Позднее здесь будет выведена хронология и очередность постов
С подарка мысли плавно перетекли на Эдди. Они дружили вот уже почти три года, может, это был не такой большой срок, но за это время ребята неплохо узнали друг друга, к тому же, рейвенкловец был интересным собеседником и много знал о магии, а соперничество в квиддиче после некоторых событий стало добавлять только повод для шуток и взаимных подколок. Кроме того, у них сама собой сложилась общая компания, несмотря на то что Эдди постоянно заявлял о своем старшинстве (на целых полгода) и всячески показывал, что Марк, по его мнению, еще маленький.читать дальше
12/09 ТОП-ЧЕК получай приз за ежедневное тыканье по монстрам! Тыкать обязательно!
26/08 Открыта запись для двух новых квестов! Если ты решил примкнуть к Ордену Феникса или являешься учеником школы Хогвартс, то эта новость именно для тебя!
26/08 А вот и осень наступила... давай же начнем готовку к зиме, ведь зима близко, вместе за порцией чая и прочтением нашего осеннего пророка!
Добро пожаловать к нам на Marauders. The reaper’s due! Смешанный мастеринг, эпизоды, рейтинг NC-21.
Август/Сентябрь 1978 года.
RegulusОтветственный за прием и регистрацию персонажей
ICQ: 745005438
Tlg: @antraxantarion
, ElysseГлавный админ
Tlg: @cherry_daiquiri
ICQ: 702779462
, AthenaОтветственная за конкурсы и развлекательные мероприятия
ICQ: 744828887

Marauders. The Reaper's Due

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Архив завершенных эпизодов » A Lot Like Love But It’s Not


A Lot Like Love But It’s Not

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

A Lot Like Love But It’s Not

Grizzly Bear - Slow Life

https://78.media.tumblr.com/c3aa18bc30c0e2e33c55e03b0d8d132b/tumblr_n5llwzT6tC1r3wfheo2_r1_500.gif

Дата и время эпизода

Действующие лица

21 августа 1978, вечер, Дырявый котел

Emmeline Vance, Magnus Farley, Scarlett Selwyn

встреча сверстников спустя двадцать лет после выпуска

Отредактировано Magnus Farley (24.09.2018 21:31:55)

+2

2

Сидя на Чаринг-Кросс-роуд, в известном всем магам заведении под названием «Дырявый котел», Магнус Фарли, мракоборец Министерства магии, в очередной раз скрашивал свой вечер крепкой выпивкой. А чем еще должен заниматься мужчина его возраста, не имеющий за плечами ничего кроме работы? Дома его никто не ждал, так что он мог позволить себе расслабляться именно таким образом, и пусть моралисты попридержат свои языки, ведь этот человек пахал как вол, поэтому и расслабиться мог как следует. По его личному мнению обстановка этого бара как нельзя лучше располагала к релаксации того типа мужчин, которые приходят сюда напиваться в одиночестве и пьют крепкое в таких количествах, словно от этого зависит их жизнь. Это была тихая гавань, позволявшая забыться или остаться наедине с самим собой.
Местые бармены и официантки его знали, здесь был определенный контингент постоянных посетителей, как и в любом другом заведении подобного рода. И, стоило сказать, не всегда Магнус знал свою меру. Хотя, возможно, степень его подпития определялась степенью его усталости, но этим вечером он уже изрядно перебрал и все еще продолжал сидеть у барной стойки, держа в пальцах стакан огневиски.
Да, сегодня он чертовски устал, и был зол, наверно потому что не все получалось так быстро, как того хотелось бы мракоборцу. Со всей этой смутной злостью на все подряд он чуть было не отправился в «Дырявый котел» с собственным пустым стаканом, но вовремя спохватился и оставил его на каминной полке.
А когда очутился здесь, просто поприветствовал кивком знакомых и бросился на барную стойку как умирающий кит на сушу.
На Диагон-аллею с каждым днем возвращалось былое оживление: открывались заколоченные лавки, сдирались старые плакаты и колдографии с призывами об осторожности и надписями «Разыскивается!» и «Будьте бдительны!», подновлялась выбитая десятками заклинаний брусчатка мостовой.
Но говорить о мире и спокойствии было еще рано. Очень рано. И определенное напряжение все еще витало в воздухе, незримо беспокоя магическое сообщество.
- Есть какие-нибудь новости? – спрашивает Магнус, обращаясь к молодой официантке, что взялась его обслуживать сегодня. Теперь он говорит короткими фразами, потому что язык переваливать из одной стороны в другую уже становится проблематично. Именно так и действует огневиски – он придет в конце вечера домой и просто упадет в кровать без сознания.
- Слухи, сплетни…? – да, у кого же еще можно выведать что-то интересное, как не у работников подобных заведений. Они все видят. Все слышат. А под градусом люди им могут рассказать много интересных вещей. Многие, но не сам Магнус. Черт, его паранойя прогрессирует с каждым годом работы в отделе мракоборцев, так что самоконтроль он не ослабляет даже тогда, когда не может уже стоять на ногах. Стыдно конечно, но такое бывало.
И местные работники знают кто он, поэтому Магнус имеет полное право спрашивать.
- Не смотри так на меня. Я всегда на работе. Да... и информация не бывает лишней. - растянуто говорит он.
- Ну-ка плесни еще немного. - говорит маг и осушает стакан залпом, чуть поморщившись, затем подвигает вперед, ожидая добавки. Ему все еще мало.

+2

3

Косой переулок - сборище разномастного люда, стекающегося сюда со всей Англии, словно стоки в канаву. Место где можно купить и продать практически все, а если свернуть на Лютый переулок, то точно все. Она никогда не особо любила это место: грязное, шумное, людное. Ей все это было противно. Куда лучше в их доме в Шотландии. Где всегда тихо, чисто и малолюдно. А если и приходят гости, то только званые и дорогие. Но не по своей воле она оказалась здесь. Ее драгоценная дочь Элис сбежала. И бросить своего ребёнка женщина естественно не могла. Ведь речь шла не только о позоре семьи, а в первую очередь о жизни её девочки. Женщина подозревала, что ее домашняя покладистая девочка не могла сама до этого додуматься, а значит кто-то надоумил ее. И этому кому-то очень не поздоровится, когда миссис Селвин доберётся до него. То, что в этом замешан парень, женщина не сомневалась. Ведь не зря она так старалась пристроить Элис замуж. И сейчас в своей правоте она убеждалась ещё больше.
Оказавшись на шумной мостовой, она поправила шелковую мантию, отряхивая ее от пыли. Это был совершенно излишний жест, ведь грязь здесь была повсюду. Женщина осмотрелась, ища вывеску «Дырявого котла», но наткнулась своё отражение в мутной витрине закрытого магазина. Грязное стекло скрадывало краски, но её красоту испортить не могло. Ей было почти сорок, но выглядела она явно моложе своих лет. Бледная кожа, аккуратные черты лица, золотые волосы, собранные на затылке. Чёрная мантия выделялась на фоне её общей бледности, придавая налёт трагизма образу. Впрочем, поводов для радости было мало. Она отвернулась и продолжила путь. Вещи должны будут доставить позже, поэтому она приехала налегке.
Лавируя между потоками людей, Скарлетт думала о том, что Аргус сейчас заседает в министерстве. Пропажа дочери огорчила его и ранила, но он предоставил поиски жене, а не своим сотрудникам или занялся этим лично. Он редко бывал с ней, в трудные моменты и раньше это казалось ей нормальным, но почему-то сейчас она была зла на него. Но естественно глубоко в душе, просто отложив ещё одну обиду в копилочку воспоминаний и не предприняв ничего. Даже не высказав ему. В качестве протеста она просто не зашла к нему на работу, а сразу направилась в гостиницу. Раздраженна, уставшая, подавленная, с огромным желанием принять душ и привести себя в порядок. И, наверное, даже выпить. Совсем немного. Возможно её вообще никто не узнает, но, если так случится, не хотелось бы давать слухи о том, что жену главу бюро законодательства видели пьяной в Косом переулке. При всей их отстраненности друг от друга, такого позора он не заслуживал.
Увидев наконец знакомую вывеску, женщина облегченно вздохнула и толкнула потемневшую от времени и дождей дверь, оказавшись в полумраке «Дырявого котла». Запах затхлости, перебродившего пива и какой-то липкой-сладкой вони пробрался в нос. Женщина чихнула, прижав к лицу сложенные в кулачок пальцы. Не смотря на тёплую погоду, она была в тонких шелковых перчатках изумрудного цвета. Зная, что ей предстоит здесь останавливаться, она предусмотрительно оберегала руки. Не хватало ещё заразу подхватить.
Женщина ещё раз отряхнула многострадальную мантию и едва успела отойти в сторону, как дверь вновь отворилась, впуская шумную компанию. Пятница, вечер. Народу было еще не так много, но вскоре здесь все будет заполнено.
Проводив их взглядом, Скарлетт проследовала к барной стойке. Работа в заведении кипела и женщине пришлось повысить голос, привлекая внимание молоденькой официантки:
- Вечер добрый, будьте так любезны, огневиски и подскажите, есть ли сейчас свободные номера, - она вздохнула и добавила, - Относительно чистые и желательно без живности.
Скарлетт редко выбиралась в Лондон. В дома своих подруг она могла попасть и через камин, а сюда её привело крайне серьезное дело и нужно было здесь задержаться. Скандал для семьи. Фактически позор. И это после сватовства с Блэками. Так кому как не матери, отправиться на поиски блудного ребёнка? Не обнаружив дочь ни у кого из родных и знакомых, было решено поиски начать с Лондона. Почему отсюда? Здесь легче всего затеряться. Но женщина даже не представляла откуда начать. Ведь можно прямо отсюда. Оставалось дождаться официантку с алкоголем и сведений о номере.
Женщина внимательно осмотрела поверхность стойки, раздумывая, класть на нее руки или нет и поковыряла её ногтем. На перчатке остался темный след. Хмыкнув, она решила, что облокачиваться точно не стоит, не известно сколько раз и что именно на неё сегодня пролили.

+2

4

Все потихоньку возвращалось на круги своя. Насколько это было возможно после пережитого. Аврорат самоустранился из паба, очевидно пытаясь добывать данные где-то в других местах и у других людей. Тома изуверы в белых мантиях выпустили на свободу. Погибших похоронили.
Дырявый котел вновь открыл двери для посетителей, но прежним уже не стал. Слишком много слухов ходило в магическом Лондоне о тех событиях и теперь мало кто чувствовал себя в безопасности даже в таком людном месте как "Дырявый котел". С комендантским часом все стало еще хуже: поток клиентов снизился, продажи упали и по утрам Мел рассуждала, как скоро настанет тот день, когда Тому надоест ее терпеть и он вежливо (или не слишком) укажет ей на дверь. И будет прав. С таким куцым потоком посетителей он и сам справится без особого напряга. До заветного часа народ хотя бы шел, но как только ночь вступала в свои права, заведение пустело практически полностью: не считая лишь постояльцев номеров, которых, впрочем, тоже было не слишком много.
- Привет, Магнус. - устало бросила она возникшему прямо перед ней, за барной стойкой, знакомому служителю порядка. - Очередной тяжелый день?
Интересно, как много пользы, на проверку, будет от пьяного аврора, ели дойдет до сражений? Не то что бы Эммелин хотелось это узнать, но мысль совершенно неприятно будоражила воображение девушки. Оно же последний месяц не давало мисс Вэнс как следует выспаться и забыть о происходящем.
- Этот вопрос я хотела задать тебе - проговорила девушка, не слишком расторопно для самой себя откупоривая бутылку с огневиски и опрокидывая содержимое в выуженный из под стойки чистый стакан - Сложно собирать слухи и сплетни с тех пор, как никто не смеет сунуть носа в твое заведение.
Том не делился соображениями на тему "как же дальше быть". Наверное в любом другом случае Мел бы насела на него с целью правдами и неправдами выудить из него правду. Но сейчас ей не хотелось лишний раз его дергать. В конце концов ее собственные проблемы были лишь верхушкой айсберга, по сравнению с ним.
Перекинуться парой слов на актуальную тему с завсегдатаем не удалось, потому что их камерная атмосфера барной стойки оказалась нарушена. Увидеть в своих стенах представительницу чистокровного семейства Селвин, после всего что тут произошло, Эммелин не ожидала. Прежде женщина заглядывала пропустить стаканчик-другой напитка, обычно в одиночестве и не ища какой-либо компании. В представлении Мел такой образ жизни тянул на вопросы, но ее мнения на сей счет никто не спрашивал и она благоразумно оставила его при себе.
- Шутка устарела, миссис Селвин. - вернула шпильку Эммелин, доставая из под стойки еще один стакан и наливая туда содержимое все той же бутылки, из которой меньше минуты назад доливала бокал Магнуса. - Надеюсь ваш вечер будет добрым. Свободны почти все, можете проверить каждую лично.
Эммелин понятия не имела, хотела ли гостья ткнуть окружающих своим превосходством, или просто неудачно пошутила, ввиду последних обстоятельств. Иди, быть может, конкретно у Эммелин чувство юмора ушло в затянувшийся выходной. Но осадок остался неприятный

