Добро пожаловать
к нам на Marauders.
The reaper’s due!

Смешанный мастеринг, эпи-
зоды, рейтинг может дости-
гать NC-21.
Конец июля 1978г.
Админы: BartyПо техническим вопросам
Связь: tlg: @zacharynaton
ICQ: 483-01-24
, ElysseПо вопросам игрового процесса и организации
Tlg: @cherry_daiquiri
ICQ: 702779462
, NarcissaПо вопросам игрового процесса и организации
Tlg:@Stormborn_mother
ICQ: 629 056 483

гостевая
сюжет акции
роли внешности
объявления
Ему нравится его работа, сама ее суть, а общение
с пациентами каждый
раз заставляет по-
новому расширять
свои познания,
открывая для
себя что-
то нов-
ое
НОВОСТИ
Нам 1 месяц!
Мы рады поздравить всех игроков c таким приятным событием!
Располагайтесь удобнее!


Массовая аватаризация

Раздача галлеонов!

Запись в квест

НОВОСТИ

Позднее здесь будет выведена хронология и очередность постов

Marauders. The Reaper's Due

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Архив завершенных эпизодов » Lost Girl in Hogsmeade


Lost Girl in Hogsmeade

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Lost Girl in Hogsmeade

Путник, заблудившийся в пустыне, берет воду у того кто ее предложит

http://funkyimg.com/i/2HQ3P.gif

Дата и время эпизода

Действующие лица

14 января 1978 года, Хогсмид

Elysse Selwyn, Evan Rosier

Хогсмид - крупнейшее чисто магическое поселение в Великобритании. Смех и детская радость - вот, что приходит в голову всем студентам Хогвартса при воспоминании о нем. Но если отойти от главной площади и свернуть не на ту дорожку, можно увидеть его менее приятную глазу изнанку...

+1

2

Новость о том, что в выходные всех студентов снова отпустят в Хогсмид, стала полной неожиданностью. Когда же такое было – едва вернулись с рождественских каникул, и сразу прогулка на выходных? Но отказываться дураков не было. Все то и дело суетились, однокурсницы предвкушали возможность похвастать купленными на каникулах обновками на людях, парочки планировали свидания в укромных кофейнях за кружками горячего шоколада и слащавыми обжиманиями по углам. Элис же ждала прогулки по единственной причине: она страшно любила зиму. Настоящую шотландскую зиму с пушистым снегом, горящими на улицах праздничными огоньками, теплыми шарфами и ледяными ладошками, которые так приятно спрятать в мягких перчатках.

Конечно, ей вовсе не было обидно, что она пойдет гулять одна. Совсем ни капельки. Подумаешь, Линора и Энн решили провести зимний денек наедине со своими глупыми мальчишками, одержимыми гормонами и квиддичем. Что здесь такого? Она умнее и не станет заниматься всеми этими глупостями. Просто хорошо проведет время в деревеньке, зайдет туда, куда всегда хотела, без всякой нагрузки в виде подружек, не желающих проводить время в книжных магазинах и антикварных лавочках.

Красив ли Хогсмид в это время года? Пожалуй, Элис еще ни разу и не видела деревню в праздничное время. Конечно, на каникулы она всегда уезжала именно с Хогсмидской станции, но разве разглядишь все, что хочется, вот так – второпях, из толпы таких же студентов? А теперь она могла не просто погулять, заглянуть в пару мест и поспешить обратно в школу до темноты, как приличная девочка. Ей уже исполнилось семнадцать, значит, по законам волшебников она была абсолютно взрослой и отвечала за себя сама. А это значило, что на этот раз она может не торопиться, прогулять хоть до самой темноты, хорошенько осмотреться и даже осторожно поколдовать.

Утром она не стала тратить время на сборы. Девчонки в ее спальне отвратительно хихикали и меряли какие-то кургузые одеяния, в ванной то и дело запиралась какая-нибудь пятикурсница, пропитывая сладкими духами даже древние стены. В глубине души, и Элис это признавала, ей было немного обидно, что она так несимпатична мужской части школы. Но, когда она препарировала эту обиду более детально, становилось понятным, что, в целом, жалеть-то и не о чем. Может, и правда, что девочки взрослеют быстрее? Мальчишки ее возраста были настоящими мальчишками, а не молодыми людьми: ветряными, глупеющими при виде красивой девушки, не умеющими ни поддержать интересный разговор, ни как следует вести себя в обществе. Она и сама не считала себя эталоном поведения, но возможность быть одной из хихикающих дурочек, всеми силами старавшихся привлечь внимание какого-нибудь квиддичного игрока, Элис совсем не прельщала. Куда проще было убедить себя в том, что все это глупости, и обратить свое внимание… на учебу, например. Или на предстоящую прогулку, долгожданный глоток свободы и от родителей, и от преподавательского надзора.

Хоть семнадцать лет Элис исполнилось еще прошлой весной, лето отнюдь не оказалось таким вольным, как ей мечталось. Из дома ее никуда особенно не выпускали, боясь, что магглы всенепременно за что-нибудь ее схватят, дома было все так же грустно и одиноко. Конечно, мать с отцом выпустили бы ее погулять с братом, но Элис было уже не семь лет, чтобы гулять под надзором не дальше пятнадцати минут ходьбы. Успокоив себя тем, что уж на следующее-то лето все наверняка изменится, Элис так и просидела все лето в своей комнате среди учебников и милых сердцу безделушек.

Возможность же погулять в Хогсмиде одной, будучи совершеннолетней по волшебным стандартам, буквально заставляла ее сердце биться сильнее. Пойти и ничего не стесняясь загуляться до темноты, возможно, даже заказать себе огневиски в каком-нибудь баре… Не то, чтобы Элис пила или хоть когда-нибудь пробовала что-то подобное, но просто ради проверки, на самом ли деле она уже взрослая, сделать нечто такое очень хотелось. Волшебная деревенька казалась целым миром пленительных возможностей.

Быстро собравшись, Элис не стала ждать никого из знакомых, чтобы хотя бы дойти до деревни вместе, и раньше всех вышла из замка по направлению к Хогсмиду. Ноги сами несли ее навстречу огонькам, лавочкам и уютным магазинчикам.

Прогуляв почти весь день, Элис так ничего, в общем-то, и не купила за исключением пары милых безделиц вроде антикварной брошки и набора заколок, но была полностью довольна прогулкой. Стоило всего лишь отойти от самых популярных магазинов, как зуд студентов в ушах смолк, все вокруг стало спокойным, никто не мешал ей рассматривать, трогать, мечтать, не лез с разговорами и не пытался затащить в галдящие на сотню голосов «Три метлы». Сумерки уже опустились на землю, но возвращаться в школу Элис не торопилась. Пусть это был акт бунтарства, глупость, безответственность… но ей хотелось прогуляться в темноте. Доказать самой себе, что взрослая жизнь пришла, и она не попадет ни в какую передрягу.

Заплутав в дальнем райончике, Элис завертела головой и поняла, что уже не помнит, откуда пришла. Тщательно оглядевшись, она заметила, что фасады зданий стали куда более обшарпанными, чем в центре, а витрины магазинов уже не горели призывным светом, указывая дорогу. Все было каким-то мрачным и неприятным на вид. Нужно было спросить дорогу, но у кого? Вокруг не было ни души.

Элис почти уже пожалела о своей выходке, как вдруг из ближайшей подворотни послышались шепчущие голоса. Неужто местные не укажут ей, куда идти? Она отряхнулась и решительно направилась на звуки, но то ли интуиция, то ли инстинкт самосохранения подсказали ей вовремя остановиться и не выходить из тени.

Двое одетых как распоследние бродяги немолодых людей стояли плотно друг к другу. Один передавал из рук в руки другому какую-то засаленную склянку с мерцающим даже сквозь мутное стекло серебристым содержимым. Кровь единорога? Едва ли… Подобная торговля запрещена законом… Закон. Слово это будто бы поставило окончательную точку в спутанных мыслях Элис. Она явно увидела нечто не предназначенное для ее глаз. Бежать? Слишком много шума. Остаться здесь и надеяться, что ее не заметят? Едва-едва высунувшись из тени и быстро осмотревшись, она поняла, что мужчины стоят в тупике и в любом случае пойдут мимо ее маленького укрытия, обеспеченного одной лишь тенью. Нащупав в кармане волшебную палочку, она ничуть не успокоилась. Что она будет ею делать? Ткнет кому-нибудь в глаз? Ее оценки по защите никогда не были особенно высоки, а умение трансфигурировать пуговицы в бабочек ее не спасет, реши кто-то причинить ей вред.

+1

3

- Хорошего дня, мистер Розье, - пожилой мужчина в бежевом костюме и с причудливой шляпкой, которую он на секунду приподнял над своей головой, улыбнулся и чуть качнул головой. Всё-таки сегодня они успешили разрешить множество важных вопросов, по одному из которых Эвану и нужно было незамедлительно выбраться в старый, добрый Хогсмид.

