раз подтянул рукава жакета и быстрым шагом преодолел оставшееся расстояние до кабинета, так как отец его ждал, стучать не стал, просто открыл дверь, показавшуюся ему сейчас отчего-то тяжёлой, вошел в помещение.
- Добрый вечер, отец, - проговорил он спокойно, не допуская в голос нотки волнения.
-Зачем ты позвал меня в столь поздний час?  Что-то случилось? – все же позволил себе легкое волнение. Ожидание ответа, определенно было волнительным, но Люциус постарался не показать это отцу.

Отредактировано Lucius Malfoy (26.09.2018 21:03:36)

+2

3

Абраксас силой заставляет себя успокоиться, крепко сжимая руки в кулаки, что аж побелели костяшки пальцев. Скоро в кабинет зайдет сын, и он должен быть спокойным и невозмутимым... да какое там!? Его трясет с того самого момента, как там, в коридоре, в Ставке, он столкнулся с Люциусом! Лорд Малфой шумно выдыхает и подходит к окну, распахивая его, жадно вдыхая воздух, который ему кажется раскаленным, бегущим по венам словно лава. Никто не видел его таким - и не увидит, и об этом Абраксас уж позаботится, не желая терять лицо и показывать собственные слабости. Но врать другим - это одно, а как соврать самому себе?
Он вспоминает, ради чего все затевалось лично им, как его ломало после первой крови, как метка стала уродливым клеймом на его коже. Нет, не такой судьбы он хотел для своего единственного сына и наследника, и Абраксас это знал всегда. Именно поэтому он ничего не говорил дома о том, кем является на самом деле. Даже супруга узнала лишь случайно, а так бы он и дальше все хранил в тайне и от нее тоже. Он, заново озвучивая своему сыну идеалы чистоты крови, избегал моментов насилия, никогда не поддерживал позицию Пожирателей Смерти, всегда говоря, что не их дело пачкать руки в крови - пусть даже и ради таких целей, что надо было быть выше этого. Да, он врал, но та ложь была необходимостью, и он на нее пошел сознательно - лишь бы Люциуса не привлек тот темный путь, с которого уже не было возврата.
Там, в Ставке, когда он, в плаще и в маске, едва ли не налетел на собственного сына... Мерлин один знает, как Абраксаса прямо там не хватил удар! Благо, что еще и маска скрыла его мигом побелевшее лицо, которое будто покинули все краски, да шокированный взгляд всегда холодных глаз. Каким-то чудом он там не рухнул, и сердце продолжило биться. Каким-то чудом он не схватил прямо там Люциуса за ухо, словно тот был маленьким мальчиком, да не вывел из Ставки, чтобы никогда туда больше не пускать. Но на этом чудеса для Лорда Малфоя закончились, а суровая реальность - продолжилась.
Абраксас никак не может сосредоточиться на задании Лорда, мечтая вцепиться тому в глотку, понимая, что и сам серьезно дал маху. Когда все пошло не так? Почему он не заметил подобного? Из-за чего Люциус не пошел с ним говорить на такую тему? Множество вопросов и еще большее множество ответов, которые нестройным рядом проносятся в голове, заставляя постоянно на себя отвлекаться. Итог тут ожидаем: он пропускает заклинание, словно новичок, ощущая неприятную боль, морщась и закусывая губу. Но иногда физическая боль - совсем ничто по сравнению с тем, что творится внутри, в душе, в сердце, которое у него, несмотря на обратные заверения некоторых злопыхателей, все-таки есть!
Он мрачен и хмур, и все это вполне можно списать на досадное ранение, чем Абраксас и воспользовался, когда морщился - не только от противного вкуса кровотворного зелья. Нет, все было намного глубже, и сердце в груди заходится в бешеном беге, когда у него нет готового решения, когда он чувствует себя загнанным в угол, когда его кошмар начинает оживать у него на глазах. Ему нужна пауза, чтобы все это переварить, чтобы попытаться адекватно подумать и разрешить ситуацию. Но только этого времени у него нет: оно закончилось в тот момент, когда он в Ставке с толкнулся с сыном. С той секунды для него начался обратный отсчет, и Абраксас скрипит зубами, отмахиваясь от их "местного колдомедика". Нет, ему ни капли не больно - он порядочно зол!
Он не приходит домой к ужину - он не уверен, что сможет держать лицо, что не сорвется: сейчас эмоции перехлестывают, и для него это - слишком тяжело. Абраксас не привык к подобному, и тот пожар, что горит у него внутри, потушить не так-то просто. Супруга бы заметила такое и не прошла мимо, и сейчас разговор с Аделаидой на такую тему - это меньшее, что ему нужно. Он легко может спрогнозировать исход подобного общения, когда он снова окажется виноватым, когда в него полетит какой-то предмет или щека заалеет от пощечины. Нет, не время для таких разговоров - ему сначала надо поговорить с сыном. Но как?
Абраксас хмуро цедит огневиски в своем кабинете в Мэноре, закуривает и смотрит за окно, пытаясь собраться с мыслями. В эту ловушку он загнал себя сам, зная, на что идет, но здесь - иная ситуация. Здесь уже не будет правильных слов, и ему главное - не сорваться, что ему сейчас очень хочется сделать. Только это - не выход, а лишь усугубит ситуацию. Он морщится, потирая левое плечо, где заживает рана, а рука спускается чуть ниже - да, оказывается, сердце у него и правда есть. Кто бы мог подумать, не так ли?
- Добби, - исполнительный домовик появляется перед ним, и Абраксас кивает сам себе головой - лучше уж сразу со всем покончить. - Позови ко мне сюда Люциуса, - ему все равно, что время - уже позднее, что сын может спать, как и жена. Ему нужно поговорить здесь и сейчас - итак этот разговор слишком долго откладывался, что точка невозврата уже была пройдена. Он докуривает сигарету, туша окурок в пепельнице так, что та едва ли не треснула. Шумный вдох и не мене шумный выдох. Никто не говорил, что будет легко и просто, но он не ожидал, что будет именно так!
Сын проходит в кабинет без стука, но сейчас на подобное Абраксас не обращает внимания. Он замер в своем кресле ледяной скульптурой, где цвет лица, наверное, сравнялся с той серой рубашкой, в которую он был одет. Пиджак с галстуком остались валяться где-то на диване, откуда их должен был потом забрать Добби, когда хозяин покинет кабинет, чтобы не нарушать его покой.
- Люциус, - голос звучит вроде как нейтрально, и хотя бы им Лорд Малфой не выдает себя. Он смотрит в сторону, на стройные ряды книжных полок и, казалось, не обращает никакого внимания на вошедшего сына. - Да, случилось, - эти слова он почти что проскрипел,  поднимаясь на ноги. Два коротких взмаха палочкой, и заклинания наложены: теперь их никто не подслушает, а дверь - не откроют. Ему не нужно, чтобы им мешали, чтобы Аделаида обо всем узнала до того, как он попытается во всем разобраться и, возможно, как-то минимизировать ущерб. - Иди сюда, - его слова звучат, как приказы, и голос становится каким-то совершенно чужим. Впрочем, он уже и сам не может больше ждать, когда в пару шагов сокращает расстояние между ними, схватив Люциуса за плечи, чтобы стянуть с него жакет. Рука крепко сжимает левое плечо сына, дергая рубашку, и слышится треск разрываемой ткани. Ему нужно увидеть. Нужно убедиться самому. Внутри еще есть надежда, что все это - поправимо, что нет той уродливой метки, которой осквернено его собственное тело. Но нет: надежда гаснет почти что мгновенно, едва он видит черный череп со змеей, резко убирая руку и отшатываясь, чувствуя, как это зрелище словно выбивает почву у него из-под ног.
Абраксас отворачивается, крепко сжимая челюсти, чтобы сын не увидел его таким, когда изнутри его словно раздирает, что вздох дается с трудом.
- Что это, Люциус? - нет, не тот вопрос он задает, и следом идет уже другой - тот самый, где в одном простом слове умудряется поместиться целый спектр эмоций и невысказанных слов. - Как...!?