+2

5

- А они бывают легкими? – поднял брови Магнус, поглядев на юную леди. – Явно не в последнее время… - пробубнил он в стакан, делая очередной глоток этого пойла, что всяко скрашивало его вечер. Лучше любого собеседника.
Но им с Эммелин так и не удалось поболтать, ведь тихое заведение озарила своим присутствием особа из высшего общества, появление которой Фарли заметил лишь когда она подошла к барной стойке и встала по правую руку от него самого.
Магнус перевел взгляд на даму с белокурыми волосами и аристократическими чертами лица, а когда услышал ее фамилию из уст юной подавальщицы, то сначала не понял, что произошло и недоумевал первые пару секунд, лишь повернувшись боком к стойке чтобы лучше ее разглядеть.
- Не верю своим глазам… - медленно проговорил Магнус, - Это же… Скарлетт… Скарлетт Крауч. – он вспомнил ее фамилию не с первого раза, однако это удалось. Они ведь учились когда-то на одном курсе, только на разных факультетах. Он был в Гриффиндоре, а она – в Слизерине, конечно. Видит Мерлин, его родители тоже были бы рады, если бы он попал в Слизерин. Впрочем, любое решение Шляпы было бы принято с должным уважением. Из Гриффиндора выпускались смельчаки, благородные маги.
Те, которые даже в это смутное время не стали бы показательно шарахаться от поворота в Лютный переулок, как запуганная родителями девчонка-школьница. Впрочем, все что могли, мракоборцы там уже конфисковали, все, что хотел Магнус, он отобрал уже давно. А кое-что не найдут при всем желании, ведь Пожиратели и их подельники здесь тоже не такие дураки и простофили.
- Подумать только… - мужчина смерил ее взглядом. От него явно разило алкоголем. – Это сколько ж лет прошло? Двадцать… два? – прикинул он. – А ты совсем не изменилась… - хотя нет, раньше была попроще, определенно. «За Селвина, значит, замуж вышла.» - подумал было Магнус.
Воспоминания о школе всегда заставляли его усмехнуться.
- Помню-помню, как мы надирали Слизеринцам задницы в квиддиче… - он вальяжно потянулся за стаканом, уже не смотря на даму, и сделал глоток, - и не только
Вернуться бы сейчас в то время. Ходишь себе на занятия и никаких забот. А по выходным походы в Хогсмид с друзьями, что может быть лучше? Этот осенний воздух… он навсегда остался в его памяти вместе с шорохом опавших золотых листьев, и гул зрителей на трибунах… с этим ничто не сравнится.
Черт, как же он постарел. Теперь кажется, что в его жизни одни проблемы, проблемы, проблемы. И выпивка. А у друзей уже семьи и тоже работа. Скука смертная. Рассел вот в Министерстве работает. На другом этаже. Офисный работник… работа точно по часам - с девяти до шести. Без одной минуты они все уже выстраиваются в очередь к каминам.

+1

6

Уголки губ женщины дрогнули, искривляясь в усмешке. Обычно она старалась сводить разговоры с подобного рода людьми к минимуму, но сейчас ей нужна была помощь. Бегать с колдографией дочери по залу и спрашивать: не видели ли вы эту девочку? она конечно же не будет, а вот расспросить девушку, которая наверняка знает не мало, было можно и даже нужно. Получив свой стакан, Скарлетт придирчиво осмотрела его держа двумя пальцами и найдя небольшой отпечаток пальцев вздохнула. Естественно грязный. Достав небольшой платочек, женщина тщательно протерла края, ни сколько не беспокоясь, что о ней может подумать официантка, и только после этого сделала глоток. Огневиски обжег горло, вызывая приступ кашля, но это было бы крайне не эстетично давиться здесь слюнями и напитком, поэтому, собрав всю волю в кулак, она сдержалась, лишь сморщив, нос приложив к нему ладонь.
- Видимо стоит выбираться к вам почаще, - она дежурно улыбнулась холодной ничего не значащей улыбкой, - Раз с комнатами проблем нет, оставлю выбор на твое усмотрение. Вещи доставят утром.
Когда рядом раздался пьяный голос, она нервно обернулась, смиряя постояльца бара презрительным взглядом. И каково было ее удивление, когда в угрюмом мужчине больше похожем на бродячую пьяницу из Лютого переулка чем на приличного волшебника она узнала своего школьного знакомого. Да что там знакомого, юношу по которому она не одну ночь в подушку проплакала. Мама, ты как всегда была права. Выходить за Селвина было прекрасным решением. От увиденного она опешила настолько, что не сразу нашлась что ответить.
- Магнус, - медленно произнесла она. Фамилию мужчины она позабыла, но вряд ли это ей пригодится в дальнейшем. - Да... столько лет. А вот тебя почти не узнать. Плохо выглядишь.
Возможно можно было бы быть и по мягче, но Скарлетт не видела в этом необходимости. Молодая Эммелин была ей нужна, а вот старый приятель, от которого за метр разило алкоголем, нет. И нужно было бы допить огневиски, забрать ключи от номера и уйти, но Магнуса унесло в воспоминания и она невольно оказалась в своих. Столько лет прошло, все так изменилось. Мы изменились. Женщина лишь усмехнулась.
- Вы далеко не всегда выигрывали, - она насмешливо посмотрела на него и сделала еще один глоток. Алкоголь приятным теплом разливался внутри, согревая и успокаивая. Но где уж здесь найти покой, когда дочь неизвестно где и неизвестно с кем, а она застряла в этой дыре, да еще с пьяным Магнусом. Не мог другой вечер выбрать чтобы напиться, она раздражалась и на себя, ведь женское любопытство взяло верх, как этот, подающий надежды ученик оказался на таком дне. В том, что его жизнь далеко не так хорошо сложилась, как ее, можно было не сомневаться. А судя по шраму, проходящему по брови и глазу левой стороны лица он еще и подраться любил. Хотя что можно ждать от полукровок? Сколько их не обучай итог один.
Она перевела взгляд на девушку.
- Эммелин, верно? Мне нужна твоя помощь, - она замялась, не зная как спросить на прямую, и все же это было нужно сделать, - Не знаю, помнишь ли ты мою дочь Элис. В последний раз мы были здесь так давно... Она не заходила сюда на днях? Или может снимала комнату?
Пьяный мужчина ее хоть и смущал, но не настолько, чтобы из-за его присутствия откладывать разговор.
- Часто здесь бываешь?

Отредактировано Scarlett Selwyn (17.09.2018 23:32:16)

+2

7

Магнус явно не был настроен на "поболтать", а потому Эммелин лишь пожала плечами на его риторический вопрос с определенно философским подтекстом. Он был прав. Если и будет легко, то не ему и не сейчас. Магическое общество слишком было шокировано происходящим, что бы выдавать какую-то адекватную реакцию. Полосы газет заполонили теории одна другой безумнее и все это было настолько безобразно, что с того самого дня когда в ее пустующую обитель алкоголика заявился аврор Дрейк, Мел перестала читать газеты.
Таким образом, молча долив огневиски початый бокал Магнуса, девушка переключила свое внимание на куда менее приятную персону которая, тем не менее проявила к ней на порядок больше интереса.
Миссис Селвин сложно было назвать частым клиентом. Эммелин вообще слабо представляла, о чем думала эта женщина заявляясь в местечко типа Котла с выражением лица "я всех вас презираю, грязный сброд". При таком отношении плевок в стакан был самой невинной проблемой, на которую можно было нарваться. Но женщина, очевидно, желала приключений на свою голову.
Но, в конце концов, ее проблемы это ее проблемы.
- Я практически не помню вашу дочь, миссис Селвин. - Эммелин попыталась вспомнить, как могла выглядеть девушка, о которой сейчас шла речь. Она хорошо помнила тех, с кем ей доводилось общаться какое-то время, но искомая мисс вряд ли попадала в категорию таких людей. Скорее всего ее образ вытеснил из памяти Мел образ матери. Последняя отличалась яркой внешностью и демонстративным высокомерием, которые бросались в глаза и отлично гасили все остальное. - Сегодня и вчера здесь были несколько молодых девушек, но все они приходили в компании друзей. Постояльцев подходящих под возраст у меня нет.
Впрочем все это Мел отвечала уже стенке. Не дождавшись ее ответа, женщина продолжила свой диалог с Магнусом, который оказался ей знаком.

+2

8

Я самый умный? Наврятли! Но мудрый псяра рядом с вами, щенята! (с)

Магнус изобразил ухмылку уголками губ. Да, его лицо больше не было молодым и светлым, и беззаботным… теперь оно посерело от тяжелых будней авроров и времени, которое бесследно ушло. Что и говорить, он сам чувствовал себя чертовски старым. Не таким конечно как Дамблдор или еще какие почтенные маги из Визенгамота, но тоже довольно видавшим виды.
- Зато ты прекрасно выглядишь. – картинно поведя рукой указал на нее мужчина. – Представляю как сложно было в последние двадцать лет… Каждый день выбирать из сотни нарядов, что надеть… - с улыбкой Чеширского кота он качнул головой уже не глядя на старую знакомую, а делая небольшой глоток из стакана с совершенно самодовольным видом.
Вообще-то он не очень любил, когда кто-то приходит в бар или еще куда-то, где он привык проводить время и где знает всех владельцев; и начинает пускать пыль в глаза своим высокомерием.
Наверняка она ужаснулась. По нему-то видно было, сколько лет прошло.
- Довольно-таки часто. – уже без сарказма заметил Магнус, и в его мелькнувшей улыбке теперь была искренность. – Мы проиграли только на пятом курсе. А на шестом и седьмом выиграли. – с памятью у него все еще было все в порядке. Профессиональное наверно. Особенно хорошей была память на лица.
Не смотря не столь неожиданную встречу старых сокурсников, Скарлетт, очевидно, прибыла сюда по делу, поэтому когда она обратилась к официантке, Магнус не мог не услышать о чем женщина спрашивала.
Он оторвал взгляд от стакана, ставя его обратно на стойку, и поднял глаза на Эммелин. Девушка ничего конкретного не ответила, и Фарли обратился к миссис Селвин:
- Мне сейчас показалось или ты разыскиваешь свою дочь? – спросил он. Черт подери, у нее дочь. Ну конечно же у нее есть дети, а ты на что рассчитывал? - укололо его подсознание. В его сорок у Магнуса детей все еще не было. Хотя, может и были о которых он не знает. Впрочем, такие вещи обычно не скрывают.
Работа занимала все его время. И ему нравилась эта работа, но она заняла всю его жизнь, оттяпала настолько большой кусок, что совсем не осталось на что-либо еще.
Жалел ли он о том, что у него нет семьи? Нет. Просто пора перестать удивляться, что она есть у других.
- Почти каждый вечер. – иногда он просто сидит дома перед камином со стаканчиком огневиски или же изредка навещает семью брата, но чаще всего здесь, да.
Магнус достал несколько монет и положил на стол.
- Эммелин, прелесть, налей еще разок. Последний. – оставленных денег должно было хватить и еще осталось бы на приличные чаевые, которых наверняка в последнее время маловато.
Он достал из кармана круглые часы и посмотрел на них.
- Кажется я уже задержался… Каминная сеть закрыта. – мужчина выдохнул, обращаясь к официантке. С номерами явно проблем не будет. – Что ж, тогда переночую здесь. – он уже слишком перебрал для того, чтобы аппарировать прямиком в Ковентри из Лондона, расстояние достаточно дальнее.