- Благодарю, и Вам, - Розье, заходя в камин, ухмыльнулся одним уголком губ и взял немного летучего пороха в руку, - Хогсмид, - громко отчеканил мужчина, как тут же исчез в одном зелёном пламени и очутился уже совершенно в другом. Он вышел, чуть ссутулившись, чтобы не задеть головой низкий камин, Когда они уже сделают его повыше? и с невозмутимым выражением лица побрёл мимо кричащих витрин магазинов и местных кафе-баров. Вот, по правую руку он заметил знакомую вывеску, где он приобрёл свою первую палочку. Он даже слегка улыбнулся, опустив свой взгляд на свои начищенные туфли. Этими ногами, правда в других туфлях, он бродил тут ежегодно на протяжении семи лет. Вот, слева от Эвана располагалась и книжная лавка, в которой он не особо любил появляться из-за старого ворчуна, который там работал. Интересно, этот старый маразматик ещё пылится среди своих книжонок? Хмыкнул Розье и свернул в узкий переулок меж двух красных каменных домов. На самом деле, он не особо горел желанием заниматься этими грязными делами. Тратить своё лишнее время на то, чтобы сегодня побыть курьером. Забрать посылку, отвезти посылку. Скука. Никаких жертв, никаких заливных смешков, какая-то потеря времени. С другой стороны, посылка важная. От неё всё-таки зависит следующий ход действий. Поэтому ещё в департаменте он не стал манерно закатывать глаза, а лишь улыбнулся и кивнул головой.

Эван свернул ещё за угол, ещё и ещё, как вышел на одну из мрачных серых улиц. Та была полной противоположностью радужному Хогсмидскому настроению. Здесь даже небо было не таким голубым, и дорогу солнечному свету преграждали сероватые облака. Наконец, он добрался до пункта назначения, поднялся на первую ступеньку и постучал в определённом ритме в деревянную бордового цвета дверь. Из окна через мгновение выглянула неприятной внешности женщина: с взъерошенными волосами, диким оскалом и сморщенным блеклым  лицом. Щелчок, ещё щелчок и тихий скрип. Дама приоткрыла дверь, высунув в щель свой широко распахнутый глаз:

- А я было думала, что Розье младший и не спустится со своего Олимпа, – она ехидно засмеялась, пропуская молодого человека в свою берлогу, упрятанной в слоях пыли и паутины. – Чайку?

– Да, можно, – не разуваясь и не снимая мантии, Эван прошёл по мерзко скрипучему полу в гостиную и положил свёрсток в жёлтой бумаге на пыльную тумбочку, от чего тотчас поморщился.  Чай он пить не собирался, конечно, да и задерживаться тоже не особо хотелось. Лишь глянул на часы и подошёл к окну. Тучи на улице всё сгущались, трансфигурировать, может? – промелькнула мысль в его голове, как перед окнами мелькнул силуэт, явно принадлежавший девушке. Или парню с длинными волосами. Эван сам ухмыльнулся от собственной глупой мыслью, пронесшейся в его голове, и чуть отдёрнул шторку, чтобы рассмотреть увиденного человека получше. На противоположной стороне в тупике стояли с очередной мелкой сделкой какие-то бродяги, готовые убить за пару золотых. Куда уж без этого? Розье перевёл взгляд на стоящего человека практически рядом с окном. Он сперва подумал, что это какая-то сирота или очередная потерявшая смысл жизни девушка.
- Ох, так вы ко мне с подарком, приятно-приятно, – крехтела на фоне женщина.

- Не приходить же к старым знакомым с пустыми руками, не гоже… – бросил Эван, как тут же оступился. Девушка с копной тёмных волос на миг вышла из тени, но за этот миг он успел рассмотреть как её лицо, так и написанный на нём страх и даже некое отчаяние. Не здешняя что ли?

- Что же это ты не присядешь даже, бегаешь всё везде, высматриваешь что-то, окаянный, спешишь куда? – Отвлекла его от раздумий хозяйка сей берлоги, как парень заметил, что как раз эта парочка сделочников уже собираются расходиться по своим трущобам и медленным шагом идут в сторону девушки. Тут не нужно быть провидцем, чтобы понимать, как закончится такая история. Геройствовать да тратить ещё время, конечно, тоже не хотелось. Всё же, она ему никем не приходилась, хотя и в списке грязнокровок не мелькала. Но что-то кричало внутри, что не по-джентельменски будет оставлять даму в беде. Одним словом, интуиция взяла над ним вверх.

- Да, боюсь, что вынужден вас покинуть, всё-таки дела откладывать не в моём репертуаре.

- Выход найдёшь, – женщина поднесла единственную стоящую на столике чашку чая ко рту и скверно улыбнулась. Она давно выучила, что Розье не отказывается от чашечки чая только лишь ради приличия.

- Благодарю за гостеприимство, – Эван тут же развернулся на своих каблуках, чуть поклонился и поспешил к выходу. Аккуратно открыв дверь, чтобы не спугнуть стоящую неподалёку к нему спиной девушку, он вышел и практически бесшумно подошёл вплотную:

- Ищете приключения в этом мрачном месте? – Прямо над ухом, мягко улыбаясь, в пол голоса спросил Розье, а следом, как девушка резко обернулась, и взглядом кивнул в сторону двух мужчин, вот-вот уже заканчивающих свой спор.

Отредактировано Evan Rosier (2018-06-28 22:43:14)

+2

4

«Еще секунда – и они разойдутся», ― промелькнула в голове Элис отчаянная мысль. И что она будет делать? Или, что еще интереснее, что они могут с ней сделать? Еще в детстве ее научили, что у каждого подобного типа где-нибудь припрятан нож. Вот только в детстве ей это говорили для того лишь, чтобы она никогда не отходила далеко от папы во время прогулок по городу. Маггловскому, кстати, городу. В Хогсмиде же жили одни только волшебники. «Древнейшее и единственное чисто магическое поселение в Британии, основанное Энгистом из Вудкрофта в средние века» - некстати вспомнилась информация из учебника по истории магии. Вовремя же она решила повторить пройденный материал, нечего сказать. Интересно, заинтересуются ли местные опасные типы ее знаниями о гоблинских войнах достаточно сильно, чтобы отпустить ее, не причинив вреда? Едва ли. И если в маггловском квартале с обычным наставленным на нее ножом она еще могла бы что-то сделать, то у всех местных жителей - даже оборванцев, вроде этих - почти наверняка были при себе палочки. Представить себе этих двоих студентами Хогвартса, даже в далеком прошлом, она никак не могла, поэтому основания полагать, что в волшебстве она подкована получше, вполне могли быть. Если они не учились дома. Если они не учились сами по себе. Если они не владели опасными заклятиями. Ряд допущений, которые в данной ситуации лишь запутывали еще сильнее и мешали трезво оценить обстановку. Единственным пригодным для принятия в расчет допущением было единственно верное: «если хотя бы один из них умеет пользоваться каким-нибудь мало-мальски серьезным боевым заклинанием – мне конец».

Хотелось посетовать на то, что подобное волшебство никогда ей не давалось. Хотелось побыстрее убежать в сторону безопасного и теплого замка, оказаться у себя в башне, в резной постели под синим пологом. Проснуться, отдышаться и понять, что это просто дурной сон. Но это был вовсе не сон. Прирасти намертво к стене и просто замерзнуть насмерть в этом дурно пахнущем тупичке – вот все, что могло бы спасти Элис от неприятностей.

«Интересно, можно ли замерзнуть насмерть в такую погоду? Наверное, нет» ― промелькнуло у нее в голове. Природная любознательность почему-то не покидала Элис даже в стрессовой ситуации. Если – если! – она переживет эту ночь и доберется до Хогвартса, то всенепременно вычитает в какой-нибудь полезной книге, какая температура смертельна для человека. Это маленькое обещание, молчаливо данное самой себе, должно было настроить ее на позитивный лад, но на деле только расстроило. Пришла на ум целая библиотека, которую Элис уж никогда не прочитать, если ее убьют за то, что она видела что-то нехорошее. Обидно, ведь она даже толком ничего и не поняла. Да что там – в ее кошельке во внутреннем кармане пальто было столько золотых, сколько эти оборванцы и в жизни своей не видели…

Предложить им свой кошелек в обмен на возможность уйти? Элис была, конечно, неопытной, но не такой уж глупой. Что заставит их выполнять обещания, данные какой-то школьнице? Все желания убежать и оказаться в безопасности отступили, оставив место единственному – иррациональному, неуместному, но доступному. Заплакать. Если не убьют – так сделают что похуже… Матушка четвертует ее за подобное. Если над Элис и правда совершат какие-нибудь непристойности, лучше будет пойти и броситься в Черное озеро, чем вернуться и надеяться на снисхождение. Такого удара по семейной чести Селвины определенно не переживут.

Элис хотела было уже потянуться в карман за кошельком и со слезами молить о пощаде, но тут ее заледеневшее ушко тронуло чужое теплое дыхание:

- Ищете приключения в этом мрачном месте?