+2

4

Люциус смотрит на отца замерев на месте. Таким его он ещё, вот точно на все сто пятьдесят процентов, не видел. Что могло произойти? Что? Но ответа, который так нужен, просто необходим, нет. Наблюдает за отцом, за тем как он взмахом палочки отрезает их от всего остального мира. Вот тут волнение поднимает голову, заставляя сердце Малфоя-младшего биться чаще.
- Что? – вопросил Люциус. Вот только он не отец, не умеет ещё так контролировать свои эмоции, и голос-предатель срывается на хриплый шепот. Да еще и этот приказ отца, ослушаться который, Люциус, не смотря на желание, неизвестно каким способом сбежать из этого кабинета, не решается. Делает несколько шагов к Рексу, хотя тот тоже не намерен стоять как статуя самому себе, так что и сам делает несколько шагов к сыну, один миг и рука отца уже сжимает плечо, а другая рвет рукав рубашки. Еще один миг и Рексу открывается темная метка. И его вопросы словно гром звучат для Люциуса, особенно последний, наполненный эмоциями и множеством не сказанных слов. И все теряет смысл, кроме того, что нужно что-то ответить, сказать… Но что? Малфой-младший застыл на месте смотря на отца потускневшим взглядом. И куда подевалось его красноречие? Где пропадает невозмутимость?
- Отец, я… - начал было, но тут же сдулся, вновь посмотрев в глаза отцу. На то чтобы взять себя в руки, вновь гордо выпрямиться, понадобилось минуты две. Не ожидал все же таких действий от Рекса, совсем не ожидал. Да и откуда он мог узнать? И тут в голове промелькнула догадка. Тот пожиратель в маске, с которым он столкнулся в коридоре Ставки… Прищурился пронзительно посмотрел на отца. Волнение и страх словно ветром сдуло.
- Что не так, отец? - голос обрел уверенность, в нем зазвучала сталь. Да, он уже не маленький мальчик, и с его мнением теперь, хочешь или нет, придется считаться.
- Это всего лишь метка. Как она появляется, ты наверняка и сам прекрасно знаешь, отец. Не ты ли говорил о том, что чистота крови на первом месте? Не ты ли учил, что магия, только для истинных магов?
Да, глупая отмазка, и Люциус это прекрасно понимал, но что он мог сказать, как объяснить свой поступок, которые не обсудил с отцом? И самый главный вопрос, почему не пришел и не спросил, не обсудил с тем, кто всегда и во всем помогал, подсказывал и давал верные советы.
Да, Абраксас строгий, но это даже лучше, Люциус не вырос размазней, в нем есть внутренний стержень, который не так просто сломать. Не безумец, не полезет в пекло не продумав план действий. И это не трусость, это разумность. Хотя, в данной ситуации эта разумность отчего-то не сработала.
float:right - Скажи-ка мне отец, а не с тобой ли я столкнулся в том коридоре? Раз уж у нас вечер разоблачений… Меня ты уже разоблачил, так теперь давай раскроем и тебя…
Замолчал и с вызовом посмотрел на отца. Что ж, назад уже не повернуть, теперь только вперед, и будь что будет. К тому же как там говорится, лучшая защита это нападение?
Хотя надо признать, было страшно, сердце в груди отбивало чечетку, а душа покрывалась льдом из-за дурных предчувствий. Все же настрой близкого человека было уловить не сложно. Для этого не нужно обладать способностями, выходящими за грань «невероятно». Все просто, родной человек уже изучен, и определить его настроение и намерения легко.