+2

9

Конечно нет. Женщина внимательно посмотрела на официантку, ища признаки лжи в её повелении. Но девушка в лице не менялась, глаза не бегали, словно ища оправдания и голос оставался спокойным. Скарлетт опустила взгляд. Её Лисс хоть и взбалмошная девочка, но далеко не глупая. Вряд ли она сунулась бы сюда, это слишком очевидно. «Дырявый котёл» одно из первых мест, где ее стали бы искать. Хочешь скрыть что-то от посторонних глаз? Делай это на виду у всех. Но везде есть исключения. Косой переулок хоть и не плохое место, чтобы затеряться в потоке волшебников, но все же далеко не самое безопасное. И она надеялась, что дочь это понимает. А если нет? Бежать из дома в такое время поступок довольно опрометчивый. На что может пойти взбунтовавшаяся девушка? А если она не останавливалась здесь и решила пойти дальше? Вот только куда?.. В Лютый переулок. Скарлетт едва не застонала от этой мысли. Благочестивой даме там было делать абсолютно нечего, и уж тем более молодой невинной девушке. И это в такие темные времена! О, Мерлин! Женщина сухо кивнула Эмили:
- Благодарю Вас,- и потеряла к девушке всякий интерес. Скарлетт аккуратно положила на стойку оплату за выпивку и комнату. Ну и пара монет на чаевые.
Она слишком устала. Почти двое суток без сна и отдыха. Женщина успела посетить почти всех родственников с обоих сторон, аккуратно узнавая про Элис. Все было бы намного проще, спрашивай она на прямую: Вы видели Элис? Когда в последний раз? Она сбежала из дому! Но она не могла себе позволить подобного. Нет. Никто не должен был знать о побеге. Это грозилось навлечь на семью тень сомнительной репутации. Именно поэтому миссис Селвин сидела дежурно улыбаясь, сжимая чашечку с остывающим чаем и слушала последние сплетни про общих и не очень знакомых. А внутри у неё все переворачивалось от ноющей глухой боли, высасывающей все силы. Но приходилось улыбаться и как бы между прочим интересоваться: А как давно вы видели мою девочку? На прошлое Рождество? О, нам определённо стоит видеться почаще. Что ж, а сейчас мне пора. Спасибо за чай.
И вот она без единой зацепки здесь, в Лондоне. Уставшая, вымотанная, опустошенная. Наверное каким-то особым чувством, доступным только матерям, Скарлетт чувствовала, что угроза дочери не грозит. Но это пока. Кто знает что будет дальше? Следовало найти ребёнка как можно быстрее. Но продолжить поиски ночью было бы плохой идеей. Во первых был объявлен комендантский час, во вторых она просто не знала куда пойти. Нужно было подняться в номер и привести себя и свои мысли в порядок. И возможно выпить ещё. Пусть это говорит в ней усталость и алкоголь, но её отчаянье было нужно чем-то заглушить.
Пропустив слова старого знакомого о своей внешности, она лишь бросила на него снисходительный взгляд, насмешливо приподнимая бровь. О своём внешнем виде она и так все знала и в дополнительных утверждениях не нуждалась. А его вопрос оказался уж совсем не к месту.
- Показалось. Мы просто немного разминулись, - слишком быстро ответила она.
Фарли. Его фамилия Фарли. А ведь она забыла. После всего что было, после стольких лет он опять посмел возникнуть в ее жизни. Память интересная вещь. Она старательно вытесняет неприятные и болезненные моменты, позволяя заменить их новыми, намного более приятными. А за последние двадцать с небольшим их накопилось не мало. Жизнь миссис Селвин и правда была праздной. В ней было столико радостных и счастливых моментов, что для первой любви совершенно не осталось места. Но к сожалению, вернувшись из глубин памяти, он поднял то, что трогать не следовало. Особенно не сейчас, не здесь и лучше больше никогда. Это и раздражение и отчаяние и непонимание и обида, детская, глупая обида, но сейчас она была так не к стати. Ну почему он вновь возник в её жизни в такой непростой период.
Злость комом встала в горле и женщина сделала глоток огневиски, допивая его и ставя стакан на стойку. Пожалуй чересчур резко.
- Прекращай пить, Фарли и, - она медленно подняла на него взгляд. - Найди себе работу. Жалко на тебя смотреть.
Посчитав их разговор оконченным, Селвин направилась к лестнице ведущей на этаж выше, где находилась ее комната. Слишком много эмоций. Нужно брать себя в руки и справляться с этим. И пожалуй заказать ещё одну бутылку. А так же сообщить супругу, что она в Лондоне.

+3

10

В ответ на просьбу своего завсегдатая Мел подозрительным взглядом смерила пустой стакан. Магнус, без сомнения, относился к той категории клиентов, к кому она относилась с искренним расположением. А что? За выпивку он исправно платил, пьяных дебошей не устраивал, рук не распускал: золото, а не клиент. Одно беспокоило Мел: она боялась, что настанет тот день, когда Фарли напьется до того состояния, что ей таки придется выковыривать его из под стола. Этого она ужас как не любила.
Но спорить с гостем при посторонних она не стала, лишь молча исполнила его просьбу, наполнив стакан лишь половиной порции огневиски.
Немногословность гостьи Эммелин радовала. В принципе необходимость поддерживать диалог с клиентами никогда ее не напрягала, но изображать ничтожество скромно тупящее глазки глядя на важную шишку Мел терпеть не могла. Она предпочитала собеседников полегче и попроще, тех кто не стоил из себя птиц высокого полета. А потому девушка без лишних пререканий выудила из под барной стойки ключ с полуистлевшей биркой из кожи, на которой золотистыми (некогда) буквами была нарисована цифра четыре.
- Доброй ночи, миссис Селвин - с этими словами Мел протянула женщине ключи.
Она дождалась того момента, когда женщина отошла от стойки и легким движением руки смела со стойки оставленные миссис Селвин деньги. Пересчитав их и закинув в кассу плату за выпивку и ночлег, она вернула лишние монеты на барную стойку. Вдруг высокомерная мадам решит, что ей недодали сдачи.
- Конспирация на пять с плюсом, Магнус - восхищенным полушепотом присвиснула Мел, демонстрируя знак "супер" большими пальцами вверх - кажется тебя только что приняли за старого алкоголика, клянчащего у меня бокал огневиски за красивые глаза. Я почти готова признать, что твой последний бокал не был лишним.
Она снова подняла глаза на удаляющуюся по лестнице вверх женскую фигуру и заглянула под стойку, где сиротливо лежали ключи от комнат на втором этаже.
- Поселить подальше от прочих гостей? - поинтересовалась девушка.

Отредактировано Emmeline Vance (27.09.2018 00:23:32)

+2

11

- Но… - Магнус осекся, не поверив в услышанное. На его лице застыло то выражение непонимания, когда все еще раздумываешь смешно это или же наоборот печально. Но Скарлетт уже покинула их, оставив вдвоем завсегдатая бара и официантку. Магнус посмотрел на девушку, которой явно понравилось окончание этой встречи «старых знакомых». Фарли хмыкнул, и его губы изогнулись в кривоватой ухмылке, он деловито повернулся полубоком и навалился одним локтем на барную стойку.
- Ну у меня ведь очень красивые глаза. – включив все свое очарование произнес мужчина бархатным голосом. - Давай любой. Обещаю никому не мешать. – усмехнулся аврор. – И дай-ка мне с собой еще бутылочку. Надо кое о чем подумать перед сном… а для этого нужно подкрепление.
Еще пара монет на столе. Маг убирает руку и хватает за горлышко бутылку огневиски поставленную на стол девушкой. Он чертовски устал, но чувствует, что еще не в той кондиции, чтобы просто упасть лицом в подушку, а именно она ему и нужна, чтобы хорошо отдохнуть, иначе он не уснет. Это напряжение так просто не проходит.
Фарли неспеша направляется к лестнице с явной тяжестью во всем теле. Да, много лет прошло, он и правда постарел. Когда-то он был легким и быстрым мальцом, жизнь так и плескалась в нем, а теперь он стал крепким и сбитым как камень, который уже так просто не сдвинуть с места. Иногда ему даже казалось, что магическая сила в нем слишком велика. Но она заперта в сундуке, не находя выхода, ведь как часто им приходится использовать действительно сильные заклинания? Большинство из них запрещены. Магнус был бы не против, если бы министерство разрешило применять в стычках с пожирателями запретные заклятия.
Далее его мысли зашли о семье, которую он давно не навещал. Он был бы не против вернуться в те времена, о которых напомнила ему Селвин. Когда он жил в старом особняке родителей в Ковентри. Когда ездил на Хогвартс-экспрессе в школу. Все эти беззаботные годы, которые теперь остались далеко в прошлом…
Сейчас же было ощущение, что он на скамейке запасных в этой жизни, смотрит на нее, пока она пролетает мимо, не замечая течение дней за всеми этими хлопотами и заботами. Он не знал, как прогнать эту апатию.
Пройдя мимо двери с номером 4, Магнус двинулся дальше по коридору. Он успел заметить номер на бирке ключа, что получила Селвин. Внимательность – одна из составляющих его работы. Бутылка болталась в его руке. Мужчина добрался до своего номера и остановился, глядя на старую выцветшую дверь.
Ему хотелось что-то сделать, нечто большее, чем все это. Он придвинулся совсем плотно к двери и прикрыл глаза, в полутьме уткнувшись лбом в твердую поверхность, слыша в тишине собственное глухое дыхание. И, пробормотав что-то себе под нос, отстранился от двери, вернувшись на пару дверей назад. Он встал прямо перед номером 4, протянул руку и постучал.
Ждать пришлось не долго, дверь открылась и на пороге появилась Скарлетт. Магнус с трудом оторвал руку от опоры в виде косяка и посмотрел на женщину.
Он не успел произнести ни слова как дверь вновь начала закрываться перед его носом, но Фарли подставил носок ботинка, не давая этому произойти.
- Я вообше-то просто хотел сказать, что если ты вдруг решила, будто я бездомный бродяга с пристрастием к алкоголю, то… - он потряс перед ней полной бутылкой, - очевидно моя работа в аврорате идет мне на пользу. – он не продвинулся вперед, не собираясь показаться женщине вульгарным или невоспитанным. И говорил он, что странно, совсем не заплетающимся языком, - А еще она иногда помогает в поиске пропавших людей, но это так, к слову… - сказал он, как будто в подобном заявлении была необходимость. Вдруг он все же может чем-то помочь Скарлетт, если она, конечно, немного придушит свое высокомерие и позволит ему узнать, в чем дело.
- Хм… - Магнус сделал полшага назад, уже думая идти обратно к себе в номер, но, ожидая, что миссис Селвин решится на разговор, если ей вообще нужна помощь.

Отредактировано Magnus Farley (30.09.2018 13:08:37)

+2

12

Всё пройдет, а ты останешься - и для этого есть миллион причин.
Мне одной теперь не справиться. Ты мне необходим.