Как она умудрилась так зазеваться и подпустить кого-то настолько близко? Резко обернувшись от испуга, Элис в ужасе распахнула глаза. Какой дурак, кроме нее, стал бы без дела шататься вечером в подобном месте? Смекнув, что ни в карман, ни под пальто ей еще не полезли, она долю секунды внимательно разглядывала незнакомца. Явно не собирается ее грабить – слишком прилично одет, мать даже сказала бы, со вкусом. Просьбы оставить ее в покое застыли на языке. Лишь через пару мгновений Элис поняла, что ей задали вопрос.

― Нет, ― едва слышно прошептала она, уткнувшись взглядом в свои ботинки. Быстро оглянувшись, она поспешно добавила: ― Тише, они ведь могут услышать.

Она приложила пальчик к губам, чтобы мужчина ни в коем случае не привлек ненужного внимания. Только сейчас она как следует разглядела своего невольного спутника. Выше нее почти на голову, бледный и худощавый. На темных чуть вьющихся волосах серебрились влажные капли, будто он только что вышел на холод из тепла родного дома. Не мужчина даже, молодой человек. Симпатичный молодой человек, как подсказывало ей нечто внутри. Одно лишь пугало ее – хоть он и мягко улыбался ей, глаза его оставались холодно-безразличными.

― Я заблудилась, ― призналась она тем же шепотом, и почему-то почувствовала острую необходимость оправдаться в своей глупости. ― Хотелось прогуляться подальше от… толпы.

И снова глупость. На улице уже почти стемнело, все давно разошлись по домам. Толпы народу на центральных улочках уже не было. И почему она такая никудышная врушка? Другие девчонки бы легко сделали вид, что все так, как надо... или хотя бы придумали бы красивое оправдание, не оставляющее вопросов.

― Просто хотела получше осмотреться… и не заметила, что уже темно. ― Элис секунду потупилась. ― Я из школы.

Прикусив губу, она снова отпустила голову и спрятала взгляд. И зачем она сказала о школе? Это, конечно, правда, и ее всегда учили никогда не обманывать взрослых… Да и с виду любому стало бы ясно, что она совсем юная. Но почему-то очень хотелось, чтобы ее спутник подумал, что она не настолько… маленькая.

+1

5

Стоявший с нахмуренными изначально бровями Эван, лишь услышав глухое Тише, они ведь могут услышать. , тотчас хмыкнул. Было бы странно, конечно, услышать «давайте громче, чтобы нас приметили, устроим скандал, будем заливаться истеричным смехом, чтобы потом устроить техасскую резню». Но его мягкую улыбку вызвала не столько фраза, сколько последовавший после неё жест. Что-то видел он в этом такое робкое и по-детски забавное. Эван смотрел сверху вниз на розоватые губы девушки, следом он перевёл взгляд на её румянец, а после посмотрел прямо в её глаза. Такие светлые, выразительные глаза, которые словно от смущения опустились и принялись смотреть куда-то в пол. Хотя он даже не рассматривал её пристально, детально и нагло. Так, лишь бросал кроткие взгляды, чтобы использовать свои познания в дедукции и понять, кто перед ним стоит. Сейчас он больше воспринимал девушку скорее как объект, попавший в не очень удачное положение.

― Я заблудилась, хотелось прогуляться подальше от… толпы. Просто хотела получше осмотреться… и не заметила, что уже темно. – Эван вопросительно приподнял свои брови, собираясь поинтересоваться откуда она, как  та словно прочитала его мысли:

- Я из школы. – Розье тут же расплылся в улыбке. Ну надо же, только вспоминал это чёртово местечко.

- Хогвартс, выходит, – он вновь посмотрел прямо в глаза, вздёрнув подбородок и ели сдерживая желание расплыться в улыбке и залиться смехом. Всё-таки нахлынувшие воспоминания о том, как будучи третьекурсником, он сорвался участвовать в битве едой, в которой получил пару раз сливочным кремом и ложечкой тыквенного пюре в лицо, веселили его в глубине своей души. В тот вечер он напрочь забыл о манерах, за что получил огромное длинное письмо от его отца. Оно пахло анисом, что напоминало о матери. Чувство радости медленно начало угасать. Теперь не нужно было и сдерживать себя, чтобы не рассмеяться как ненормальный.

Послышался шорох ботинок справа, который сумел вернуть его в реальность, -кхм, - откашлялся Эван, - позволите вас проводить? Думаю, малоприятно будет, если вы невзначай попадёте в неприятности.

Отредактировано Evan Rosier (2018-06-28 22:43:39)

0

6

Смущенно переминаясь с ноги на ногу, Элис ощущала себя полной идиоткой. Что бы, интересно, сказали на это ее школьные подружки или, того хуже, матушка? Энн, известная сердцеедка, наверняка бы поругала ее за робость и велела бы держать спину прямо, а нос – по ветру. Линора, известная хохотушка, проинструктировала бы, как призывно смеяться, поднимая мужскую самооценку смехом и весельем. Матушка бы стукнула ее по спине, сообщая, что с такой горбушкой ей место среди старых горгулий, а не в обществе милых молодых людей, и была бы крайне недовольна, что дочь вовсе не умеет пользоваться такими славными возможностями для знакомства.

И зачем она ляпнула о школе? Можно было бы притвориться местной жительницей, которая просто выглядит чуть моложе своих лет. Теперь он станет считать ее маленькой глупой девочкой, которая не может запомнить, откуда только что пришла. Конечно, он ей никто, и они едва ли увидятся после этого недоразумения, но почему-то Элис было безумно обидно, что он может подумать о ней дурно. А уж то, что он имеет повод так подумать, было обидно вдвойне.

― Хогвартс, выходит.

― Да, сэр, ― чересчур вежливо ответила она и тут же поспешила усугубить свое положение очередной маленькой глупостью: ― Но я на последнем курсе. Мне будет восемнадцать… через четыре месяца.

Этот вечер точно был «не ее». Разве что ее комедийным бенефисом. И почему выражение «провалиться сквозь землю» - всего лишь фигура речи, а не вполне реальная возможность? И почему она не стала учиться аппарированию после первых неудачных попыток, от которых кружилась голова? Но помощь Элис и правда требовалась, так что отвергать компанию было бы еще глупее.

― Позволите вас проводить? Думаю, малоприятно будет, если вы невзначай попадёте в неприятности.

«Очевидно, он неплохо воспитан, раз еще не махнул на меня рукой и не пошел своей дорогой», ― пронеслось у нее в голове. ― «Лучше не отказываться».

Интересно, он собирается проводить ее всего лишь до главной площади, откуда она и сама без проблем доберется до школы? Или все-таки до самых ворот? Казалось бы, воспитание диктует провожать даму до двери, тем более в вечернее время, но все-таки… Может, лучше спросить?

― Прямо до школы, сэр? ― робко спросила Элис, впервые за вечер порадовавшись своей смекалке. Такая формулировка вопроса не оставит культурному джентльмену вариантов. А если все-таки и оставит, то Элис легко через пару минут о нем забудет, как о типичном неотесанном болване. ― Не то, чтобы я не помню, как дойти… Кажется, я пришла оттуда, ― она махнула рукой в сторону узкого темного проулка, но тут же повернула голову и увидела еще три таких же, расходящихся в разные стороны, ― или отсюда…

Растерянно оглядевшись, Элис вновь ощутила себя маленькой девочкой, потерявшей папу среди стеллажей в большом магазине игрушек.

― Я буду рада, если вы… ― она хотела было сказать «знаете дорогу», но это было бы уж слишком явным признанием своего поражения. ― Если вам не сложно.

В конце концов, до школы не меньше часа ходьбы, и Элис успеет реабилитироваться, если у него вообще появится желание с ней разговаривать. А ей хотелось, чтобы такое желание появилось.

+1

7

Эван с интересом наблюдал за поведением девушки: растерянный вид, смущённый взгляд, пылающие щёки. Он из интереса начал даже проводить анализ, сравнивая её со своими хорошо и малознакомыми сверстницами. И по итогу пришёл к выводу, что никого похожего на стоящую напротив девушку он всё-таки не встречал.

Розье уже было подумал, что заставляет её чувствовать некомфортно в его присутствии, но быстро отогнал эту дурную мысли, услышав:

― Прямо до школы, сэр? ― Парень даже немного не ожидал такой вежливости и одновременно доверчивости от неё. Может, он всё же  поспешил со своими предположения относительно неё? Впрочем, книгу по обложке же не судят. Вспомнить только, сколько людей он обманул одной своей вежливостью. Хотя, они сами обманываться были рады, следовательно, не его это проблемы.

- Не то, чтобы я не помню, как дойти… кажется, я пришла оттуда… или отсюда. – Молча наблюдая за её взмахами рук и поворотами головы в разные стороны, он ухмыльнулся, от чего на щеке появилась заметная ямочка, делая его образ более доброжелательным. А то стоит такой важный и серьёзный, манерами разбрасывается.