Отредактировано Lucius Malfoy (28.09.2018 01:33:06)

+1

5

Сдержаться получается с трудом, и Абраксас почти что физически ощущает, как рухнули стены его привычного мира от увиденной метки на предплечье сына. Ему не надо ее касаться, чтобы понимать, что она настоящая. Все это - теперь его реальность, оживший кошмар, с которым надо что-то делать. Только сейчас он все равно не способен мыслить рационально и слишком рискует сорваться, когда такой поток эмоций начинает над ним брать верх. Ему тяжело это переносить - он никогда не был склонен к слишком ярким всплескам, а сейчас все это подобно извержению вулкана, что разрушил Помпеи. Есть ли еще, что пытаться спасти? И как это сделать?
Абраксас почти физически ощущает страх Люциус. Страх чего? Наказания за подобное? Тот факт, что отец все-таки узнал? Ведь явно сын не спешил с ним подобным делиться. И по какой же причине? Каждое предположение рождает с собой еще с десяток вопросов, которые копятся и множатся, и ему необходимо выдохнуть, чтобы разложить все по полочкам для себя, чтобы на каждый получить ответ и ничего не оставить без внимания. Только этот разговор все равно не может ждать его душевного равновесия, и Абраксасу приходится мобилизовать все силы, чтобы не сорваться. А сорваться ой как хочется!
Что не так? Всего лишь метка?!
За такие слова и этот тон ему отчего-то хочется дать пощечину сыну и хорошенько его встряхнуть, чтобы пришел в себя, да мозги встали на место. Но Абраксас молчит - лишь буравит сына нехорошим тяжелым взглядом. Он сам попался в собственную ловушку, когда учил Люциуса идеалам чистоты крови. Только вот Малфой-старший знал, где проходит граница, а Малфой-младший ее не заметил и явно радостно вляпался, продолжая и сейчас не понимать, насколько все резко стало серьезно. Отдавал ли Люциус себе отчет в собственном поступке? Видимо, да, раз не пришел говорить с отцом. Побоялся? Посчитал, что достаточно взрослый для такого шага и обойдется без чужих советов?
Лицо приобретает выражение почти что посмертной маски, чуть бледнеет и каменеет, едва сын заикнулся об его собственной причастности к Пожирателям Смерти. И ведь посмел же говорить такое и таким тоном, когда ответы требовались именно от него! Еще мгновение назад Абраксас был готов и правда его ударить, но теперь холодная ярость позволяет ему собраться, и он гордо вскидывает голову, с высокомерием взирая на отпрыска.
- Ты явно забываешь, с кем разговариваешь, - таким тоном он никогда не говорил дома. Этот тон был для жестких переговоров, чтобы показать собеседнику, кто перед ним, да что за ним стоит. Но сейчас Лорд Малфой буквально силой разграничивает в себе отца от того, другого себя, который способен на многое, включая убийство, которого стоит опасаться, который свалил с его министерского кресла треклятого грязнокровку Нобби Лича! - Будь любезен проявлять ко мне уважение и оставить свой тон для твоей компании. Или ты успел забыть все уроки? - да, Абраксас был жестким учителем, но никогда не жестоким. Он правдиво указывал на ошибки, не подслащал неудачи, но также правдиво и за дело хвалил, а еще никогда не поднимал руку. Может, все-таки стоило хотя бы пороть? Иногда - в профилактических целях, чтобы сейчас ситуация не скатилась до такого.
- Ты мой сын, Люциус, мой наследник, и я ожидаю от тебя многого, что для тебя - не секрет. Прежде всего я ожидаю того, что ты станешь лучше меня, что ты сможешь больше меня, и я готов был всегда тебе в этом помогать, передавать свой опыт и знания, делиться своим мнением и советами. Но свое последнее решение ты принимал сам, решив явно, что достаточно взрослый, что не нуждается в наставничестве. А, раз так, то будь любезен и нести ответственность за свои решения... сядь! - жесткий приказ звучит почти как пощечина, а взглядом холодный глаз, казалось, можно было бы заморозить Сахару. Сам он также опускается в кресло напротив того, в которое должен присесть его сын. - Добби, - Абраксасу достаточно протянуть руку в сторону, чтобы через мгновение эльф вложил в нее стакан с огневиски и испарился. Люциусу ничего пить не предлагалось - не в том он сейчас положении, чтобы последовать примеру отца. - А теперь ты мне все расскажешь с самого начала. Я жду, - Абраксас отвлекается на огневиски, делая короткий глоток, мысленно выдыхая, что все-таки сдержался, хотя было тяжело. Но то ли еще будет!

Отредактировано Abraxas Malfoy (28.09.2018 19:07:52)

+1

6

How you know what it’s like
When good luck has changed the sides
And no sun shines in the dark and no angels
Ever hear your prayers in the night
When your fears come up your spine
When your life turns upside down
It breaks your heart
When you get crushed in a house of cards.
© Scorpions