Едва дверь за ней закрылась, женщина повернулась к ней спиной устало облокотилась. В комнате было ужасно душно. Не удивительно, все же конец августа за плотно закрытыми окнами этой маленькой комнаты. Скарлетт потянула мантию, стараясь избавится о неё как можно скорее, но трясущиеся пальцы никак не могли справится с застежкой. Женщина дернула сильнее. Послышатся треск рвущейся ткани и мантия упала на пол. Все равно.
Она закрыла глаза, отдаваясь полностью своим внутренним ощущениям. А они были темны и густы словно туман в низинах так полюбившейся ей Шотландии. Вернутся бы туда. В  их дом, обступаемый лесом, где из окон гостиной видны просторы пригорода Эдинбурга, а она пьет чай с пряностями и думает о том, что этот роман оказался скучнее предыдущего. А ещё о том, в каком настроении сегодня придёт Селвин. И во сколько. И придёт ли вообще. Будет ли она вновь ужинать в одиночестве или все же супруг составит ей компанию. Иногда Скарлетт думала, что у его есть другая, но старательно гнала эти мысли прочь. Измена для неё была непростительным проступком, мерзким, пророчащим, несущем печать позора. Поэтому если так оно и было, то знать правду ей не хотелось. Как и искать его в объятиях другой - не позволило бы воспитание. Она доверяла ему, поддерживала и надеялась что он также честен с ней.
И все же сейчас она одна. Да, это её вина, что дочь сбежала, но разве он не видит, как его жена страдает? Почему в момент, когда ей особенно нужна поддержка его нет рядом? Скарлетт не понимала. Ее многому учили, но пожалуй быть сильной и стойкой не учил никто. За ней всегда стояли, надежно прикрывая спину, а иногда и принимая решения. Сначала это были родители, а затем супруг. Но оглядываясь назад, она находила много моментов, когда его не было рядом. И только сейчас ей стало за это обидно. Неужели министерские дела дороже их семьи? Нет, наверняка нет. Просто он так наказывает ее, а сам уже ищет их Элис. Так хотелось в это верить. А пока одиночество все туже затягивало петлю вокруг ее шеи.
Слеза скатилась по щеке, оставляя мокрую дорожку на коже и падая на грудь. Женщина тихо застонала и сползла по двери. Все это время она держалась и только сейчас смогла дать выход эмоциям, бесшумно плача, уткнувшись лицом в колени.
Весь её привычный уклад и мир рухнул в один момент. Груз нерешенных проблем, пустые ссоры, недомолвки и холод, так давно проникший в их семью, били сильнее заклинаний. И где взять силы, чтобы справится с этим?
А ведь она хотела хотя бы просто знать, что её Элис жива. Что ее не обижают, она не голодает и не боится. Просто знать, что твой ребёнок не в опасности. Разве это много? Каким-то неведомым чувством, доступным лишь матерям, Скарлетт чувствовала, что с дочерью все в порядке. Но надолго ли? Нужно найти её как можно скорее. А потом они поговорят и все решат. И все будет как прежде. Если бы не комендантский час, она бы продолжила поиски. Но что если Элис пошла дальше... в Лютый переулок. Женщина простонала от этой мысли. Приличной даме там делать было нечего, что уж говорить о молодой невинной девушке! Скарлетт надеялась, что дочери хвалило ума туда не соваться.
Внезапный стук в дверь вернул её из пелены мыслей в реальность, заставив насторожится.  Скарлетт всхлипнула и подняла голову, прислушиваясь, может это не к ней, может показалось? Ведь она никого не ждёт. Разве что персонал решил побеспокоить по не ясной причине. Но нет, пришли именно к ней. Женщина быстро вытерла слезы и поднялась на ноги. Глубоко вздохнув два раза, стараясь успокоиться, она распахнула дверь. Сдержать вздох разочарования было крайне сложно. Вот его ещё только не хватало. Разговаривать, да и видеть пьяного Фарли ей не хотелось. Она поджала губы. Что ему нужно? Не хватало ещё лишних слухов. Неизвестно что могут подумать! Тогда точно проблем не оберёшься. А их в жизни и так хватает в последнее время. Не желая общаться с Магнусом, Скарлетт молча захлопнула дверь. Точнее попыталась это сделать. Опустив взгляд на его ногу, удерживающую дверь она почувствовала закипающую злость, пришедшую на место вязкой апатии. «Да что он себе позволяет?!» Миссис Селвин уже приготовилась достать палочку и заставить его убраться, но слова мужчины остановили её. «Аврор значит. Что ж... это даже кстати.» Видя, что он не настаивает и вполне может сейчас уйти, оставив её в покое, она все же посторонилась, пропуская его. Да и бутылка, что он принёс с собой была очень кстати. Что-то ей подсказывало, что он не будет болтать лишнего. Что-что, а держать язык за зубами он умел.
- Проходи, - коротко произнесла она.
Лучше уж поговорить подальше от чужих глаз и ушей. Сил чтобы спорить или что-то выяснить у неё не было. Раз пришёл, пусть заходит, тем более он предлагает помощь, а она ей и правда нужна.
- Располагайся, - миссис Селвин хоть и старалась придать голосу твердость, но особо смогла это сделать - он предательски дрогнул.
Закрыв за мужчиной дверь, она ещё раз вытерла оставшиеся дорожки от слез и разгладила темно-серое платье, так оттеняющее её глаза.
Женщина достала палочку, открывая окно и впуская воздух. Свежим его было сложно назвать, но все же получше, чем запах затхлости, царящий внутри. Она обернулась, скрестив руки на груди.
- Я... извини, что нагрубила тебе, - Скарлетт выдохнула, но тут же усмехнулась, приподнимая уголки губ, - Но выглядишь ты и правда плохо. И да! Ты даже не представляешь как тяжело выбрать платье на приём!
Она нервно хихикнула, чувствуя приближающуюся истерику.

Отредактировано Scarlett Selwyn (30.09.2018 21:06:15)

+1

13

Мужчина шагнул нетвердой походкой внутрь номера, подозревая, что его номер ничем не отличается от этого. Его взгляд пробежался по помещению, выискивая, где же тут можно было расположиться. Только кровать, да деревянный стул, стоящий у окна. Пока Скарлетт закрывала дверь, Магнус прошел к стулу, но так и не решился присесть, просто развернувшись и смотря на женщину, которая когда-то вызывала в нем совсем иные чувства. Сначала раздражение и ненависть, затем интерес, симпатию, и наконец любовь… он отгонял это чувство как мог. Убеждал себя, что они не пара и все это было глупо. Вновь старался вернуть в себе сарказм и презрение к слизеринке. И это чувствовалось… правильно, но больно.
А сейчас он просто не знал, что чувствовать. Слишком много лет прошло, нельзя давать чувствам верх, ибо это уже будет не тот Магнус Фарли, каким он стал.
Он все же моргнул и позволил своему лицу улыбнуться на ее ироничное замечание, которое и впрямь было верным.
- Ну что ж, мне на светские мероприятия ходить не нужно, так что это самый подходящий вид… - он прошел и поставил бутылку на декоративный камин, проведя шероховатыми пальцами по его поверхности, отведя взгляд с задумчивостью. В повисшей тишине послышался его выдох.
- Так что случилось с твоей дочерью? Как ее зовут? – он бы мог задать еще больше вопросов, но ему пока что нужно было свыкнуться с мыслью, что за эти годы жизнь Скарлетт была не такой, как у него.
Да, она должна была выйти замуж, все логично.
Он достал из кармана свою волшебную палочку и, проведя ею в воздухе, слегка стукнул кончиком по поверхности маленького столика, стоявшего рядом. Под звук хрустальных капель, бьющихся друг о друга, два сверкающих прозрачных стакана появились на том же месте.
Выслушивая ответ, мужчина налил из бутылки в один из стаканов, затем в другой. Ему было все равно, станет ли Скарлетт пить, но может быть ей тоже стоит немного успокоить нервы?
- Ох уж эти дочери, совсем непослушные… Наверное вся в мать? – подняв темные глаза на блондинку, спросил Магнус, поднимая свой стакан и отходя к стулу у окна. Вальяжно усевшись в него, он снова повел палочкой и прямо из-под кровати, стоящей в центре комнаты, выехал невысокий подножник, подъехав прямо к магу. Фарли поднял ноги и сложил на него, перекинув одну ногу на другую. Его сапоги были старыми и подбитыми гвоздями, точно у лесника или егеря, но чертовски удобные. А самое главное в них был стиль. Может быть кому-то он и показался бродягой, но это зависит от точки зрения.
Он покачал носками из стороны в сторону, держа в руке стакан и чуть прищурившись смотря на миссис Селвин.
- Как быстро ты вышла замуж? – вдруг спросил Магнус. Он сам не ожидал, что задаст такой вопрос, обычно их подкидывала интуиция.
Вероятно, ему не очень хотелось начинать разговор о Селвине, но что-то словно подстегивало его. И это была совсем не зависть.
Поднеся стакан к губам, мужчина сделал глоток огневиски. Кажется, Эммелин больше не даст ему с собой ни капли. Это был первый и последний раз.

Отредактировано Magnus Farley (02.10.2018 20:51:16)

+1

14

Adele - Hello
Что случилось... Скарлетт судорожно вздохнула и опустила взгляд вниз, словно ее очень заинтересовали туфли, успевшие покрыться пылью. Как это сложно, вот так взять и вытащить из себя все, что связано с твоей семьи. Достать скелеты из шкафа и объяснять как они туда попали. И все это при постороннем человеке. Ох, хотя нет. При постороннем это было бы проще. А перед Фарли Скарлет спасовала. Ей было до сих пор не ловко, что она приняла его за безработного бродягу, а он, весь такой сострадательный решил помочь ей. Но за все нужно платить. Конечно если он и правда поможет в поиске Элис и, возможно, найдет ее, миссис Селвин не останется в долгу. Но чтобы найти дочь, его нужно просветить в детали, иначе все грозит запутаться еще больше.
Скарлетт старалась не смотреть на него, лишь изредка украдкой бросая взгляд, выхватывая и подмечая детали. Он изменился. Возраст и заметная усталость, прибавляющая ему года. Вечно растрепанные волосы были коротко острижены, черты лица стали грубыми. Но взгляд темных глаз оставался тем же. Где-то в глубине по-прежнему плясали черти и казалось он вновь выкинет что ни будь, за что его обязательно отправят на отработку. А ведь когда-то она с ума сходила, стоило ему посмотреть на нее. Может поэтому ей не хотелось встречаться с ним. Какая глупость, это было так давно.
Чувствуя накопившуюся усталость она осмотрелась в поисках места и выбрав кровать, присела на ее край:
- Элис. Элис Селвин. Вчера утром она сбежала из нашего дома в неизвестном направлении. Может быть даже раньше, - женщина закрыла глаза, устало потерев переносицу пальцами, - Итан сказал что видел её незадолго до побега в Лондоне. Она конечно и раньше здесь бывала, но не, - она запнулась. Насколько ему можно доверять? Конечно помня о всем том, что произошло в школе и чем могло обернутся для неё она, не могла не отметить, что Магнус никому не рассказал об их коротком романе. Ни своим друзьям, которые могли бы потом до конца обучения потешаться над нею, ни её знакомым, ради мести. Тогда он умел молчать, оставалось надеяться, что это качество осталось при нем. И потом, сейчас им нечего делить. Все точки были расставлены. Их отношения вновь вернулись на стадию вражды и ненависти, но это было еще в школе. Сейчас они не дети. И он просто может помочь, если конечно не обманывает и не пришел к ней с целью найти собутыльника. Но даже если и так, кто поверит пьянице.
Поняв, что пауза затянулась и мужчина выжидательно смотрит на неё, она продолжила. - Сын видел её с мужчиной. С помолвленным мужчиной. А моя дочь сосватана Блэку. - все это миссис Селвин говорила с таким надрывом, словно Магнус должен был безоговорочно поддержать ее.
Оказывается, это не так сложно. Скарлетт даже своим подругам открывал лишь часть себя, оставляя самое важное надёжно запертым внутри. Может поэтому сейчас найдя в лице старого сокурсника терпеливого слушателя, она могла поведать о тревогах последних дней. Выпитый в баре стакан огневиски уже туманил рассудок, но ей казалось, что ещё пару глотков она выдержит. Но едва женщина коснулась пальцами своего стакана, как прозвучал вопрос, в котором был маленький отголосок прошлого. Совсем крошечный, но от этого не менее болезненный. Скарлетт почувствовала, как краска проступает на ее щеках. Что и говорить, он всегда умело подначивал ее. Просто она от этого отвыкла. Когда-то он был безумно дорог ей, а после она совершенно вычеркнула его из жизни. И вот он снова рядом. Подняв взгляд, она встретилась с его и тут же, не выдержав, отвела. Скарлетт все же сделала небольшой глоток и поморщившись произнесла:
- Селвин любит огневиски. Не могу сказать, что разделяю его вкус, но иногда помогает, - фраза была лишь предлогом, чтобы немного успокоится. Ну и не швырнуть в Фарли стакан.
- Именно. Вся в мать. Во всяком случае была до этого случая. Только мать не сбегала из дома и не скиталась неизвестно где и с кем, рискуя навлечь тень позора на семью, – почти с вызовом произнесла она. Ей все меньше и меньше хотелось обсуждать свою семью с ним, но вместе с этим в ней взыграло самолюбие. Посмотри, какая я, чего достигла, какое положение занимаю в обществе. У меня прекрасная семья и достойный супруг. Наверное, так она сказала бы ещё два дня назад, но не сейчас. В конце концов, у Магнуса всегда был скверный характер и без колкостей видимо не обойтись. Просто пора перестать краснеть как влюблённая школьница, в таком возрасте это выглядит глупо.
- Как быстро ты вышла замуж?
Скарлетт с возмущением посмотрела на него, собираясь ответить в духе: а тебе какое дело? Но тут же взяла себя в руки. Он нужен ей. Он может помочь найти Элис. Да и какая разница, ведь в этом нет секрета. Хотя не стоило говорить о Селвине при нем. Не хватало еще обсуждать и их отношения. 
- Почти через год после окончания школы. Едва я приехала домой Чарис сосватала меня Селвинам. На Рождество он сделал мне предложение при наших родителях, а весной мы поженились, - её губы тронула едва заметная усмешка. - А ты? У тебя есть семья, Магнус?