Его даже немного забавило то, насколько она была растерянной в этот момент. Мерлинова борода, сейчас она была словно маленький ребёнок, что больше умиляло, чем раздражало:

― Я буду рада, если вы… Если вам не сложно. – Розье сию минуту кивнул и было хотел предложить девушке трансгрессировать, как по необъяснимой для себя причине отказался от этой затеи. Он, конечно, тут же начал оправдывался перед самим собой мол А вдруг ей после трансгрессии станет плохо? Затошнит, голова закружится?, хотя всё было куда проще: Эвану просто хотелось побыть в её компании ещё хоть немного. А потому он лишь жестом указал на самый крайний переулок, пропуская даму вперёд:

- Розье, – невзначай бросил молодой человек, как тут же добавил, - Эван Розье. – Представление вышло как у Джеймса Бонда, хотя чем он был хуже? - А к Вам как обращаться? – всё-таки путь предстоял не короткий, и как надеялся Розье, разговор будет не в два слова и тонны стеснений, он заверял самого себя, что надежда должна умереть последней, и что идущая рядом с ним намного интереснее, чем он может себе представить.

- На каком факультете учитесь? - Он глянул  прямо в глаза девушке, ожидая, что сейчас она произнесёт какой-нибудь "Хаффлпафф" и все карты лягут на место. Оправдается её наивность и искренность. Станет пресно и скучно. Впрочем, с другой стороны, почему сразу Хаффлпафф? Может, она из умных рядов, что засидают в библиотеках сутками на пролёт? Да и вообще, главный вопрос заключался в другом: почему она здесь одна? Не уже ли не было желающих составить ей компанию? Или быть может были, но она просто-напросто затеряла их в толпе. Или просто договорилась с ними встретиться в какой-нибудь уютной кафешке, но свернула не туда.

Розье глянул по сторонам, минуя двух бродяг, как будто бы искал хоть ещё одну живую душу, как наткнулся на осуждающий старческий взгляд в окне, мгновенно исчезнувший за серовато-синими шторками. Как же тебе здесь одиноко, Морра. Он знал, что ничем не сможет помочь этой пожилой женщине, кроме как разбавить её серые будни очередным конвертом с приятным подароком от пожирателя смерти.

Отредактировано Evan Rosier (2018-06-28 22:58:59)

+1

8

Элис жевала нижнюю губу, ожидая ответа. Станет ли он провожать ее до школы? Ей не хотелось отвлекать кого-либо от дел или отнимать время на глупости. Конечно, ей хотелось услышать положительный ответ. Она уверяла себя в том, что хочет этого только из страха, ведь путь до школы не такой уж короткий, а вокруг уже темно. Но в глубине души ей было приятно, что кто-то обратил на нее внимание. Интересно, из-за чего? Обычная вежливость? Поступил бы он точно так же, будь она горбатой и неприглядной?

Машинально пригладив волосы, она впервые задумалась о том, что стоило бы одеться понаряднее. Что бы сказала матушка, увидев ее с растрепанными и заснеженными волосами в старом пальто в обществе молодого человека? С другой стороны, Элис ведь не ожидала, что во время вечерней прогулки встретит кого-то столь приятного. В Хогвартсе, по крайней мере, никого хоть сколько-нибудь приятного она не видела. Парочка Блэков, которыми все каникулы забивала ей голову мать, несколько парней с Рейвенкло, которые молились на свои метлы и думали неправильными местами… словом, никого мало-мальски приличного.

Повнимательнее вглядевшись, Элис подумала, что он должен быть ненамного старше нее самой. От силы лет пять, если рассудить здраво. Она могла даже видеть его в школе… Но на ум почему-то ничего не приходило. Это и неудивительно, старшекурсники никогда не горели желанием общаться с малышней. Хотя сама она, пожалуй, могла бы и приметить такого миловидного человека, даже будучи совсем ребенком. Но мать говорила, что парни расцветают позже, и множество ее однокурсников стали красавцами уже ближе к тридцати… Возможно, в школе он и не был таким… заметным.

Неуверенно шагнув в предложенном им направлении, Элис постаралась распрямить спину и показаться чуть увереннее. Нарочно шагая как можно медленнее, чтобы не слишком оторваться от своего невольного кавалера, она краем глаза наблюдала за ним, убеждаясь, что он не собирается исчезнуть где-нибудь в темных проулках. Казалось, что, несмотря на весь его внешний лоск, тьма – его стихия. Темные волосы, темная одежда… Раствориться в подобном месте для него было бы проще простого.

— Розье, Эван Розье.

Элис украдкой улыбнулась, убедившись, что он едва ли это заметит. Мать достаточно часто муштровала ее на предмет знания родословных чистокровных магов. Такого провожатого она бы уж точно одобрила.

— А к Вам как обращаться?

Она незаметно приосанилась, впервые гордясь тем, что родилась в чисто волшебной семье. Раньше она, несмотря на все усилия матери, не придавала особого значения чьему бы то ни было происхождению, но если теперь фамилия могла дать ей пару очков… значит, это и правда было преимущество.

— Элис, с долгим ударением на «и». Это папа придумал. Мистер Селвин из департамента происшествий и катастроф. Может, вы слышали о таком. — Элис была довольна своим ответом. С одной стороны, она дала молодому человеку понять, что принадлежит к правильной семье, а с другой – сделала вид, будто проронила это невзначай. — И мой старший брат работает там же. Стажируется в штабе обливиаторов.

— На каком факультете учитесь?

Ответить прямо, конечно, было бы проще всего, но ее настроение вдруг подсказало, что более игривый ответ вселит в нее побольше уверенности. Стоило пойти ва-банк и использовать все способы заинтересовать спутника в разговоре. Если ничего не выйдет - они просто никогда больше не увидятся. Если же что-то получится... Элис на секунду зажмурилась от смущающих мыслей.

— Если я с Гриффиндора, вы решите, что я нарочно пришла сюда искать приключений, как все гриффиндорцы, и постоянно попадаю в подобные ситуации. Если я назову Хаффлпафф, то вы подумаете, что я обычная недальновидная глупышка, проводящая все свое время в теплицах. Слизерин – значит, я одна из тех изворотливых стервозных дамочек, которая всенепременно заранее запланировала свое спасение и теперь воспользуется ситуацией себе на пользу. Рейвенкло – стало быть, я провожу дни в библиотеке и мечтаю перевернуть мир научными открытиями в области швыряния боевыми заклятиями в домашние тапочки. Так какой ответ нравится вам больше, Эван?

Обернувшись, она увидела, что эффект достигнут. В конце концов, не только ей ведь быть потерянной и слегка дезориентированной этим вечером.

— А возможно, — добавила после небольшой паузы она, — я просто специализируюсь на смущении малознакомых людей и помещении их в двусмысленные положения. А что насчет вас?

+1

9

— Элис, с долгим ударением на «и». Это папа придумал. Мистер Селвин из департамента происшествий и катастроф. Может, вы слышали о таком. И мой старший брат работает там же. Стажируется в штабе обливиаторов. – Эван, глядя перед собой куда-то в пустоту, пару раз повторил про себя медленно и протяжно её имя, от чего у него даже немного приоткрылся рот. Всего на мгновение, после чего он вновь вернул всё своё внимание к юной спутнице. В особенности, он выделял её манеру общения, которая ну никак не вязалась с произведённым на него первым впечатлением. Ему становилось всё интереснее и интереснее. Где-то на подсознательном уровне в игру, словно разъяренный бык, уже был готов ворваться и азарт. Впрочем, спешить не хотелось. Ведь после азарта всегда следует либо тоска, либо повторная доза.

- Мистер Селвин? – С лёгкой ноткой удивления, переспросил мужчина, - конечно, слышал. Наши отделы находятся в одном корпусе, – Эван с ухмылкой на лице, быстро закивал головой, припоминая высокого мужчину и стоящую рядом с ним леди – иначе не выразиться, – к слову, только сейчас вспомнил, кого вы мне напоминаете. Ещё в прошлом году довелось познакомиться с миссис Селвин. Не сказал бы, что ваши характеры и манера общения похожи… – Эван тут же запнулся на полуслове,  сообразив, что сейчас он может сказать лишнего и ненароком задеть чужие чувства. Всё-таки ему уже доводилось получать локтём в бок за свои неосторожные высказывания от давней знакомой. Та была чересчур обидчива ещё с детства. Маленький Эван, помнится, однажды в шутку запульнул в неё большим снежным комом и попал ей прямо за шиворот. Забавно вспоминать, какой в тот вечер был скандал. «Нельзя обижать девочек!», «как ты позволяешь себя вести на приёме?» и ещё одна тысяча нотаций, пока младший Розье стоял, глядел в пол, ели сдерживая пронзительный смех, - ваша внешность такая же выразительная как у вашей матери. – Он глянул Элис прямо в глаза и мягко улыбнулся, молясь, чтобы она обратила своё внимание больше на вторую часть предложения, не же ли на первую, - надо сказать, вам очень повезло родиться в такой хорошей чистокровной семье. – Эван вздёрнул подбородок, словно говорил с такой гордостью о себе, а не о ней. Удачное совпадение.