float:left Страх всегда считали постыдным на войне, он назывался трусостью. Но правда в том, что ничего не бояться только сумасшедшие. Страх – это нормально. А смел тот, кто способен преодолевать свои страхи… Нет, сейчас Люциус не обманывал себя, просто старался успокоить свою бурную фантазию, которая, видя отца в таком состоянии, в коем до сих пор никогда не видела, рисовала совсем уж дикие картины. Хотя, наверное, оно и к лучшему. Благодаря этому Малфой-младший поумерил свой пыл, и отступил, склоняя голову перед отцом, как бета перед более сильным, перед альфой. Чего он боялся? Гнева отца? Да. Наказания? Отчасти. Рекс никогда не применял физических наказаний, не бил сына. Но сейчас… Его взгляд, тон, все поведение в целом… Рекс казался Люциусу хищником, который легко может уничтожить его. Возможно все не так… Не даром же говорят, что у страха глаза велики и вообще… Но Рекс сейчас пугал. Давил своей силой воли.
- Отец… Прости меня, я и правда забылся и… Перегнул.
Да, признать ошибку не просто, более того, для Люциуса просто титанически сложно, но, перед ним его отец, человек, который всегда помогал ему, обучал его всему что знал сам. Перед ним признать то, что был не прав, лучше, чем разрушив из-за гордыни все, после оказаться в выгребной яме.
И пусть страх правит миром, а власть по природе своей пользуется страхом. Он Малфой, и точно знает, чего хочет и что должен делать. Сейчас, выполнить приказ отца, «упасть» на указанное место, и как-то рассказать все. Но что и как? Как на зло, слов не было, точнее, наследник не знал с чего начать, и как рассказать о том, что сделал? Как объяснить отцу, почему он не пришел к нему за советом? И ведь не пошел не потому что решил, что уже достаточно взрослый, и советы отца ему не нужны. Рекс для Люциуса всегда был авторитетом номер один. Он равнялся на него. А сейчас утвердившись в догадке, что столкнулся он в том коридоре с Рексом. Не смотря на зудящее желание высказать это – промолчал.
- Хорошо. Что ты хочешь, чтобы я рассказал? Как это оказалось на моей руке? – кивнул на метку.
- М... Думаю, что ты и сам прекрасно знаешь… Волдеморт постарался. float:right
Замолчал, рассказ давался с трудом. Было такое чувство, словно ему приходится ворочать многотонные камни, а не слова в предложения строить. Да и вопрос "как?" имел множество значений в данном случае, вплоть до вопроса «как ты вообще до этого додумался?»
- Или может о том, почему я не посоветовался с тобой? – покачал головой, давая понять, что не знает, что тут сказать? Он и сам себе не мог объяснить почему не пришел за советом к более мудрому магу. Хотя и понимал, что от этого шага зависит многое в будущем.
Добби Люциус не заметил, он слышал хлопок, но самого домовика не видел, потому что смотрел на уродующую его бледную кожу, темную метку. Размышляя в очередной раз, а зачем ему это нужно, и нужно ли? Борьба за чистоту крови? Но это ли движет Темным Лордом на самом деле? И… Вопросов в голове выстроилось очень много, но ответов…
Когда хлопок повторился, а эльф исчез, Люциус поднял взгляд и посмотрел на отца, который уже сидел в кресле напротив со стаканом огневиски.
- Пошел с друзьями в бар, там мы встретились с Темным Лордом. А потом… Стыдно признать, и сам не до конца понимаю, как все так вышло. Его идеи и стремления казались правильными, и я, как и все мои друзья принял метку. Не хотел прослыть трусом. Глупо… Возможно...
Скомканный вышел рассказ, да, все это длилось конечно же не один вечер, и даже не один день, но по сути все верно. Слушая того темного мага хотелось идти за ним. Почему? Вероятно, то была магия. Какая? Ментальная? Возможно и так. Но Волдеморт явно умеет убеждать. И даже Люциус, натасканный отцом в этом типе магии не смог противостоять? Может быть…
Замолчал, выпрямился, расправил плечи, поднял голову. Нет, он не будет одним из тех, кто от страха получить за свою ошибку падают ниц, только ради того, чтобы вымолить прощение. Сделал не верный шаг, принял решение сам, что ж, сумей и ответить.

Отредактировано Lucius Malfoy (28.09.2018 20:35:24)

+2

7

Забылся? Перегнул? И Люциус опускает голову, отводит взгляд, понимая, кому он только что все это говорил, кому рискнул бросить вызов и дерзить. Абраксас никогда не давил своим авторитетом на сына. Скорее уж наоборот: его авторитет и опыт были призваны помочь Люциусу набраться своего ума-разума, чтобы он на них опирался, избегал ошибок, стремился к большему и его достиг. Что ж, Лорд Малфой был вынужден констатировать, что сыну удалось удивить, а еще порядочно взбесить, да заставить волноваться. И он никогда не думал, что способен испытывать столь сильные эмоции, от которых ему почти что физически плохо. Но нет - получилось же!
Абраксас не спишет возвращаться к себе прежнему - к тому отцу, к которому привык Люциус. Видимо, жестким стоило все же быть и быть подольше, раз сын позволил себе подобную вольность и глупость. Поэтому Абраксас и не говорит, простил ли он эту дерзость или же оставил на совести отпрыска - подобный урок пойдешь лишь на пользу Люциусу! Но все это - позже, а пока ему надо знать ответы на свои вопросы - и знать их уже сейчас: слишком много времени он упустил.
Да, Волдеморт... когда-то был просто Томом. Кто бы мог подумать...
Абраксас уже сидит в кресле, сжимая в руке стакан огневиски, смотря на сына, который явно оказался не готов к подобному разговору. Он морщится от этих объяснений: нельзя разве говорить более внятно? Поди, хвастаясь вместе с друзьями той самой меткой, его сын был более смелый! Но он сам принял свое решение, и Лорд Малфой тут оказался бессилен - только вот за последствия отвечать тут придется всем вместе. Интересно, Люциус это просчитал или нет? Вряд ли, и где-то вкралась ошибка в его манеру воспитания - в то, как он готовил наследника когда-нибудь встать во главе Рода после себя. Нет, многое можно попытаться исправить, но метка...
Он хмуро цедит огневиски, слушая почти что детский рассказ.
Бар? Лорд? Все вышло внезапно?
Абраксас чувствует, как снова начинает злиться, как стакан хочется швырнуть об стену. Что за детский сад? Почему нельзя ответить четко? Или и правда Люциус слишком заигрался во взрослого, что сам факт принятия собственного решения затмил все остальное? Он допивает стакан одним глотком, с силой ставя пустой стакан на небольшой столик - пока он и правда не разбил его.
- Трусом, Люциус? - переспрашивает он, как будто это определение было самым важным во всем рассказе. - И перед кем ты не хотел прослыть тем самым трусом? Кто был там с тобой? - эту "теплую компанию" надо знать в лицо, и Абраксас уж тут позаботится, чтобы сын поменьше бывал в подобном обществе - явно же до добра не доводит! Да, Люциус - уже взрослый, но, как показала практика, ему еще очень многому надо было учиться. Только вот как теперь поступать с новыми уроками после подобного?
- И что же ты намерен делать дальше, Люциус? Ты представляешь, что тебя ждет? Или питаешь какие-то радужные иллюзии и мечты о новом чистокровном мире, который ты и твои приятели построите? Ты знаешь, как вы его будете строить? - Абраксас, сам привыкший смотреть правде в глаза, в свое время точно знал, на что шел. И ему казалось, что его личного участия, его "жертвы" будет вполне достаточно с его семьи, что никто не станет претендовать, чтобы и его сын пошел по его стопам. Однако Люциус это сделал - и сделал не только в Министерстве магии, да в бизнесе - но еще и в Ставке. И Лорд Малфой чувствует усталость и некое опустошение, когда все одним моментом схлынуло, оставляя его на отмели в некой прострации, в этом вакууме, из которого ему малодушно не хочется выбираться. Но ему надо что-то делать - он ведь должен, на нем ответственность, но в меньшей степени мысли Абраксаса заняты именно этим.
- Метку не ставят просто так, Люциус, - да, он в курсе и даже более чем. - И какой же была твоя проверка на лояльность, верность и прочность? - внутри что-то обрывается, сердце ухает в груди, когда он подспудно сам знает ответ на свой вопрос. Но ему надо знать еще и от Люциуса - ровно также, как он недавно увидел его метку. Все было бы гораздо проще, если бы у сына ее не было! Но она была, и с этим теперь ему придется жить очень долго, да и не просто жить, а жить с оглядкой и в подчинении!
- Кто еще в курсе, кем ты теперь стал? Кто может на тебя указать? - мысль работает дальше, и безопасность тут уже - прежде всего. Никому не нужны ни случайные свидетели, ни трусливые предатели, и лучше сразу представлять, с кем можно иметь дело, а чьи дела лучше закончить одной зеленой вспышкой.