+1

15

- О ужас… - произнес Магнус полушепотом в котором читался неподдельный окрас безразличия и насмешки, - Девушку видели с помолвленным мужчиной, что бы это могло значить…? – сменив тон на более серьезный, он добавил, - Кто был этот мужчина?
Складывалось впечатление, что история повторяется. Девушку из чистокровной семьи сосватали за того, кого она, в общем-то, не выбирала, и вот простой по своей природе бунт молодой леди. Точно как мать, но видимо, оказалась посмелее. В какой-то миг Магнусу даже захотелось посмотреть на эту девушку. Возможно, даже пожать ей руку. Но этот миг быстро прошел, стоило мужчине вспомнить чья она дочь.
Когда в их разговоре возникла пауза, Магнус поднял стоящий на подлокотнике кресла в его руке стакан огневиски и отпил небольшой глоток, просто промочить горло, которое почему-то предательски начало пересыхать.
При упоминании фамилии Селвин, рука Фарли сжалась на стакане сильнее, рискуя расколоть его. На лице мужчины пролегла тень.
Как и все Гриффиндорцы он питал неприязнь ко всем слизеринцам еще со школы. Конечно нельзя сказать, что все они были засранцами, но Селвин был как раз из таких. Впрочем, выражение лица Магнуса сменилось на улыбку, которая растянулась на его губах очень медленно, и была совсем не радостной, скорее это была горько-сладкая насмешка.
- Навлечь тень позора…? – повторил не спеша Магнус, будто смакуя каждое слово. Он постучал в задумчивости указательным пальцем по губам, едва заметно прищурившись. – А может быть она не любит этого Блэка, и ты что-то мне не договариваешь? – поинтересовался Фарли. – С какой стати мне помогать тебе запихивать собственного ребенка в золотую клетку? – мужчина приподнял брови. Конечно, он пока знает мало, слишком мало, но он может строить предположения за неимением достаточного количества информации. А пока все в его голове складывалось именно так. Никакого криминала в пропаже девочки не было.
- Нет, у меня нет… Я не на столько идиот, чтобы связывать себя узами с кем-то, кого никогда не любил и не полюблю… - отвечая на этот вопрос, Фарли выдерживал очень светский тон, даже с неким апломбом высказывая свое мнение. И можно сказать в этом был еще один камешек в огород Скарлетт, а быть может и целый валун, как знать…
Какова вероятность того, что между людьми, которых сосватали родители появится любовь? Скорее всего она очень мала, во всяком случае точнее Магнус сказать не мог. Интересно гоблины ведут такую статистику? Они ведь любят все подсчитывать… особенно чужое золотишко. И Чарис Крауч сейчас представилась Магнусу именно таким гоблином, который только и знай себе сидит и подсчитывает – какая партия будет лучше для ее дочери, а затем и внучки. И теперь Скарлетт была на ее месте, выдавая замуж свою дочь…
История повторяется только в том, что она никого никогда ничему не научила…
Поджав губы, Магнус втянул побольше воздуха в грудь и поднес стакан к губам, делая ужасно унылый глоток огневиски.
Какое-то время он думал, что дело серьезное, а здесь оказалось, что это всего-навсего дурная семейная мелодрама. «Нет уж, увольте… в семейных разногласиях Селвинов я участвовать не собираюсь…»
Может быть Селвин вообще последователь Темного Лорда? Кстати, надо его проверить. И за собственную непредвзятость Магнус не ручается…
Он уже начал жалеть, что пришел этим вечером в Дырявый котел, а не в паб в Лютном переулке, где гостей обхаживают прелестницы с кровью вейл, текущей в их жилах… Можно было бы избежать этой неуместной встречи, бередящей старые давно забытые раны и воспоминания…

+2

16

Останови поток, исчезни, как все исчезает.
Почему мне так нравится то, что меня разрушает?

Скарлетт подалась вперед, смотря на него со смесью презрения и непонимания, словно тот внезапно лишился рассудка и нес бред. Хотя в ее глазах все именно так и выглядело.
- Ты серьезно?! – она залпом опрокинула в себя часть огневиски и раздраженно выходнула. – Да какая разница кто кого любит, когда речь идет о чистоте крови и продолжении рода! Это превыше любых чувств!
Женщина прекрасно поняла какую параллель он провел между ней и дочерью. И это разозлило ее. Какое право он имел? Зачем? Ей и без того больно. А он еще смеет ворошить прошлое, к которому сам был причастен, доставая из самых дальних уголков души тщательно запрятанные переживания. И тупую ноющую боль, которую сам же и причинил. Он даже не представлял, что тогда пережила Скарлетт. Сколько надежд было разбито. Как она могла так обмануться? Дура, наивная дура. Он не знал, как тяжело ей было говорить те слова, вложенные в нее матерью. Магнус так быстро сумел вернулся к их изначальному состоянию ненависти, а Скарлетт казалось, что она сойдет с ума о всего происходящего. Она была слишком молода, чтобы с достоинством справлять с в один миг рухнувшим миром. Где они были только вдвоем. А сейчас он не только вытащил все наружу, заставив пережить вновь, но и насмехался над ней.
Ей внезапно стало нечем дышать. Скарлетт встала, но видимо слишком резко и её повело. Что и говорить, для женщины её комплекции было выпито слишком много. Досадное недоразумение, которого она же сама и старалась избежать. Как глупо, вот так взять и напиться. Но Скарлетт не была бы собою, если бы не постаралась сохранить лицо. Сделав вид, что ничего не произошло, она опустилась обратно на кровать, придерживаясь за ее спинку.
Вся жизнь игра, где каждый последующий шаг предопределен предыдущими. А сейчас их с Магнусом смахнули с доски после игры в одну коробку, оставив лежать до поры до времени. Пока игра не начнётся вновь, пока о них не вспомнят. Но видимо ночь не время для игр. Пусть лежат себе. И все равно, что у фигур разный цвет.
Ей не нравился его тон, его манеры, его присутствие здесь, но она все не находила в себе сил чтобы выгнать его. Потому что отчётливо понимала - он спокойно встанет и уйдёт. Возможно отвесит шутливый поклон, потешаясь над ней и исчезнет из её жизни. Теперь уже навсегда. Это правильно. Так и должно быть. Его не было столько лет и ему не следовало появляться снова. Но вопреки своим же мыслям и убеждениям, ей хотелось, чтобы он сейчас был здесь. И не важно, как долго это продлится.
Скарлетт нервно выдохнула, поднесла стакан к губам и сделала глоток. Пить дальше точно не стоило, но жест был скорее автоматическим, нежели осознанным. Так паршиво она себя давно не чувствовала. Да собственно говоря когда она последний раз чувствовала нечто подобное? Селвин закусила губу, сдерживаясь от необдуманных слов. Выпитый алкоголь позволял чувствовать себя более раскованное, свободно, но в том и крылось коварство. Она все более открыто рассматривала его, словно заменяя старый образ на вновь увиденный. Все больше эмоций, так надежно запертых стремились вырваться наружу. Ей определённо не стоило столько пить, а если уж так произошло, то стоит остаться одной и лечь спать, чтобы с утра испытывать лишь головную боль, но никак не душевную. Просто забыть, что он был здесь.
Она понимала, как это выглядит в его глазах и что он никогда не поймёт её. Сложно понять, когда в твоей жизни нет человека которого любишь. Иронично. Он был её первой любовью, человеком, которому она доверяла, даже попыталась изменить свою жизнь ради него. А что в итоге? Ничего.
Погружённая в свои мысли Скарлетт не обратила на его дальнейшие слова должного внимания.
А ведь она продолжала любить его даже выходя замуж. Никому об этом не рассказывая, стыдясь собственных чувств и страдая от этого. Но Селвин был хорошим супругом, заслуживающим должного внимания, и она понемногу отходила. Вскоре родился Итан, а после и Элис. Впервые взяв на руки сына, она поняла, что это и есть истинная любовь. Созидающая, чарующая своею чистотой и искренностью. Любовь к детям была совершенно другой. Поэтому вскоре для него в её сердце больше не осталось места.
Следовало заканчивать с этим. В конце концов это и правда только её проблема и только ей её решать. Глупо было надеяться, что он действительно сможет ей помочь. Она повернулась к нему, собираясь просто попросить его уйти и больше никогда не появляться в её жизни, но произнесла совершенно иное. Огневиски все же сыграл с ней злую шутку.
- Зачем ты вообще пришел? Можешь помочь - помоги. Нет - проваливай и больше никогда не появляйся в моей жизни! – поднялась она и, на удивление уверенно сделала пару шагов в его сторону, - Конечно, раз в твоей жизни нет тех, за кого стоит переживать, то и остальным не стоит! Просто ты настолько бессердечен, что кроме себя никого не любишь! - зло сверкая глазами выдыхала Скарлетт. Она чувствовала, как ком все сильнее сдавливает горло, а недавняя истерика вновь подбирается к ней, больше не встречая на своем пути преграды из холодного разума. - Она еще ребенок, глупый, наивный ребенок, которым могут воспользоваться, обесчестить, даже убить, - севшим голосом прошептала она, - Я могу потерять ее навсегда.
Скарлетт остановилась, отворачиваясь от него. Ей был нужен воздух. Женщина достала палочку и шагнула к окну, распахивая его заклинанием. Прохладный вечерний воздух проник в комнату, понемногу разбавляя запах алкоголя.
- Но куда тебе понять меня. И что могло заставить меня решить, что в тебе хоть что-то изменилось. Хотя нет, изменилось, ты стал еще более невыносим, - она горько усмехнулась и покачала головою.
Скарлетт оперлась руками на подоконник, безразлично смотря вниз, на темную улицу.
- Даже если она сбежала из-за мимолетных чувств я не хочу, чтобы она потом так же страдала, как и я. Есть вещи, которые лучше пресечь в самом начале, пока они не пустили корни, ведь вырывать их очень больно, - медленно произнесла женщина. Каждое слово давалось ей с трудом. Ее дочь была ее же отражением, а сама Скарлетт просто поменялась с матерью местами, вот только со своею ролью справлялась куда хуже. - Золотая клетка не так плоха, если знаешь, что тебя ждет без нее. А у меня и вовсе не было выбора, - обернулась она, смотря на молчащего мужчину, - Я не имела права поступить иначе. Да, Магнус, тень позора. В противном случае, моя семья отвернулась бы от меня. И я не хочу того же своей девочке. Не позволю ей сломать свою жизнь. Однажды она поймет меня. Потому что мы не можем делать только то, что хотим, есть вещи, которые делать необходимо. Даже если в восемнадцать лет тебе этого не хочется, - Скарлетт вытерла безымянными пальцами подступившие слезы. Не хватало еще при нем разрыдаться. Хотя именно этого ей ужасно хотелось. Выгнать его и вновь разрыдаться. Из памяти всплыло все, так тщательно похороненное под толщей времени. А ведь они даже толком и не говорили. Она просто сообщила о решении матери, в тайне надеясь, что он что ни будь придумает, хотя бы поддержит ее.  В конце концов до окончания школы оставалось всего два года. Какая мелочь. Но она слишком много хотела от такого же подростка. К сожалению подросток остался таким же упрямцем.
- Да что я вообще перед тобой распинаюсь, - грустно усмехнулась она уже сожалея о вспышке гнева и вертя в руке пустой стакан, перекатывая капельку огневиски по его стенке. Скарлетт подняла на него взгляд. - Убирайся из моей жизни и больше не смей в ней появляться. Никогда, - звон разбившегося о дверь стакана разлетелся по комнате, - Пошел вон.