Но что говорить о семье, в которой в принципе не выбирают где родиться. Это лишь естественный отбор. Вот ответ, последовавший на вопрос «На каком факультете учитесь?» заинтересовал его куда больше, чем всё произнесённое до. Ему нравилось, что она перестала его стесняться и избегать с ним встреч взглядами, хотя он видел в этом больше искренности, чем надоедливости.

Сейчас же Элис выражалась так умело и хитро, словно заранее знала об их встрече и уже успела приготовить искусный ответ на черновичке, на бумажке. Он даже мысленно приписал ей огромный плюс к смекалке, когда она спросила Так какой ответ нравится вам больше, Эван? И он ничего не ответил, давая ей возможность порадоваться тому, как незаметно для него самого она сумела загнать его в ступор. Всё что оставалось Розье – это лишь приподнять брови, а после хитро улыбнуться, несколько прищурив свои голубые глаза. Змеиная порода – пронеслось у него в голове, - или из стаи воронов.

В воздухе повисла небольшая пауза, которую нарушить первой осмелилась всё же девушка:

— А возможно я просто специализируюсь на смущении малознакомых людей и помещении их в двусмысленные положения. А что насчет вас? – В голове началась битва противоречий. Двусмысленные – не то слово. Он на секунду остановился и было хотел спросить «Мы с вами точно нигде не встречались?», как тотчас успел сам себе ответить на вопрос, мотнул головой, тем самым стряхивая хлопья снега с его тёмной макушки, и вновь сравнял свой шаг со своей спутницей:

- По правде говоря, я думаю, рассказывать о себе – скучное занятие. Даже немного утомляющее, – Эван пожал плечами, вспоминая сколько раз уже ему доводилось представлять свою минибиографию заинтересовавшимся им персонам, - куда более любопытнее узнавать человека обрывками. Даже не столько из его уст, сколько глядя на его поступки, слова, деятельность, – сейчас Эван совершенно не собирался говорить что-то остроумное и производить какое-либо фееричное впечатление. Хотя он, конечно, хотел бы увидеть Элис ещё разок, может, даже пригласить выпить по чашечке чая или кофе или посетить какое-нибудь мудреное мероприятие.

0

10

Элис почувствовала себя раскованнее и свободнее от выбранной манеры разговора. Небо окончательно потемнело, скрывая ее то и дело краснеющие от непривычного поведения щеки, что было ей на руку. Не хватало еще, чтобы он понял, что она изо всех сил старается не попасть впросак и не ляпнуть что-то неуместное. Если уж ляпать – то с уверенностью и решительным взглядом. Пусть лучше думает, что она излишне фамильярна, чем поймет, что у нее при каждом сказанном слове переворачивается все нутро.

А нутро переворачивалось. Возможно, стоило чаще соглашаться на уговоры матери познакомиться с тем или иным юношей. Так Элис хоть приобрела бы какой-то опыт общения с противоположным полом. Для своего возраста она была уж чересчур «застоявшейся». Конечно, ей внушали, что свежесть и невинность – особые козыри юной леди из приличной семьи, но сейчас она бы не отказалась быть одной из своих подружек, которые имели огромный опыт в общении самого разного толка.

- Мистер Селвин? Конечно, слышал. Наши отделы находятся в одном корпусе.

Значит, Министерство магии. Элис мысленно сделала пометку о профессиональной принадлежности Эвана. Хоть какой-то задел для разговора… Хотя, разумеется, выдавать его сразу не стоило. Нужно было дождаться подходящего момента, чтобы вставить свои размышления в разговор как можно удачнее.

— Я не имела чести познакомиться ни с кем из вашей семьи, Эван. Разве что с вашей… кузиной? Нарциссой. Мы успели увидеться еще в школе, а потом у нас появилась общая подруга. И с семьей Блэков, если вы, конечно, знаете их.

— К слову, только сейчас вспомнил, кого вы мне напоминаете. Ещё в прошлом году довелось познакомиться с миссис Селвин. Не сказал бы, что ваши характеры и манера общения похожи…

Элис некрасиво хмыкнула. Еще бы! Мать старалась привить ей свои собственные манеры поведения и разговора, но усилия эти были тщетны. К счастью для Элис. Что больше всего пугало ее в перспективе быстрого замужества по расчету и повторения матушкиной жизни – так это возможность стать ее точной копией. Такой же ледяной, придирчивой и отчужденной. Лучше уж было носиться босиком по саду и совершать глупости, чем раз и навсегда нацепить маску безразличной доброжелательности и быть приложением к кому-то.

— Конечно непохожи. Но если вас ее манеры восхитили – я могу начать поправлять вам галстук и волосы хоть сейчас. — Элис постаралась говорить как можно саркастичнее, но в ее голосе все-таки прозвучала обида. Чувствуя необходимость срочно реабилитироваться, Элис поспешила добавить: — Мы с ней не очень близки. Она слишком часто меня критикует.

- Ваша внешность такая же выразительная как у вашей матери.

— Находите нас похожими? — удивилась Элис и захлопала ресницами. — Говорят, что я пошла характером и лицом в папу. И вам следовало бы познакомиться с моим братом. Мы с ним почти на одно лицо. Правда, о характере того же сказать не могу…

Элис почувствовала, что сказала слишком много о своих прохладных отношениях с семьей. Ей не хотелось спугнуть этим столь приятного спутника, и она поспешила прикусить язык. Не хватало еще провести остаток вечера за рассказами о своих детских комплексах. Она уже подумывала, что хватила лишку, но тут подвернулся повод для более пространного разговора.

- Надо сказать, вам очень повезло родиться в такой хорошей чистокровной семье.

Она задумалась. Сказать ли ему, что на самом деле она чувствует по этому поводу? Или все же не стоит? Нужно было быть осторожной. Все-таки, это не Люпин из библиотеки и не подружки-полукровки из спальни Рейвенкло.

— Вы правда считаете это везением? — осторожно спросила она. — Иногда это помогает, конечно, но… — Элис с трудом подбирала слова. — Разве мы не слишком ограничены в своих желаниях, устремлениях? Можно ли считать привилегией то, что ставит столько условий?

Беспокоясь о том, что ее размышления напугают или вызовут отвращение, Элис обернулась и всмотрелась в его лицо. Следов ужаса перед допущенным ею кощунством она не обнаружила, но, кажется, во взгляде его промелькнуло что-то недоброе. Ляпни она нечто подобное на приеме у Блэков, ее голову могли бы повесить рядом с головами эльфов в прихожей. Причем отрубила бы ее собственная мать. Но здесь и сейчас их было всего двое… И какова же радость быть чистокровной волшебницей, если она и истинные мысли свои высказать наедине с кем-либо при свете звезд не имела права?

Раздумывая о том, куда заведет ее этот разговор, она надеялась, что Эван не слишком негативно отзовется о ее вольнодумстве. Укорив себя за то, что не слишком усердно изучала родословные магов и информации о разных семьях, Элис пообещала, что устранит этот пробел в знаниях. Ее отец был достаточно открытым и терпимым ко всякого рода магам, брат и вовсе не отличался радикальными взглядами, но вот Розье… Как знать, что у него на уме? И не придушит ли Элис ее же собственный спаситель благодаря таким размышлениям?

- По правде говоря, я думаю, рассказывать о себе – скучное занятие. Даже немного утомляющее. Куда более любопытнее узнавать человека обрывками. Даже не столько из его уст, сколько глядя на его поступки, слова, деятельность…

Элис порадовалась, увидев возможность перевести разговор в менее серьезное русло. Раз уж она начала игру, самое время ее продолжить. Что-то легкомысленное могло бы разрядить обстановку и вернуть ей интерес собеседника. А его интерес почему-то казался ей ценным. Одно то, что она, сама того не осознавая, шла самым медленным шагом, давало понять, что ей хочется провести в этой компании побольше времени. Шпили башен Хогвартса успели показаться из-за холмика. Они вдвоем миновали опустевшую главную площадь Хогсмида. Значит, у нее осталось не больше часа, чтобы… Чтобы что? Заставить его захотеть увидеть ее снова?

— Тогда давайте поиграем в угадайку. Я попытаюсь разгадать какие-нибудь факты о вас, а вы обо мне. Так даже интереснее, не находите? Иногда фантазия и воображение работают куда лучше точных знаний и дедуктивного метода.

+1

11

Розье, как настоящий любитель понаблюдать за всем и каждым, всё так же с интересом продолжал изучать идущую рядом персону. Красивая осанка, грамотно подвешен язык. Он и не замечал всех тех усилий, которые предпринимала Элис, дабы не сказануть чего лишнего. Наоборот, она излучала уверенность, чем даже заражала Эвана. От исходившей от неё уверенности, ему становилось только комфортнее рядом с ней.