+2

8

Отрицать ошибки — это двойная ошибка. ©

Казалось бы, зарекся делать глупости, но вот опять делал. Пытался уйти от ответа отделавшись детским лепетом вместо нормального и внятного рассказа. Что это, если не очередная глупость? А ведь уже не пять лет, при чем давно не пять.
«Глупо было надеяться на то, что отец проглотит рассказик на уровне детского сада и оставит в покое горестно похлопав по плечу, со словами: «Что же ты наделал сынок...» Очень глупо…»
Мысленно усмехнулся над собой Люциус. Продолжая тем временем наблюдать за отцом. Отлично видя волнение, переживания и злость.
«Все! Хватит!»
Сказал сам себе Люциус прикрыв ненадолго глаза, и шумно втягивая воздух, а затем выдыхая. Собираясь таким образом с духом, ловя разбежавшиеся мысли за хвост или что там есть у этих мыслей…
- Трусом перед друзьями. Все мои школьные друзья были там, в том баре, ты их всех знаешь, - ответил он на вопрос отца и вновь замолчал. Перечислять всех не хотелось... Правда дружба дружбой, но отцовское расположение ему важнее. И все же пришлось перечислять, по порядочку, начиная с братьев Лестрейндж и заканчивая Беллатрисой. 
- Так что они все знают кто я теперь. Но им нет смысла говорить об этом, потому что они и сами замешаны в этом…
Да, отцу он выдал всех, не думая утаивать чьё бы то ни было имя. Что бы не решил отец — это будет правильно, Люциус во всяком случае в это верил.
Нет отец, иллюзий я не питаю, представляю, что меня ждет… Ведь проверку, как ты уже догадался, я прошел. Убил человека. Это был маггл, да. Жалкий, напуганный, походящий на овечку, увидевшую хищника, готовящегося прыгнуть и оборвать его жизнь. Я видел, как тоже самое делали остальные….
Люциус замолчал и отвернулся закрыв глаза. Вновь видя ту картину, как один из тех, кого он считал другом, как дикий зверь, явно наслаждаясь действом, рвет на куски маггла. От чего Малфой-младший еле уловимо, но вздрагивает. Но, быстро приходит в себя, и вновь открыв глаза, и смотря на отца продолжает:
- Строить на крови, я знаю… - помолчал пару мгновений, показавшихся вечностью, - теперь знаю, - поправил сам себя.
-После того как прошел все это, все иллюзии, которые я, когда бы то ни было питал, рассыпались, развеялись прахом на ветру.
Теперь Люциус больше не придуривался, не пытался отмолчаться, говорил, как есть.
- Знаешь отец, я не представляю, что мне делать дальше. Но абсолютно точно уверен, я не хочу сгинуть без следа… Стать безымянной жертвой во имя чего-то… Или точнее будет кого-то?
Вновь помолчал размышляя что еще нужно сказать? Этот разговор и правда был тяжелым. Вроде бы ничего не делал, а устал так, словно вагоны разгружал трое суток без остановки.
- Да, признаю отец, ты прав, я не должен был принимать это решение не поговорив с тобой, не спросив совета. Мне нечем себя оправдать, все что я могу сказать, больше похоже на детский лепет. Да, тогда я думал иначе... Мне представлялась борьба за чистоту магических рядов по-другому. Теперь самому смешно вспоминать. Бредни то били. Да, я не представлял во что это выльется. А потом, не долго правда, думал, что мне как-то заморочили голову, но это все чушь. Ты учил меня распознавать и защищаться от попыток внушения. И хорошо учил… - покачал головой, - все, я больше не знаю, что сказать.
Люциус и правда не знал. Да и слова подбирать сейчас было не так-то просто, хотя обычно это у него не вызывало никаких трудностей.
- Прости меня отец. За все.
Да, повторялся, но все равно сказал, и теперь замолчал смотря на отца, и ожидая его вердикт. Как не странно для него, для Люциуса, слово Рекса было важно. И как же трудно ждать. Проще было бы стерпеть удар.