+2

17

- После стольких лет?
- Всегда. (с)

Она была просто создана для подобных высокомерных фраз. Мать ее хорошо натренировала, вырастила полное подобие себя. Магнусу совсем необязательно было близко знать Чарис Крауч, чтобы сделать такой очевидный вывод. Это болезнь всех высоких родов. Они настолько слепо следуют своим принципам, что очень часто перегибают палку. Именно к «перегибанию палки» можно было отнести и геноцид «грязнокровок», как их называют последователи Лорда.
Скарлетт поднялась и ее слегка повело, это не укрылось от взгляда Магнуса, но он остался недвижим как скала, даже ни один мускул не дрогнул на лице.
Женщина приблизилась к нему на пару шагов, и Фарли прищурил глаза, глядя на нее. В чем-то она была права, его сердце было заковано в цепи, замуровано в склепе, погребено под толщей брони, которую он не хотел снимать все эти годы. Было легко – просто взять и закрыть на замок. Больше никогда не пользоваться им, как ненужной вещью, но он знал, что если открыть… выпустить его наружу, то лишь одно имя будет вызывать любовь и трепет в нем… Скарлетт Крауч. Всегда, так же как и прежде… даже после стольких лет.
Насколько легко она отказалась от него, всего лишь послушав свою мать, она отказалась и от своего сердца. Перестала его слушать. Так почему он должен был поступить иначе? Почему вообще он должен воспринимать это так серьезно?
Теперь эти слезы в голосе принадлежали миссис Селвин и совершенно не трогали его. Она сама это выбрала, а он лишь не стал мешать.
- Ты страдала? – спокойно спросил Магнус, отражая голосом свое недоверие и иронию, - Ты просто живешь в придуманном кем-то мире, вместо того чтобы действовать так как следует и как хочется… - продолжая держать в руке свой стакан, он провел по его краю указательным пальцем. - А ты бы отказалась от своей дочери? – уже с большим нажимом произнес маг. Его дед не отказался от собственного сына, когда тот выбрал в жены не столь чистокровную девушку. А семья Крауч видимо все еще потакает чьим-то прихотям. Но дело в том, что они хотят удовлетворить тех, кто всегда найдет за что осуждать, а любить тебя будет только семья.
Их отношения, которых, в общем-то и не было, скрипели по швам, и что из них прорывалось было известно одному Мерлину.
Стакан с грохотом разбился о дверь и Магнус резко поднялся со своего кресла, причем так уверенно, будто не было этой выпитой бутылки огневиски. Он выпивал и больше. Сейчас его кровь бурлила совсем не от алкоголя.
- Кем я все эти годы не был так это глупцом, и не имел с таковыми дел, и, разумеется, не собираюсь и сейчас начинать. – все это привело Магнуса в раздражение, которое явно читалось в тоне. Мужчина скрипнул зубами, направившись к двери. Ему тоже хотелось что-нибудь разбить, но он держал себя из последних сил. Поставив со стуком стакан на место, он вновь взял бутылку, намереваясь прикончить ее у себя в номере. Напиться и забыться сном это то, что ему сейчас просто необходимо. Но как спать спокойно, зная, что где-то рядом в одном из номеров будет она?
Подойдя к двери, Магнус остановился и, склонив голову, коснулся рукой щеколды, на которую дверь запиралась изнутри. На резном железе вились какие-то узоры, на которых невидящий взгляд и остановился. Рука опустила щеколду вниз и заперла дверь. Магнус обернулся на Скарлетт.
- Не забывай закрывать дверь на ночь… Доброй ночи… - он взглянул на нее, словно смотрел в первый и последний раз, но душа его не хотела расставаться с этим образом. Еще мгновение и он исчез. Аппарировал… И на том месте где он стоял до этого не осталось ничего.
В его руке все еще безвольно висела бутылка, когда он, сдерживая дыхание подошел ближе… Скарлетт стояла спиной к нему, все смотря на то место, где он испарился. А когда заметила и повернулась к нему, распахнув голубые глаза, что были теперь так близко, он выронил бутылку и та покатилась, ударившись об пол с глухим звуком. И этот взгляд был тем, который он так давно ждал…

Отредактировано Magnus Farley (12.10.2018 23:36:24)

+1

18

Поняв, что он ушел Скарлетт выдохнула. Она сама же во второй раз прогнала его, так к чему это ноющее чувство тоски, поселившееся после его исчезновения. Все правильно, она живет в своем мире и его правилам должна соответствовать, слишком поздно что-то менять.
Но он не ушел. Скарлетт ощутила смесь тревоги и трепета. Он не смог уйти. Она обернулась, встречаясь с ним взглядом, в котором все читалось без лишних слов. Они были лишними, не нужными, пустыми. В них не было смысла, и они могли лишь все испортить. Слова все равно не могут передать того, что ты хочешь донести. Что чувствуешь, чего желаешь. Да и как сказать о чувствах, когда сама стараешься уничтожить в себе все это, сжигаешь дотла, а они, подобно фениксу, возрождаются из пепла, сильнее и ярче чем были.
Наверное, следовало все же что ни будь сказать. Или предпринять. Последнее даже лучше. Указать еще раз на дверь. Ударить. Закричать. Что угодно, лишь бы он все же убрался из этой комнаты раз и навсегда. Но она застыла, не способная произнести хоть слово. Казалось сердце остановилось, упав вниз с огромной высоты. По телу пробежала волна, разливаясь теплом внизу живота. Его глаза...
- Магнус, я…, - выдохнула она, - Тебе…
"Тебе стоит уйти" - так следовало сказать, но произнесли это было ужасно трудно. Невозможно.
Он был так близко. И он смотрел на нее. Так, как она любила. Когда внутри все переворачивалось от осознания насколько ты важна и дорога ему. Вот только сейчас боли в этом взгляде стало куда больше. Что видел он в ее глазах? Скарлетт не знала. Она не могла понять, что чувствует к нему сейчас, но отчётливо понимала, что пропала. И спасти уже ничего было нельзя. Она сократила и без того маленькое расстояние, приближаясь к нему. Его лицо стало слишком близко, намного ближе, чем того следовало приличия. Да какие к черту приличия, когда она замужняя женщина стоит перед мужчиной не являющимся ее мужем, желая его. По молчанию и бездействию она понимала, что Магнус ждет, сделав первый шаг. Второй должен быть за ней. Он оставил ей выбор. Стоит просто отойти в сторону, и он исчезнет и больше не станет лезть в ее жизнь. Ни когда. Не этого ли она хотела еще пару минут назад?
Пальцы медленно стянули обручальное кольцо, опуская его в карман платья. Оставлять его сейчас, как символ верности было неправильным. Скарлетт неуверенно дотронулась до его груди, чувствуя ладонями, как она медленно поднимается и опускается. Она же казалось не дышала совсем. Ее губы, бывшие так близко, почти касались его. Почти. И это сводило с ума. Но виной тому был не алкоголь, хоть его и было выпито предостаточно в этот вечер. И не в усталость, не в отчаяние или что-либо другое, на что можно было бы найти оправдание. Дело было в нем. Она едва коснулась его губ. Совсем немного, словно дразня его и себя. Почувствовав их шероховатость и привкус огневиски она закрыла глаза, усмехаясь самой себе и прикусывая нижнюю губу.
Это было неправильно. Все что когда-либо было связанно с ним было не правильным. Запретным. И от того, наверное, таким желанным. Ей хотелось продлить этот момент, оставить его в памяти, ведь они оба знали, что будет дальше. Они оба этого хотели.
Ее голос был на удивление спокоен.
- Магнус, - тихо произнесла она, - Поцелуй меня.

Отредактировано Scarlett Selwyn (13.10.2018 13:10:03)

+1

19

Все мы принадлежим не себе, все мы принадлежим другим. (с)

Слишком много, слишком много чувств, которые казалось, одурманили его и без того опьяненный рассудок. Лишили здравомыслия, но это было так приятно… так плохо, но так хорошо одновременно. Так запретно, но так правильно… Почему сердце так сильно и пробивается сквозь оковы, после стольких лет забвения? Он совсем потерял контроль. Хладнокровие и отрешенность, сопровождавшие его больше двадцати лет, где же они?
Он уже почти ощущал ее губы своими, они тянулись друг к другу. Сопротивляться этому было невозможно и бесполезно. Выдохнув, Магнус поймал ее губы своими, стоило ей только попросить, и руки мужчины легли на ее талию, словно боясь, что Скарлетт решит сдать назад. Но нет…
Он перекрывает ее дыхание поцелуем, не давая больше произнести ни слова. Поцелуй был голодным, жадным, словно вызов, требование ответить. И почему она не произнесла этого раньше?.. Тогда, в тот день. Они были слишком молоды и глупы, невинны… сейчас все изменилось. Обрывки воспоминаний, отрывистые и несвязные, кажутся ему далеким кошмарным сном. Сном, о котором они оба должны были забыть как можно скорее. Но даже после стольких лет воспоминания вернулись вновь, ворвавшись непрошенными гостями.
От него исходит жар, хоть в комнате и свежо. Ему не хочется покидать эту потрепанную временем комнату Дырявого котла, нет, больше никогда, остаться в этом мгновении здесь навсегда. Возможно, приобрести маховик времени и каждый раз отматывать время вспять.
Поцелуй был настолько обжигающим, что можно было ненароком удивиться, почему воздух вокруг них не закипел.
Он скучал по ней, черт возьми, он скучал до безумия. Будто он потерял ее вечность назад и уже не чаял обрести вновь. Скарлетт не выпускала его из объятий, прижимаясь не только со страстью, но и с каким-то отчаянием…
Но он резко находит в себе силы, разрывая поцелуй, обжигая ее губы дыханием, все еще прикрывая глаза и произнося почти рыча:
- Снимай это гребаное платье, - он сосредоточен, напряжен, суров и тверд, а в голосе слышится что-то одичалое, тяжелое дыхание заставляет грудь вздыматься сильнее.
Он не смог больше терпеть. Он ждал слишком долго, и он получит желаемое немедленно.
Острый взмах руки, в которой виднеется черное дерево волшебной палочки, заставляет хлопнуть окно и тут же гаснут почти все крупицы света в лампах на висящей под потолком люстре в виде деревянного колеса со спицами.
На ней бархатное темно-серое платье и дорогие серьги, она носит лучшие мантии на выход и шелковые перчатки, и все зовут ее «миссис Селвин», перед тем непременно кивнув в знак уважения и симпатии. Ее светлые волосы – сам шелк, красиво блестят в приглушенном тающем свете. Но сегодня это все будет его. Она всегда была его, как бы не отрицала, они принадлежали друг другу… Желание захлестнуло его – жаркой, дикой, безудержной волной.
Старая мантия спадает на пол, оставляя его в рубашке из плотной ткани и жилете. Он может сделать это магией, расстегивая ее платье, медленно и сосредоточенно, но вместо этого подходит ближе, облизнув пересохшие от дыхания губы, не отводя потемневших глаз от ее лица. Гипнотический взгляд, каким смотрел бы удав на кролика, прежде чем наброситься. Она смотрит в ответ, заводяще приоткрыв рот, будто испытывает его почти лопнувшее терпение. Если она не разденется в эту же минуту, он клянется, что сам порвет эти блядские дорогие тряпки в клочья.