— Я не имела чести познакомиться ни с кем из вашей семьи, Эван. Разве что с вашей… кузиной? Нарциссой. Мы успели увидеться еще в школе, а потом у нас появилась общая подруга. И с семьей Блэков, если вы, конечно, знаете их. – В этот момент он вдруг ощутил не то чтобы тоску, а даже печаль.

- Цисси, ну, конечно,- проронил мужчина, - с Блэками, к сожалению, знаком только через третьи лица, – он отчаянно пожал плечами, - но прекрасно помню рассказы своей тётушки об их сыновьях. Говорит, замечательные, но слишком разные. – И чтобы не задерживаться долго на разговоре о других в их отсутствии, он ловко подхватил следующую тему, переводя её в шутливую форму:

- Манеры манерами, а от возможности, чтобы мне поправили мой галстук или даже волосы, я бы не отказался, – издав смешок, он даже приподнял свои брови мол ну же, вызов принят, трогайте на здоровье: волосы как и галстук – чистый шёлк.

Мы с ней не очень близки. Она слишком часто меня критикует. – Пополнив свой список «Табу», Эван тактично промолчал, хотя желания узнать причины критики со стороны матери имелось более чем. Ему вообще ни с того, ни  с сего вдруг хотелось разузнать о Элис всё, что только можно. Какой её любимый напиток, где она родилась, что ест на завтрак и загадывает ли желание при виде падающей звезды. В нём словно уснула одна его личность, и проснулась совсем иная – более романтичная.

— Говорят, что я пошла характером и лицом в папу. И вам следовало бы познакомиться с моим братом. Мы с ним почти на одно лицо. Правда, о характере того же сказать не могу…

- Могу сказать одно: возможно, будучи в Министерстве и встретив вашего отца или брата, я и вправду пересмотрю свои взгляды, вспоминая и сравнивая с ними ваше лицо, – выпуская холодный воздух изо рта, он ощутил, как на его щеках выступили красноватые пятна, что мягко щипали его лицо. Признаться, когда он сказал про то, как ей повезло быть Селвин, он и не думал, что она обратит на это внимание. Выходит, немного просчитался, от чего его лицо сделалось серьёзным совершенно не кстати:

- Я думаю, что хорошая семья – это не наша заслуга. Мы не можем, будучи в пелёнках, просто взять и захотеть родиться в семье аристократа, маггла или пожирателя. Впрочем, если поразмыслить, - он убрал со лба сыроватую от снега прядь волос, что так и норовилась проткнуть ему роговицу, – никто не может ограничивать нас, разве нет? Воспитание воспитанием, но дальнейшую дорогу мы выбираем по своей воле. Хотя, бесспорно, - Эван глянул одним глазом на своё предплечье, - некоторые действия необратимы. Но это и чудесно, когда нет повода жалеть о них. Когда остаётся лишь гордость. – Закончив свой краткий монолог, он посмотрел на неё сверху внизу в силу своего роста, дабы убедиться, что не спугнул её своими думами и не слишком нагрузил. Всё же для первой встречи (а на счёт второй он уже был уверен) такие разговоры не всегда кстати. Для знакомства характерно что-то более расслабляющее и непринуждённое, что впрочем и предположила Элис:

— Тогда давайте поиграем в угадайку. Я попытаюсь разгадать какие-нибудь факты о вас, а вы обо мне. Так даже интереснее, не находите? Иногда фантазия и воображение работают куда лучше точных знаний и дедуктивного метода. – Интрига. Вспыхнувший азарт. Розье будто подали оба «блюда» как завтрак в постель. Он глянул вперёд, заметив знакомые очертания Хогвартса.

- Предложение интересное. Что ж, дамы вперёд? – Предлагая начать первой, Эван лишь хотел проверить несколько очередных своих предположений.

+1

12

«Дотронуться или лучше не стоит?» — думала Элис, разглядывая его волосы. Он чем-то напомнил ей спаниеля, который жил у нее в детстве, и его волнистые шелковые ушки, которые она могла гладить часами. После того, как мать взбунтовалась против собачки, которая, по ее словам, только и делала, что таскала грязь по дому, Гавроша пришлось отдать в другую семью. Элис тогда плакала, пожалуй, не меньше недели. Окинув еще раз взглядом своего спутника, она почему-то подумала, что уж он-то проблем с грязью не доставит: идеальный порядок в одежде, в речи, в поведении… Правда, и взять его домой, как питомца, было абсолютно невозможно.

— Пожалуй, ваш галстук и так в идеальном порядке, а художественный беспорядок в волосах вас только украшает, — уклончиво заметила она, отлынивая от столь привлекательной возможности потрогать кого-то живого. — Разве что вам не мешало бы обсохнуть. А то скоро станете совсем блондином, — улыбнулась она, глядя на снежную вуаль на его волосах.

Разговаривать с ним было практически приятно, если не считать легкого смущения и боязни обронить что-то не то. Элис все больше убеждалась, что Эван не похож ни на кого из тех, кого она когда-либо знала. Ни на легкомысленных и гормонально озабоченных однокурсников, ни на чопорных папочкиных друзей, ни на кавалеров, которых «выписывала» к ним в гости мать. Ни даже на замкнутого и молчаливого брата, который всего-то пару лет назад был для нее практически эталоном.

— Могу сказать одно: возможно, будучи в Министерстве и встретив вашего отца или брата, я и вправду пересмотрю свои взгляды, вспоминая и сравнивая с ними ваше лицо.

Элис мечтательно и чуть заметно улыбнулась. Так что же, значит, он собирается неплохо запомнить ее? Такую серую и неприметную среди школьных красавиц – и вдруг так точно запомнить, чтобы можно было при случае сравнить? Было приятно, мило… но как-то не верилось. Может, он просто пытается сделать ей комплимент? Очередное проявление вежливости и ничего более… Нет, все-таки, первый вариант был куда милее.

— Думаю, сравнение вас не разочарует. Мы с братом всем обязаны папочкиным славным генам. По крайней мере, так говорят, — задумчиво ответила она и поспешно добавила: — Только не ссылайтесь на меня. Вряд ли им понравится… — Элис хотела было сказать «то, что я знакомлюсь с молодыми людьми на улице», но вовремя прикусила язык, — что я общаюсь с кем-то без их ведома.

Вполне разумное объяснение. Причем, не только разумное, но и намекающее на то, что болтать об этом знакомстве в обществе не следует. Все-таки, традиционный уклад семьи и воспитание требовали, чтобы знакомили молодых людей родители или родственники, неплохо знающие их и осведомленные об их взглядах, воспитании и культурном уровне. Увы, случайные знакомства, даже такие удачные, не слишком-то поощрялись. Хотя Элис ничего ужасного в этом не видела. Подумать только, сколько общественных мест, пабов, магазинов и других вариантов существовало в волшебном мире… Но, впрочем, участие родственников тоже было весьма удобным и куда более безопасным вариантом. По крайней мере, можно было быть уверенной, что у твоего кавалера нет жены, ждущей его дома, парочки детей или прорвы долгов. Памятуя о своем дяде, который проиграл в бридж едва ли не все свое наследство, Элис остерегалась малознакомых молодых людей.

Элис так увлеклась размышлениями и то и дело вспыхивающими в душе червоточинами подозрений, что едва не пропустила мимо ушей его ответ на свои мысли о чистокровных семьях и праве их представителей на свободный выбор собственной дороги.

— … некоторые действия необратимы. Но это и чудесно, когда нет повода жалеть о них. Когда остаётся лишь гордость.

Она не до конца поняла, куда он клонит или что имеет в виду, но точно усвоила, что свое происхождение он ставит высоко и ничуть не жалеет о том, что родился в подобной семье. Матушке бы понравилось… Сама Элис же совершенно не разочаровалась бы, будь он хоть полукровкой, хоть и вовсе магглом. Ведь вовсе не происхождение и не кровь влияют на характер человека и ее к нему интерес. Высказывать эту мысль вслух она предусмотрительно не стала, подозревая, что едва ли такая открытость найдет в нем отклик.

Возможность же поиграть в догадки ее порадовала. Всегда интересно разгадывать что-то, что другие люди уже прекрасно знают, а ей только предстоит узнать о другом человеке. Отсутствие каких-либо зацепок могла компенсировать фантазия, пространное мышление… да и банальную проницательность не стоило сбрасывать со счетов. Что бы там ни говорила мать, Элис была неглупой девочкой.

— Предложение интересное. Что ж, дамы вперёд?

— Хорошо. Но, если я угадаю хоть что-то, вы ответите на один мой вопрос. Идет?

Элис задумалась. Опрятен и хорошо одет – значит, не бедствует. Фамилия намекает на иностранное происхождение, но почему-то еще в тридцатых годах значилась в британском списке чистокровных семейств. Бросив быстрый взгляд на не спрятанную в кармане или под пальто левую руку, она вздохнула чуть свободнее. Похоже, не женат… Что странно для его возраста. Кстати, какого возраста? Одежда, обувь и серьезность во взгляде заставляли ее склоняться в сторону «ближе к тридцати», но юношеский полупрозрачный пушок на щеках и милые ямочки выдавали в нем человека ненамного старшее нее самой. Значит, старается выглядеть старше? Но для чего? И что, кстати, привело его вечером в такое неприятное местечко? Какие же из этих догадок следовало выдать в первую очередь, а о каких умолчать вовсе?