Отредактировано Lucius Malfoy (29.09.2018 02:12:08)

+2

9

Абраксас внимательно слушает и не перебивает, смотрит на Люциуса, оценивая также его мимику и жесты, то, как он отводит взгляд, как немного рванно выдыхает, чтобы набрать воздуха для следующей фразы. Такие, казалось бы, мелочи, которые довершают целостный образ, делая его законченным, расставляя все по своим местам. Вот только облегчения эта правда не приносит, а становится лишь горше, и Абраксас пьет, чтобы вкус огневиски заглушил для него все это, хотя прекрасно знает, что такого не случится.
- Значит, ты пошел "за компанию", - мог бы не произносить и не говорить, но фамилии - более чем знаковые! Интересно, а их родители знают, по какой кривой дорожке пошли их чада? Нет, Абраксас тут не собирался говорить и радовать новостями - пусть в своих семьях разбираются сами - ему бы в своей разобраться!
Конечно же Люциус проливал кровь - без этого было никак нельзя, и сам Абраксас прошел подобное боевое крещение, но только оно было в разы суровее, словно он доказывал свою состоятельность и статус. Молодняку же скорее дали вкусить первой крови - не более того, но так, быть может, даже и лучше - во всяком случае, Люциус не выглядел так, как выглядел сам Лорд Малфой, замахнувшийся на слишком сильную магию, с трудом ее осилив и потом еще с сутки приходя в себя. Однако ведь это - только начало, и нет гарантии, что у его сына и дальше все будет так легко и просто. Вернее, Абраксас уже знал, что так не будет, и с этим тоже надо было что-то делать.
- Тебе понравилось убивать? - будничным тоном спрашивает он, словно интересуясь, как прошел последний прием и не слишком ли кислым оказалось вино на нем. Абраксас мог бы рассказать свою историю, как кровь будто въедалась ему под кожу, как его уже не переворачивало после того, как он отнял чью-то жизнь, как он начал привыкать и относиться к этому, как обыденной работе, как впустил тьму внутри себя и теперь живет с этим, привыкая еще и к подобному, словно закрепляя в себе внутри и отождествляя со всем этим. И это - страшно. Страшно превращаться в чудовище. А еще постепенно становится уже все равно, и то чудовище воспринимается даже больше, чем ты сам.
Люциус просит прощения - за все сразу - после того, как поделился наконец той самой правдой с отцом. Абраксас замирает в своем кресле, не сводя с сына тяжелого взгляда. Он мог бы и дальше тут раззоряться, но какой с того прок и толк? Все уже было сделано, и теперь остается попытаться принять эту действительность и что-то попытаться с ней сделать. Конечно же, это будет нелегко, а, возможно, даже невыполнимо, но Лорд Малфой уже заранее знал, что он все равно попробует, что будет использовать по-максимуму даже малейший ничтожный шанс. Именно об этом он сейчас думает и молчит, и эта воцарившаяся тишина становится слишком тяжелой.
- И что же ты собирался делать дальше, Люциус? Собирался ли когда-нибудь мне сказать или держал бы все это в тайне и дальше? - Абраксас не говорит про прощение - не в нем сейчас дело, хотя сын, разумеется, думает иначе. Но только правильно расставлять приоритеты, когда в дело вмешиваются близкие люди, всегда тяжело. И на этом нелегком примере Люциусу придется научиться это делать, как бы сложно все это не было, как бы тяжело не давалось. Ситуация так сложилась, он сам себя загнал в ловушку и надо будет делать выбор и жить дальше, и идти уже новым путем. - Надеюсь, что ни Нарцисса, ни твоя мать об этом не знают? - меньше всего ему хотелось еще один скандал с супругой, и Абраксас решил этого сразу же избежать. В конце концов, он бы и дальше сам успешно скрывался от Аделаиды, если бы не один случай. Значит, и сын вполне справится, учитывая, какой жена была "наблюдательной". Что касается Нарциссы... то тут уж Лорд Малфой влезать не стал - пусть сами разбираются, и вот эта политика невмешательства - как раз и есть правильное решение в подобной ситуации.
- Добби, - эльф появляется тихо, наполняет стакан огневиски и также тихо испаряется. Абраксасу нужно выпить и подумать, а, быть может, выпить и ненадолго отпустить ситуацию, чтобы лично для него все улеглось, а то всего этого было слишком и даже больше.

+2

10

Во всем никто не виноват.
Каждый виноват в чем-то своем.
Во всем виноваты все.
© Левиафан

Отец слушал не перебивая, и сделал конечно же свой вывод из всего услышанного. А его оценивающий взгляд вызывал желание просто взять и спрятаться, вот хотя бы под стол, например. Но Люциус не собирался это делать, ведь он не страус и прятать голову в песок, надеясь на то что если не видишь проблему, то она сама собой рассосется - глупо. Поэтому Малфой младший нет-нет да посматривал на отца, отводя взгляд, когда тот смотрел на него. Потому что не хотел встречаться с его взглядом.
float:right Но когда Абраксас задал вопрос поднял взгляд и прямо посмотрел на отца. Он так просто говорил об этом, словно рассуждал о дожде, который вновь зашумел за окном. А тем временем память вновь подкинула картинку убийства и Люциуса аж передернуло.
- Нет, - ответил покачав головой, - не понравилось.
И ведь не соврал, и правда, этот кошмар не, как говорил кто-то из его друзей, бодрило и не придавало сил, наоборот, в первые минуты после совершения убийства Люциусу показалось что что-то в нем словно бы умерло. Хотя может и так, ведь не даром говорят, что убийство раскалывает душу.
И вновь этот вопрос, что он будет делать? Вот на него у Люциуса нет ответа, поэтому виновато опускает голову, давая понять, что если бы знал, то сказал бы, а так… Уж прости отец, но себе то на сей вопрос не могу ответить.
float:left - Рассказал бы, наверное. Но в подходящий момент. Не спрашивай меня пожалуйста, когда бы этот момент наступил, не знаю. Но рассказал бы. Отец, ты мой учитель, я всегда хотел и хочу походить на тебя. И долго скрывать от тебя то что я теперь ПС я бы вряд ли смог…
Да и Люциус прекрасно понимал, что Рекс наверняка бы и сам догадался, потому что то что приходится делать будучи пожирателем меняет человека, это неизбежно.
- А вот маман и Нарциссе нет, не говорил ничего, и не собираюсь рассказывать. Им это ни к чему. Они расстроятся и вообще… Ты же сам все понимаешь….
Смотря на отца тоже хотелось выпить, но Люциус не смел заговорить о выпивке, не в том он сейчас положении.