+1

20

Duran Duran - Come Undone

Ладони проскользили с его груди вверх, обнимая за шею и привлекая к себе. Хоть это было и излишним, он не выпускал ее, жадно скользя руками по телу. Его прикосновения были уверенными, властными, сводившими с ума и не поддаться им не было невозможно. Она задыхалась, хватая воздух, в редких перерывах между их поцелуями. Они были куда важнее, чем потребность дышать. Чем все остальное. Тихо простонав Скарлетт запрокинула голову, позволяя ему спускаться ниже, покрывая поцелуями шею. Она не разжимала объятий, боясь отстранится хоть на секунду, словно он вновь решит исчезнуть. Теперь она не могла дать ему сделать этого, после всего этого уже нет. Столь безумное желание остаться с ним казалось ей самым верным из всех принятых за последнее время. И плевать что будет дальше. Ведь она и так знала: серая череда будней, безумно холодных и до зубного скрежета правильных. Но это потом, когда ни будь, не сейчас. Сейчас она сгорает от желания быть его, быть с ним. Важно лишь то, что происходило в данный момент и что она испытывала, отвечая на его поцелуи с той же страстью, с которой он их дарил.
Его голос, тон, которым были произнесены слова... По телу прошла дрожь. Скарлетт застонала, но он тут же накрыл её своими губами, не дав возможность произнести что-либо. Запретный плод сладок, но зато какое наслаждение испытываешь, вкусив его. Она чувствовала себя преступницей. Потому что нарушала не только общепринятые правила приличия и морали, но и свои же принципы. Да ещё с тем, с кем по сути не могла иметь ничего общего, кого сама же и отвергла, не сумев разобраться в себе. Связь, которую неодобрительно изначально. И никогда не одобрят. Ни общество, ни семьи, ни друзья. Она точно сошла с ума. Отголоски разума пытались достучаться до неё: что же ты творишь?! Нужно немедленно прекратить это безумие! Но как как разорвать объятия, когда тело твердит об обратном, а зов сердца оказывается громче здравого смысла.
Дрожащими пальцами она начала расстегивать пуговицы, не желавшие поддаваться. Чертово платье. Скарлетт злилась, дергая их. Разорвал бы и все. Какая разница, это всего лишь тряпка, которых у нее десятки. Ей даже хотелось этого. Почувствовать его власть над собою, поддаться, остаться в его руках, так жадно скользящих по ее телу. Даривших ей осознание желанности. Все то, чего ей так не хватало. Он отстраняется, наблюдая за ней. Скарлетт удается справиться с частью застежек, плавно обнажая плечи смотря ему прямо в глаза. Она и сама не знала, что может быть такой. Что может испытывать такое. Селвин заводит руку за голову, вынимая заколку, позволяя волосам свободно лечь на плечи. Раньше ему нравились ее распущенные волосы, это она помнила. Скарлетт вновь притягивает его к себе. Сливаясь в поцелуе, она стягивает с него жилет, начиная расстегивать рубашку, ладонями забираясь под нее, чувствуя грубость его кожи. Он отстраняется. Взгляд полный желания и удивления. Она изгибает бровь, выжидательно смотря на него нетерпеливо облизывая губы.

+1

21

Ее руки сползли с его плеч к рубашке, борясь с пуговицами. Она не совсем забыла его? Нет… он тоже не забывал… никогда. Возможно, он больше не тот молодой юноша, в котором плескалась легкость и задор. Но это все еще тот же человек, которого она когда-то любила. Просто время пролетело так быстро… оставило свой отпечаток.
Шестой и седьмой курс… все еще взгляды друг на друга, но теперь уже с осознанием неотвратимого, осознанием, что между ними не будет больше ничего. Фарли порой умело изображает непричастность, изучающе смотря на все, кроме нее.
После того, как Скарлетт ушла, он больше не донимал ее, стараясь сохранить лицо и привычную гриффиндорцам гордость. Он, возможно, попытался бы, но внутри школьника поселилась странная пустота, сочившаяся какой-то едкой тоской, ощущением предательства, разочарованием... А потом он просто убедил себя в том, что все так и должно было быть.

Магнус покончил с непослушными пуговицами рубашки, помогая Скарлетт. Она распустила перед ним свои длинные светлые волосы, вынуждая мужчину не мигая, уставиться угольной темнотой глаз на то, что он видит перед собой.
Его горячее дыхание ложится на ее губы, снова требующие поцелуя. Магнус прочерчивает кончиком языка влажную дорожку по ее губам, проникая чуть глубже. Тем временем его руки грубо сминают ткань платья, едва ли не срывая, от чего оно спадает вниз на пол, оставляя женщину в легкой сорочке, позволявшей складкам платья ложиться идеально ровно по стройной фигуре, которая теперь выглядит еще соблазнительнее.
Твердая мужская рука легла на ее скрытое кружевом колено, скользнула выше, под юбку. Ее бедра в его власти и всего лишь два шага разделяют их от кровати.
Оказавшись сверху над ней, Магнус приподнимается ненадолго, лишь чтобы избавиться от уже расстегнутой рубахи, бесцеремонно сбрасывая на пол ненужную вещь.
Прижав, прижавшись всем телом, он придавил Скарлетт к постели, накрывая собой, давая почувствовать свой вес. Она отдается в его руки с такой горячностью, будто верно ждала его все двадцать лет, возможно ли такое?
Магнус прикусывает кожу на тонкой ключице, губами оставляет дорожку из страстных поцелуев вверх по шее, наконец, вновь врываясь языком в ее рот. Его пальцы сжимают бедро, поспешно задирают подол все выше, избавляя от белья, скользя по бархатной коже.
Фыркая прямо в губы, он расстегнул молнию на своих брюках, избавляясь от остатков одежды и налегая между ее ног. Мыслей не было, не было ничего кроме пламени, разливающегося по венам. Страсть наполняла легкие и сгущала туман, что был в голове. Резкое проникновение запустило по телу волну мурашек и мелкую дрожь. Вкрадчивые глубокие движения периодически усиливались, вызывая новые волны возбуждения, становясь все быстрее и быстрее. Было жарко и жадно до боли. Если бы Пекло разверзлось под парой, вряд ли там было бы горячее. Его ладонь стискивает талию женщины, принуждая двигаться быстрее, исступленно, как в первый и последний раз. Будто все это наваждение, которое пройдет, стоит только открыть глаза и проснуться. Стоны Скарлетт будили в мужчине самые нескромные желания, заставляли фантазию буйствовать невероятными красками.
Эта ночь ничего не изменит, только сделает его немного счастливее. Просто потому, что он устал, ему была необходима эта разрядка, необходима как воздух, как спасательный круг утопающему. Он слишком долго не чувствовал ничего подобного. Жар в теле, неудержимую страсть и экстаз, заполняющий каждую клетку тела.

+1

22

Губы, покрывающие кожу поцелуями, сводили с ума. Она забывалась в его объятиях, отдаваясь страсти и желанию без остатка. Ладони до боли сжимали ее бедра, заставляя двигаться в одном ритме, сбивчиво дышать произнося его имя. Прикосновения были подобны разрядам тока, проходившим через кожу вглубь, вызывая новые волны возбуждения. Она выгибалась навстречу, стремясь быть как можно ближе к нему, чувствовать его полностью. Все мысли и рассуждения на тему "правильно или нет" остались далеко позади. Это все было неправильно. Но какая разница, если все, чего ей хочется в данный момент – быть с ним единым целым. Она то гладила его по спине, то оставляла алые полосы в особенно чувственные моменты, когда сдерживать собственные стоны было уже невозможно. Да и вряд ли он сейчас чувствовал эту боль. Магнус и сам не был нежен или ласков с нею. Нет, его прикосновения были в полной мере властны и требовательны, словно она принадлежала ему по праву. И ей нравилось это чувствовать, быть податливой с ним. Казалось все что было до этого лишь долгая прелюдия, медленно сводившая любовников к этой ночи. Ведь всего этого могло и не быть. От этой мысли по телу прошла дрожь. Нет, так должно было случится. Только гораздо раньше и на законных основаниях, а не украдкой в тесной комнатке, где приходится сдерживать стоны, чтобы не быть замеченными. Адреналин в крови от ощущения опасности лишь усиливал возбуждение, утолить которое одной ночи будет явно мало.
Ладони ложатся на его грудь, чуть отталкивая от себя. Он все понимает, обняв ее и рывком переворачиваясь, позволяя ей оказаться сверху. Скарлетт замедляет их безумный танец, нежно поглаживая плечи мужчины и плавно покачивая бедрами. Взгляд прикован к его лицу. Ей хочется смотреть на него, оставляя в памяти каждую эмоцию, каждый взгляд дикого желания, брошенный на нее. И не нужны слова, чтобы передать то, что она чувствует, ее тело говорит за нее. Скарлетт с трепетом касается пальцами скул, проводя до подбородка, плавно притягивая его к себе, сливаясь в поцелуе с его губами. Уже не так страстно и иступлено, как несколько минут назад. Ласково, с наслаждением. Руки обвивают его шею, запуская пальцы в волосы, оттягивая их.
- Магнус, - шепчет она, плавно спускаясь поцелуями к его шее. Хотелось остаться в этом мгновении, насладится им в полной мере, разве она не имеет на это право? Конечно нет. Безоговорочная победа сердца над разумом. Это были не те нежные чувства их короткой юношеской любви. Это была дикая страсть, сжигающая их изнутри, утолить которую они могли только друг другом. Она даже не была уверена, что все происходящее можно было назвать любовью. Двигаясь с ним в одном ритме, запрокидывая голову, позволяя целовать себя, закусывая губу, едва сдерживая стоны, она понимала, что делает себе только хуже. Но ей было все равно. Находясь с ним, в его власти она чувствовала себя по-настоящему живой. Не волнуясь о том, как выглядит, что делает или говорит. И это ей безумно нравилось. Возможно он и был прав, что следовало давно наплевать на правила домов и, хотя бы попытаться стать счастливой с ним. Не случайно, а осознанно. Хотя ей вполне хватит и того что есть сейчас. И этого уже много для нее. Его рук, скользящих по талии и груди, его поцелуев, обжигающих кожу, его взглядов, гипнотизирующих своим желанием. Его всего. Пусть только на одну ночь, которая изменит для нее очень многое. Которая навсегда изменит ее.
Ее ласки заводили и ему явно было нужно большее. Она вновь оказалась под ним. Движения становились быстрее, стоны громче, а желание двигаться навстречу, стараясь слиться друг с другом, еще больше. Чувствуя приближающуюся волну экстаза, она подалась ему навстречу. Пара движений и Скарлетт застонала, закрывая ладонью рот, словно стыдясь своих же эмоций. Магнус отпустил ее, ложась рядом. Они оба тяжело дышали. Оба молчали. Закрыв глаза, она нащупала его ладонь своею, сцепляя пальцы в замок. Ей было легко. Все напряжение и страхи, удавкой затягивающиеся на ее шее исчезли. Вместо них появилось ощущение защищенности. Возможно ей просто хотелось в это верить, но в данный момент так оно и было. Она повернулась к нему, касаясь губами его плеча и прижимаясь к нему щекой. Он не видел того, как Скарлетт улыбалась. Прошло всего пара минут и дыхание женщины стало ровным. Она провалилась в глубокий и спокойный сон.