— Вы из… благополучной семьи. — Элис намеренно опустила слова вроде «небедной», чтобы ненароком не показаться меркантильной. — Ваша фамилия намекает на иностранное происхождение, но, насколько я знаю из книжек, ваша семья уже давно перебралась на Альбион. На вид вам около… двадцати пяти? Кажется, да. Но благодаря опрятной одежде и манерам вы выглядите старше, чем есть на самом деле. — Элис повнимательнее присмотрелась к его рукам. Бледные кисти явно не привыкли к черновой работе. — Работаете с бумагами или официальными лицами, наверное. Ваши руки не похожи на руки рядового рабочего человека. И на торгаша вы не похожи… Не могу представить вас за прилавком. Впрочем, работа с бумагами – тоже сомнительно. На белоснежных манжетах всегда остаются следы чернил. Вы или очень аккуратны, или не так часто пользуетесь писчими принадлежностями. Раз вы сказали, что виделись с моим papa на работе, то, стало быть, служите в министерстве. Не берусь угадать департамент, но это определенно не связи с магглами. Вы не похожи на человека открытых взглядов.

Задумавшись, не переборщила ли она с последней догадкой, Элис едва не споткнулась о незаметный в темноте камушек. Едва слышно чертыхнувшись, она про себя поругала в очередной раз свою неуклюжесть. Даже с провожатым она не может добраться до школы без происшествий. Интересно, не хватились ли ее? Будет неприятно, если ей навстречу выслали парочку учителей или старост, которые могли бы заметить ее в компании незнакомого человека и написать об этом родителям.

+1

13

Разве что вам не мешало бы обсохнуть. А то скоро станете совсем блондином, — Эван так по-детски тряхнул своей головой, что немного мокрые волосы разлетались в разные стороны. Следом, одним движением руки он попытался пригладить и даже зачесать свои чёрные пряди назад, но те в знак протеста полезли обратно. Прямо как в рекламе дорогого шампуня. Не хватало только яркого солнца, прищуренного взгляда и томного голоса на фоне «Мой успех - Хэд энд Шолдерс».

Прежде чем снова спрятать свою руку в карман тёплого пальто, он на секунду задержал свой взгляд на часах, что достались ему в наследство от дедушки по маминой линии. Классические, с тёмно-коричневым ремешком из змеиной кожи. Но на время Розье даже не обратил внимание. Так, лишь прикинул в своей голове пару отговорок, почему он задержался в Хогсмиде, вернее, в его окрестностях. Впрочем, чтобы он не сказал, этому всё равно просто не предадут должного внимания. Ведь главное, не время, а умение им пользоваться.

— Только не ссылайтесь на меня. Вряд ли им понравится, что я общаюсь с кем-то без их ведома. – Эван забавно хмыкнул:

- Как пожелаете, – была бы шляпа, для пущей убедительности, он бы приподнял её над головой, как это при каждом удобном моменте делает его коллега из Министерства. Шляпа. Он вновь задумался о Хогвартсе, о факультетах, о ней. Нет, она явно не из Рейвенкло, от такого вывода мужчина довольно улыбнулся, приписывая Элис ещё пару плюсов. А проверяя, заметила ли она его беспричинную, как может показаться с первого взгляда, улыбку, он успел позабыть о главном зимнем правиле - «смотри под ноги» и малёк проехался на невидимом сноуборде по льду. Но всё это произошло так быстро, что со стороны показалось будто ему просто что-то не понравилось и он поднял невысоко свои руки, чтобы выразить некое недовольство, сопроводив всё это тихим - твою ж… Тут его улыбка стала ещё шире. Вроде не заметила, Мерлин, проклятый лёд.

— Хорошо. Но, если я угадаю хоть что-то, вы ответите на один мой вопрос. Идет? – Теперь он, наконец, поймал её взгляд и сделал пару кивков головой. Эван посерьёзничал, выпрямился, одним словом, вновь вернулся в свою прежнюю аристократскую оболочку.

— Вы из… благополучной семьи, - кивок. Слишком легко.

- Ваша фамилия намекает на иностранное происхождение, но, насколько я знаю из книжек, ваша семья уже давно перебралась на Альбион. На вид вам около… двадцати пяти? Кажется, да. Но благодаря опрятной одежде и манерам вы выглядите старше, чем есть на самом деле.А это было неплохо.

- Работаете с бумагами или официальными лицами, наверное. Ваши руки не похожи на руки рядового рабочего человека. И на торгаша вы не похожи… Не могу представить вас за прилавком. Впрочем, работа с бумагами – тоже сомнительно. На белоснежных манжетах всегда остаются следы чернил. Вы или очень аккуратны, или не так часто пользуетесь писчими принадлежностями. Раз вы сказали, что виделись с моим papa на работе, то, стало быть, служите в министерстве. Не берусь угадать департамент, но это определенно не связи с магглами. Вы не похожи на человека открытых взглядов. – А на этом моменте Эван чуток застыл в своих эмоциях. Может, она всё-таки меня уже видела раньше?

- Я скажу честно: я даже немного впечатлён, - он пожал плечами и опустил свои глаза то ли от испытываемого чувства, то ли из-за того, что он шёл по скользкой тропе и понимал: всё-таки приземлиться на свою пятую точку перед дамой было последним делом, которое он хотел бы воплотить в жизни, - думаю, по моей фамилии можно сказать многое о моей семье, в частности, и о моём отце, и о моей матери, - он закусил нижнюю губу, всё так же не поднимая своих глаз, - но говоря о себе, – брови приподнялись, - я старше вас всего на 4 года и о, да, вы правы. Я работаю с департаменте правопорядка, с документацией, – заинтересованный взгляд вернулся обратно на интересующую его рядом персону, - что ж, ты… - Эван сделал секундную паузу, – вы хотели что-то спросить? Обещаю быть предельно честным. – Ожидая какой-нибудь вопрос с подвохом или даже намёком, как это любят делать девушки, он медленно скользил по Элис своим откровенным взглядом и прикидывал в голове пару мыслей о том, что за личность перед ним.

+1

14

— Я скажу честно: я даже немного впечатлён.

Элис довольно ухмыльнулась, что было ей совершенно несвойственно. Самодовольство не было ее типичной чертой, хотя, возможно, лишь из-за того, что она не так уж часто высказывала вслух какие бы то ни было суждения, за которые могли похвалить. Обычно при любой попытке что-то сказать она получала гневные «не перебивай взрослых». Сейчас же ее почему-то никто не торопился останавливать или укорять за догадки. Очевидно, долгие годы молчаливых наблюдений тоже сыграли свою роль: хотя бы что-то она сумела определить навскидку. Может, ей задуматься о карьере в детективной сфере? Несколько лет назад Элис читала несколько книг о назойливой, но очень прозорливой старушке, которая при помощи удачных догадок и наблюдательности распутывала крайне интересные дела. Конечно, рановато было предполагать, что у самой Элис открылись прежде невиданные дедуктивные способности, да и старость свою она надеялась провести несколько иначе, но мысль даже о маленькой победе была крайне приятной. Наблюдая за тем, как он осторожно ступает, Элис внимательно вслушивалась в его слова, надеясь найти в них ответы на роящиеся у нее в голове вопросы.

— Думаю, по моей фамилии можно сказать многое о моей семье, в частности, и о моём отце, и о моей матери, но говоря о себе…

Она старательно придала своему личику как можно более заинтересованное выражение, делая вид, что не заметила небольшой заминки после упоминания матери. Неужто и у него какие-то нелады в семье? Или его матушка тоже ругает его каждый раз, когда он слишком сильно сутулится? Представить такое было сложно, но спрашивать о личном первого встречного было бы крайне невежливо, даже если разговаривать с этим встречным было легко и довольно приятно.

— Я старше вас всего на 4 года…

Ее глаза округлились. Значит, он закончил Хогвартс… в каком же году? Семьдесят четвертый, пожалуй. Стало быть, они и правда проучились вместе не меньше трех лет. Как же вышло, что она совсем его не помнит? Хотя, если вдуматься, это не так уж и удивительно. Сложно узнать множество людей с других факультетов, если все нерабочее время проводишь у себя в спальне. Она, наверное, и весь свой курс поименно перечислить не смогла бы. Будь Элис в одиночестве, она бы с удовольствием придалась размышлениям о парадоксальности ситуации и нелепости своего добровольного затворничества. Но она была не одна, посему занимательное самокопание пришлось отложить на вечер. Хотя… Что-то подсказывало ей, что к тому времени, как она доберется до постели, голову займут совершенно другие мысли. Но спросить, как же вышло, что никто из них двоих друг друга не помнит, все-таки хотелось.