+2

11

Что еще можно сказать? Принудительно влезть в голову Люциуса, чтобы разложить и для себя, и для него все по полочкам - чтобы было четко и логично, последовательно и конкретно - именно так, как любил сам Абраксас. Только хаоса в жизни все больше, и он уже не поддается контролю. К нему надо приспосабливаться, пытаться выстроить линию поведения и учесть множество деталей, которые предвидеть и вовсе невозможно. Лорд Малфой кривится: он не любил быть зависимым от обстоятельств.
Абраксас внимательно смотрит на сына, чтобы не упустить ничего: внешний вид Люциуса также может ему многое рассказать. Да, его сын старается, но ему еще надо оттачивать мастерство, чтобы маска холодности и безразличия не давала такие трещины. От его пытливого взгляда не укрылось, как сына передернуло, и он мысленно кивнул собственным доводам: нет, его сын точно не станет фанатичным маньяком-убийцей, которых вполне хватало в их лагере, в которых превращались даже те, от кого этого, казалось бы, менее всего можно было ожидать.
- Значит, не понравилось, - протянул Абраксас. - Чужая кровь, пусть даже и грязная, не слишком нравится, когда она на твоих руках, а уж отстирать с одежды... проще сразу выбросить, - только от воспоминаний также просто не избавиться. Это накладывает свой отпечаток и глупо подобное отрицать. Но именно это продолжает делать тебя человеком - держит на плаву, чтобы не скатиться в ранг чудовища. Вот только хватит ли сил?
Абраксас снова поглядывает на стакан, но не трогает его. Вместо этого он поднимается на ноги, подходит к столу, чтобы взять тонкую сигариллу и прикурить ее, да пошире распахнуть окно. Он не смотрит на Люциуса, созерцая роскошный сад Малфой-Мэнора, будто сосредоточившись лишь на этом зрелище. Но все это - не так: мысли крутятся вокруг слов сына, а губы трогает горькая усмешка.
- Ты просто не сказал бы. Во всяком случае, пока я бы также, как и сейчас, поймал тебя за руку, - и в этом он тоже похож на него, но только Лорд Малфой сейчас о подобном не говорит. - Твоей матери и Нарциссе знать не стоит. Во всяком случае, не сейчас. Однако, Люциус, рано или поздно, но с этой правдой им придется столкнуться, и ты должен заранее подумать, что и как будешь им говорить, - подобные объяснения - не самые легкие, и это Абраксас знает по себе. Но только Нарцисса - не Аделаида. И как она примет правду? И что сделает сама Аделаида, узнав, что речь идет не о муже, а о сыне?
Сложно...
Абраксас хмурится, жадно затягивается, но все также смотрит на сад, не поворачиваясь к сыну. Готового решения у него все также нет.
- Что входит в круг твоих обязанностей, Люциус? Чего ОН требует именно от тебя? - в принципе, все Пожиратели более-менее действуют по заданной схеме: верборвка, тренировка, пытки и убийства. Что-то добавить вроде шпионажа, что-то убрать и так далее. Если отбросить личное, то стратегия выбрана верно: каждый "игрок команды" должен быть заменяем, чтобы в любой момент его миссию подхватил другой безо всякого ущерба для дела. - Ты справляешь или чувствуешь, что где-то проседаешь? - это он также спрашивает серьезно, но не с целью в чем-то уязвить Люциуса. Абраксасу нужно знать, что лично он может тут поделать: взять часть обязанностей на себя, перехватив их у сына и преподнеся Лорду это так, что якобы найден лучший вариант. Или же в чем-то подучить наследника, если первый пункт у него отпадает.
А еще Абраксас молчит про себя, не затрагивая свою причастность, не объясняя причин, побудивших его принять ранее подобное решение и поставить себе метку. В принципе, это уже не так существенно, нежели то, что у них происходит.

+2

12

Этот разговор с отцом давался Люциусу, мягко говоря, не легко. Да и что рассказывать, если честно он не знал, нет не так, как рассказывать все Рексу, вот этого он не знал, да и слова сложно было подобрать. Какого боггарта так? Все просто, Отец был для молодого Малфоя примером, он хотел быть похож на него хотя бы от части. Но проигрывал ему во многом, возможно это только пока, не наберется опыта, не проживет на этом свете столько же, не повидает жизнь во всех ее проявлениях… Как говорят солдаты в романах, не понюхает крови? Может быть…

- Не понравилось. Да, тут ваша правда отец. И я вообще не представляю, как подобное может нравится… Видимо это не для меня.
Да, Рекс отлично знал своего сына, и раскусил его на раз. Верно подметил, что Люциус не сказал бы. Хотя что в этом удивительного? Кому как не родителю, знать своего отпрыска?

- Матери и Нарциссе я не говорил и не собираюсь. Пусть остаются в неведении как можно дольше, им будет спокойнее. Хотя я понимаю, что рано или поздно, но они узнают… И это будет не просто… Но я тогда буду готов. Да и у меня выхода нет иного. Не так ли отец? – вопросительно посмотрел на Абраксаса.

Но вот тема сменилась, речь пошла про обязанности. Ожидаемо, да. Отец не мог не задать этого вопроса.
- Я возглавляю группу пожирателей, которая специализируется на пытках магглов. Прикрываю исчезновения не магов, объясняю их как несчастный случай или ушел и не вернулся. Внушать что-то магглам не сложно… Но вот пытать… Обычно этим занимается кто-то другой, я лишь наблюдаю краем глаза. В этом плюс быть лидером.

Здесь должна была бы быть усмешка, да вот как-то не вышло, напряжение все же давало о себе знать. И чего греха таить, перед отцом не получалось быть холодной глыбой льда. Для Рекса все маски сына это тьфу… И нет их…

- Пока что я справлялся, до сих пор, но недавно от меня ушел один из тех, кто должен был стать жертвой. Пока что я не докладывал Лорду. Мои друзья ищут эту жертву…. Похоже, что я все еще не научился здраво оценивать силы противников, даже маггл каким-то образом сумел уйти от группы магов, которой я руководил...