+1

23

Руки Скарлетт исследуют его спину шаг за шагом, периодически начиная впиваться ногтями и оставляя красные следы, но это не останавливало мужчину, напротив, еще больше распаляло его желание двигаться в ней быстрее, заставляя ее тоже выгнуться и поморщиться, словно от боли смешанной с наслаждением.
Он чувствовал, как ее руки спустились вниз, путешествуя по мускулам его спины до талии, прижимая его к себе плотнее, и она застонала от ощущения их грудных клеток и бедер, соприкасающихся друг с другом. Магнус горячо выдохнул от этого стона.
Ее пальцы врезались в лопатки, пока его губы спустились от ее рта к подбородку, а оттуда – к изгибу шеи.
Все сильнее кружится голова. Он отдается влечению, забывая о том, что такого между ними в принципе не должно быть. Это неправильно. Запретно… Во всяком случае для нее. Все требовательней и ненасытнее становится его язык. Все уверенней жесткие ладони гладят женщину по груди и бокам. Сколько проходит времени? Неизвестно. Тяжело дыша, Магнус отрывается от ее губ, смотрит на Скарлетт потемневшими от возбуждения глазами, продолжая поглаживать ее тело, пока она заставляет его перевернуться на спину, а сама садится на него верхом. Ее руки скользят по торсу.
Он чувствует спиной прохладные простыни, смотрит в полумраке на возвышающуюся над ним фигуру девушки с растрепавшимися светлыми волосами. Но от этого она выглядит еще прекраснее и это заводит.
Она стала медленнее… дразняще двигаться на нем и это просто лишало рассудка. Мужчина стянул с нее эту полупрозрачную сорочку, и теперь Скарлетт совершенно голая возвышалась на нем, в его руках, скользящих вверх, обхватывающих и сжимающих грудь.
Ее рука мягко притягивает его за подбородок для поцелуя. Сопротивляться этому бесполезно, она знает что делает, опускаясь и поднимаясь совсем неспешно. Он снова переворачивает ее под себя, сминая пальцами ягодицы, наваливаясь на нее и прижимаясь ноющим, полным сладкой тяжестью пахом к бедрам. Толчком проникая сразу же до конца. Этот выдох в унисон подтверждает, что они оба хотели этого... Отрывистые движения в ней сводят его с ума, когда он раз за разом входит в желанное тело. Он чувствовал, как до боли впиваются в спину пальцы, но все было уже не важно. Ему было так хорошо, так горячо в ней. Бедра подрагивали от напряжения, действуя все быстрее и резче, так как он ускоряет и ускоряет темп, пока из сознания обоих не вылетают все чувства, кроме всеобъемлющего ощущения эйфории и экстаза. Это похоже на яркую вспышку, оглушающую и ослепляющую, Магнус прерывисто дышит, закрыв глаза, растворяясь в собственных ощущениях.
Кем нужно быть, чтобы добровольно отказаться от этого? Чтобы променять их страсть на брак и стабильность? Насколько нужно сойти с ума, чтобы всерьез допустить мысль о другом?
Они давно сошли с ума, раз отказались от любви так просто… Это была самая большая ошибка, которой уже не изменить. Но хотя бы сейчас, в эту минуту, и этой единственной ночью они были вместе.
Магнус завалился мокрой спиной на простыни, уставившись в темный потолок и почти сразу прикрывая глаза. Рука Скарлетт вдруг оказалась в его, и он слегка сжал сцепленные пальцы, непроизвольно… бессознательно.
Постепенно эйфория спадает и наваливается усталость и удовлетворение, которые обволакивают его и заставляют забыться сном. Но он не мог спать спокойно этой ночью, и спустя несколько часов пришел в себя в некой тревоге, пробудившей его.
Фарли осторожно поднялся из постели, чтобы не разбудить Скарлетт, собрал вещи и аппарировал в свой номер, даже не зная, что теперь ждет его – чувство вины? Самобичавание?
Нужно было постараться заснуть, но сделать это было чертовски сложно. Какого черта он проснулся?
В другом, холодном и пустом номере он присел на край кровати, выглядя совершенно разбитым и склонив голову, сложив руки на коленях и сгорбившись под тяжестью своих дум. Как провинившийся домовик он бы отутюжил себе пальцы на руках или начал хлестать по лицу. Хотелось что-нибудь разбить…
Но, лишь угрюмо поглядев вокруг, он завалился на кровать и обнял подушку, подмяв под себя. Ему нужно было обо многом подумать…

Когда солнце уже светило в окна Дырявого Котла, раздался стук в дверь номера, где остановилась миссис Селвин.
Когда дверь, наконец, отворилась, Магнус поглядел на Скарлетт и произнес, опираясь рукой на косяк двери:
- У меня есть два варианта, где можно начать поиски твоей дочери…

+1

24

Косой переулок просыпался. Распахивались створки окон верхних этажей, открывались двери магазинов, в ожидании первых клиентов. Лучи теплого августовского солнца коснулись пыльной мостовой, по которой уже спешили по своим делам редкие прохожие. Переулок понемногу начинал наполняться шумом. Скарлетт с трудом разлепила тяжелые веки и тут же опустила их. Женщина еще какие-то время лежала, пытаясь понять где находится и почему так болит рука. Поморщившись, она вытащила ее из-под себя, сжимая и разжимая пальцы, пытаясь разогнать кровь по онемевшей конечности. Противное ощущение никак не хотело уходить и Скарлетт, опираясь на другую руку попыталась подняться, но тут же пожалела о принятом решении. Пустой желудок сжался стремятся исторгнуть из себя желчь, в добавок к этому, резкая боль пронзила голову. Женщина обреченно простонала, прижав ладонь ко рту и опустилась обратно на подушку. Если бы она постаралась напрячь память, чтобы вспомнить, когда ей было так же плохо, то вряд ли бы нашла подобное событие. Определенно не следовало так налегать на алкоголь вчера вечером. Ведь знала, что ничем хорошим это не обернется, что утро принесет лишь ужасное похмелье. Если бы Фарли не принёс ту бутылку... Фарли! Её бросило в пот. Воспоминание о прошедшей ночи вспышкой озарило память. По кусочкам складывалась мозаика, представляющая собой довольно неутешительную картину. Еще пытаясь ухватиться за надежду, ну а вдруг ничего не было, а это был лишь сон, она осмотрелась, насколько это было возможно, стараясь как можно плавне поворачивать голову. Магнуса нигде не было, зато неподалеку валялась небрежно смятая сорочка, а на полу виднелось платье, разбросанные туфли и недопитая бутылка огневиски. Прекрасно. Она проснулась обнаженной, с ноющими от боли бёдрами в состоянии ужасного похмелья и осознанием того, что ею воспользовались словно легкодоступной девицей. Хотя по сути так оно и было, себе-то можно не врать. Истинная леди. Пересилив боль, Скарлетт уцепилась за спинку кровати и подтянувшись приняла сидячее положение. Да, эта ночь определённо была. Она тяжело выдохнула, закутываясь в одеяло. Не известно, что было хуже, состояние дикого похмелья, от которого хотелось отправиться в мир иной или осознание произошедшей измены, которая навсегда запятнала ее честь. Ладонь легла на лицо, проводя по нему, словно пытаясь снять боль, но куда там. Нужно привести себя в порядок и чем быстрее, тем лучше, об остальном буду думать потом. Едва сдерживая вновь подступившую тошноту, женщина нащупала свою сорочку, облачаясь в неё. Отчаянно хотелось пить, да и принять ванну бы не помешало.
Стук в дверь заставил её резко вздрогнуть, от чего в голове вновь произошёл взрыв. Пересохшим горлом она просипела:
- Кто?
Равнодушный женский голос возвестил о прибытии ее вещей. Скарлетт поискала глазами палочку, но нашла ее рядом с платьем, а значит до нее придется добираться.
- Оставьте у двери, - каждое слово давалось с трудом. Поморщившись, миссис Селвин тихонько сползла с кровати, придерживаясь за нее, еще упасть не хватало. Стыд-то какой! Аккуратно подняв палочку и платье, она добралась до ванной. Прохладная вода немного сняла боль и в голове становилось все яснее. К счастью физическая боль пересилила душевную. Во всяком случае Скарлетт убеждала себя в этом. Она ведь должна чувствовать гнетущее угрызение совести, стыд и отвращение к самой себе. Но... нет. Миссис Селвин и близко не чувствовала ничего подобного. Более того, окажись здесь сейчас супруг, она без малейшего стеснения спокойно смотрела ему в глаза. Словно ничего и не было, словно не она отдалась другому мужчине, даже не сделав попытки пресечь это. Неужели она стала настолько беспринципной, предав собственные же идеалы. И ради чего? Одного лишь мимолетного увлечения? Да, ей несомненно было хорошо, вот только стоило оно того? Скарлетт закрыла глаза. Сделанного не исправить, остается лишь принять это и жить дальше, убеждая себя, что ничего не произошло. И если часто повторять это самой себе, то со временем поверишь в свою ложь. Она знала это не понаслышке. Так уже было. С ним же.
Вытираясь Скарлетт обнаружила на бедрах и талии несколько синяков. Женщина повернулась к зеркалу, внимательно изучая собственное тело. Да уж, одними синяками не обошлось - на шее и ключицах виднелись красные следы от поцелуев. Хмыкнув, она завернулась в полотенце и вернулась в комнату. В ближайшую неделю придётся носить закрытые платья. Кстати о платьях… Заклинанием распахнув дверь и перенося чемоданы в нужном направлении, она устроилась на кровати, внимательно изучая имеющейся запас одежды. Немного подумав, Скарлетт остановила свой выбор на темно-синем платье высоким горлом. Оно было далеко не самым любимым из-за цвета, так плохо сочетавшегося с её бледной кожей, но сейчас подходило как нельзя лучше.
Спустя полчаса, когда она закончила приводить себя в порядок и даже начинала раздумывать хотя бы о чае, в дверь вновь постучали. Скарлетт медлила, хорошо понимая кто пришел. Не мог же он просто уйти не попрощавшись, а жаль. Так было бы проще. Женщина неуверенно положила ладонь на ручку, медля открывать ее. А нужно ли?
- У меня есть два варианта, где можно начать поиски твоей дочери… - произнес Магнус, когда она все же решилась открыть.
Скарлетт лишь кивнула, пропуская его и закрывая дверь. Дождавшись, пока он устроится, она остановилась у камина, внимательно смотря на него скрестив руки на груди.
- Я слушаю, – спокойный тон, не выражающий ровным счетом ничего. Она удивлялась самой себе. И вновь ни тени стыда или сожаления. Разве что тупая боль еще отзывалась при слишком резких движениях, но это было совершенно не то.

+2


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Архив завершенных эпизодов » A Lot Like Love But It’s Not