Отредактировано Lucius Malfoy (21.10.2018 23:02:56)

+2

13

Абраксас мысленно вздыхает и качает головой, понимая, какую цену Люциус заплатит за свой необдуманный поступок. И, судя по тому, как он дошел до метки, тут в нем взыграл характер супруги: вот уж кто сдержанностью не отличалась! И, кстати, той самой супруге подобное надо будет потом как-то объяснять, и пока что Лорд Малфой не представлял, как это стоит сделать наилучшим образом, да без потерь - хотя бы уже для него лично, ибо Аделаида все равно придет спрашивать с него, как ни крути.
- Да, не для тебя, - Абраксас согласно кивает головой. В принципе, и не для него самого тоже, но он уже привык, что ли? И чужая кровь не вызывает в нем ужаса, как и зеленая вспышка смертельного проклятия, срывающаяся с его палочки. Он все глубже окунается в темную магию, и она у него выходит все лучше. О таком Люциусу, он, разумеется, говорить не станет: еще чего не хватало! Однако какие-то меры он принять должен, но Абраксас пока еще не определился, какие именно.
- Ты полагаешь, что им так будет спокойнее? Не уверен, Люциус. Ладно, перед матерью ты уже давно не отчитываешься, но твои частые отлучки по вечерам и задержки с работы вызовут подозрения у Нарциссы. Хотя у нас с тобой, конечно, работа оправдает многое, но лишь до поры до времени. Твоя мать, например, подозревала, что по вечерам я хожу по любовницам и борделям, а в командировки я езжу исключительно проведать других любовниц и так далее, - Абраксас делает неопределенный жест рукой, словно говоря, что подобное - уже неизбежность, если скрывать. - И, кстати, твоя мать про меня знает, - вот это и правда для Люциуса должен быть сюрприз. Или нет? Как-то Лорд Малфой никогда не спрашивал сына, что он думает об отношениях родителей, справедливо полагая, что все это - не его дело, что взрослые способны разобраться и без него.
А вот дальше брови Абраксас взлетают вверх, и он оборачивается к сыну.
- Что ты делаешь!? - как-то подобное не укладывается у него в голове, и он уже мрачнеет, хмурится, не замечая, как пепел с сигареты падает на дорогой ковер. - Ты и пытки? Это тебя ОН так изощренно за что-то наказывает? - вот уж и правда непонятно, ибо подобная стезя скорее подошла Макнейру, нежели его сыну. Да что там говорить - он бы сам тоже неплохо справился. - Лидер группы, который стоит в стороне, Люциус, это - не всегда хорошая позиция, - Абраксас уже начинает стремительно соображать, как бы тут выкрутиться, да половчее. Нет, к Лорду разговаривать идти - бесполезно. Тут надо придумать что-то еще, несколько иное, подвести к мысли, а не действовать напрямую и топорно. - Значит, так, Люциус, - еще одна шумная затяжка, когда пару решений им уже принято, и обсуждению это не подлежит. - Я посмотрю по своим каналам и добуду какие-нибудь ценные сведения, а ты их принесешь ЕМУ. Понятно? - Абраксас не слишком доволен, что придется кое-какие карты раскрывать раньше времени, но выбор у него пока что не богатый. - Раз уж ты вхож в Министерство, имеешь связи и знакомства, то твоя ценность, как шпиона, а не как инквизитора, должна преобладать. Тогда тебя переведут с той "работы", а это сразу означает и меньше крови, а также, если все провалится, то и меньше ответственности с подозрениями. Понимаешь меня? - Абраксас примерно понимает, как такое можно провернуть, а также понимает, что бреши в рядах придется кем-то заполнять, и у него тоже есть несколько вариантов на этот счет, начиная с себя самого. В конце концов, он глава семьи, должен принимать решения и нести ответственность.
- Тебе и твоим друзьям стоило бы быть расторопнее, - голос звучит сухо, но нотаций о том, как правильно искать и пытать, Люциус не дождется. - Ты дашь мне имя того, кого вы упустили - я разберусь, - прямо как в детстве, когда еще маленький Люциус приходил с какими-то своими проблемами к нему, зная, что отец в силах будет их решить. Однако сын уже вырос, и проблемы у него стали совсем другого уровня, и вечно их решать Абраксас просто не сможет, и об этом тоже стоило позаботиться.
- А теперь, Люциус, слушай меня внимательно, - сигарета уже тлеет где-то в пепельнице, а он подходит к сыну, заставляя того смотреть себе в глаза. - Первым делом, получая задание, ты не бежишь со своими не слишком толковыми друзьями его выполнять. Сначала ты идешь ко мне. Надеюсь, что это - понятно? - здесь уже нет никаких обсуждений - их время прошло и явно упущено: здесь идут лишь приказы, которые сын должен выполнять. - Далее... ты скажешь мне имена всех членов твоей группы, - тут Абраксас соберет сведения о каждом, чтобы знать все слабые места, темные пятна в историях и так далее. Информация - это тоже большой козырь и подспорье. - Я помогу тебе скрыть подобное от матери и Нарциссы, но у тебя уже должно быть объяснение им на будущее. С матерью я тебе помогу, а вот с женой разбирайся сам, - его ждут крайне тяжелые разговоры с Аделаидой, и Абраксас мысленно вздыхает: выяснять отношения он не любит и не особо умеет, но здесь, увы, подобного не избежать. - Пожалуй, что через некоторое время я организую тебе небольшую командировку куда-нибудь в Европу, куда ты уедешь с Нарциссой, например, на пару недель или месяц. Как раз будешь вдали отсюда, немного понизим твою значимость... должно сработать, - он не собирается предпринимать никаких резких движений, которые можно было бы истолковать двояко, но и сидеть спокойно - уже не вариант.

+2


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Прошлое » Je crois moi non plus