— Всего на четыре? — удивленно произнесла она. — Значит, вы закончили в семьдесят четвертом? Я поступила в семьдесят первом. Почему я вас совсем не помню? — Элис немного замялась и смущенно добавила: — Это не тот вопрос, который я выиграла, если что.

А вот слова о департаменте правопорядка ее по-настоящему заинтересовали. Возможно, если аккуратно расспросить дядю, который по счастливой случайности был главой этого самого департамента, можно будет узнать побольше об этом молодом человеке. Хотя упоминать дядю на первых порах, конечно, не стоило. Кто же выкладывает все козыри разом? Пусть источник информации останется для Эвана тайной. Хотя бы временно. Не стоило вызывать у него подозрения или неловкость.

— Тогда и впрямь удивительно, что у вас такие чистые рукава, — уклончиво ответила она. — Мне кажется, сидеть целыми днями среди бумаг довольно скучно, а скука – это, опять же, как мне кажется, не совсем ваше. Я бы скорее представила вас в какой-то более динамичной роли.

Едва не увлекшись своими фантазиями о таком вот приятном молодом человеке в аврорской мантии или какой-то еще романтизированной роли, Элис едва не пропустила то, чего так ждала.

— Вы хотели что-то спросить? Обещаю быть предельно честным.

Она сделала вид, что не замечает случайно вырвавшегося у него «ты». Элис было радостно от такого легкого сближения с кем-либо, но форсировать события все-таки не стоило. Прямой отказ от перехода на «ты» мог бы охладить или даже обидеть его. А в том, что она просто не услышала или не до конца расслышала отрывок фразы, ничего дурного нет.

Вот он, один единственный шанс задать интересующий ее вопрос. Но какой? Точнее, какой из тех вопросов, которые с азартом маленьких пчел зажужжали в ее голове? Женат ли он? Нет, такой вопрос слишком явно покажет ее интерес, да и ответ на него можно было найти самой, не теряя шанса узнать что-то более интересное и важное. Нужно было найти что-то еще… В голове вертелись какие-то глупости, вроде «нравится ли ему ее компания», «не слишком ли она его задерживает»… Все было не то. Потирая виски, Элис пыталась отыскать достойный вопрос, который одновременно был бы и корректным, и не слишком личным, и интересным. Чуть было не отчаявшись, она замедлила шаг и вспомнила кое-что важное.

— Что вы делали в том проулке? Вы не похожи на постоянного гостя подобных… трущоб. — Найти удачное определение тому району Хогсмида, где они неожиданно встретились, оказалось не так-то просто. — У вас вахта по спасению нетронутых дев, бродящих в опасных местах?

Прищурив глаза, Элис выгнула бровь и хитро улыбнулась. Интересно, станет ли он лгать и выкручиваться или сдержит слово и ответит по-настоящему честно?

+1

15

Стоило ему упомянуть о своём возрасте, как глаза Элис выразительно округлились, что не могло не вызвать улыбку. Такое ощущение, будто Эван уже рассказал ей о том, что он пожиратель смерти и на его счету десятки убийств, а не о том, что глянь, детка, мне уже 22 года. Хотя… если бы он сообщил о своей тёмной стороне, её след уже бы тотчас простыл. Если бы он, конечно, позволил ему так просто испариться.

— Всего на четыре? — Эван одобрительно кивнул, всё так же не в силах сдержать улыбку. — Значит, вы закончили в семьдесят четвертом? Я поступила в семьдесят первом. Почему я вас совсем не помню? – Он принялся вспоминать то, чем занимался с четвёртого по седьмой курс. На четвёртом, помнится, ему ударил ветер в голову, и он желал всего и сразу. Но больше циклился на внимании своего отца. Боялся его подвести, ждал вечного одобрения и всячески гордился любой похвалой от старшего Розье в свой адрес. Пятый курс провёл беспечно. Появились новые знакомства, новая компания, сверху давила учёба. На шестом и седьмом курсе он ели вылезал на занятия, но зато с какой охотой мчался то за книгами, то на какую-нибудь ночную вылазку. Хорошо запомнилось на последнем курсе, полученное от отца приглашение в поместье Розье, где его ждала «коронация» тёмной меткой.

- Думаю, в то время мы занимались своими делами и мало где вообще могли сталкиваться. Хотя, может, вы помните случай в семьдесят третьем, как какие-то мальчишки в зелёных мантиях устроили бойню едой? – Эван вспомнил тот день: бег, крики, громкий смех, слизеринцы и какие-то девчонки с хаффа. Следом большой зал, подножка, и Луис летит прямо на слизеринский стол, окуная своё аристократическое лицо в кофейный пудинг. Недовольный парень вытирает остатки пудинга со своего лица и швыряет его в Эвана, но тот вовремя успевает увернуться и подставить своего друга – Кларка. Кларк же берёт одну из самых сочных куриных ножек и отправляет её в лицо… Габриэль. Кто-то орёт во всё горло ВОЙНУШКА ЕДОЙ и начинается жара. Летит буквально всё, что только находится на столе. Даже капельки сока вперемешку с чаем летают в воздухе. Преподаватели не то, что в шоке, они в панике, но кое-как справляются с безумными детками. И как по итогу, Эван с довольной лыбой, весь перепачканный получает сердитое письмо от отца. Оно того стоило. Розье даже захотелось вернуться обратно, повидаться со всеми. Устроить очередную бойню или какую-нибудь ночную вылазку. Интересно, а может кто стажируется сейчас в Хогвартсе? Или даже лечит, готовит, преподаёт?

Но об этом он предпочёл задуматься позже. Впереди его ждал заветный вопрос:

Что вы делали в том проулке? Вы не похожи на постоянного гостя подобных… трущоб. – Уж по правде говоря, он ждал любого вопроса: про его семью, про его мышление, про его хобби, но никак не про это. Он даже не сразу сообразил, что ответить, но благо у него было всё-таки пару секунд в запасе, которые Элис сама ему подарила, - у вас вахта по спасению нетронутых дев, бродящих в опасных местах?

Словно передразнивая, он также прищурил свои глаза и облизал слегка обветренные губы:
– Вахта по спасению была не запланированной, – и всё же Эван пообещал быть честным, от чего поднял на мгновение свои ладони вверх мол «сдаюсь», - Меня попросили о помощи в одном деле. Доставить одну, – он на секунду задумался, как бы описать содержимое конверта, которое в принципе нельзя описывать при посторонних малознакомых людях, - вещицу для одной пожилой дамы. Она не в состоянии выходить из дома, да и мой отец ей старый давний друг. Почему бы и не помочь хорошему человеку?- Его речь звучала уверено. Он проиграл все сказанные слова у себя в голове ещё раз и убедился, что смог ответить максимально честно, но при этом не сболтнул ничего лишнего. Помочь? Он помог. Доставить? Доставил. Хорошая ли Морра личность? Скорее да, чем нет.

И дабы не получить лишнюю порцию вопросов и уточнений, он сразу добавил:

- Я так полагаю, теперь моя очередь попробовать получить свой вопрос? – Он не знал, что хотел у неё узнать. Не имел ни малейшего понятия, что ему интереснее всего спросить. Он лишь хотел увидеть её ещё разок, – что ж, – его откровенный взгляд прошёлся по Элис с ног до головы. Так пристально, что можно даже было подумать, что он её глазами раздевает, как Розье резко посмотрел на её лицо:

– По началу, я было подумал, что вы либо со Слизерина, либо с Рейвенкло. После пары тем, которые мы успели с вами затронуть, всё-таки думаю, что вы предпочитаете больше разум, чем хитрость. Смею предположить, что так же предпочитаете обществу людей книги, – он изучал её эмоции, как она реагирует на его слова, от чего говорить становилось ещё проще, - из рода Селвин, значит родители, вернее, как я уже понял, матушка вами усердно занимается, может даже уже и женихам вас показывала, – специально отпустив неуместный комментарий, он заглянул в её лазурные глаза, - но вам не сильно это всласть. Могу ошибаться, но вы не из тех, кто ищет. Больше из тех, кто просто верит в судьбу. Верит, что случайно ваше вас обязательно найдёт. – Они уже подошли практически к самому Хогвартсу. На улице уже давно стемнело. Снег всё так же спускался с неба крупными хлопьями. Ветра практически не было.

Отредактировано Evan Rosier (2018-07-02 00:58:33)

+1

16

Ворота школы, сначала такие далекие и расплывчатые, стали отчетливо видны. Ее маленькое приключение подходило к концу, и Элис это по-настоящему печалило. Но, увы, несмотря на наличие волшебной палочки, над временем она была не властна. Хотелось сказать что-то, чтобы использовать возможность пообщаться с кем-то извне по максимуму, но слова на ум не шли. Неприятное чувство, что она узнала достаточно для первого раза, но неизмеримо мало для последнего, давило на подкорку. Когда еще она сможет пообщаться с кем-то, кто не ходит мимо нее каждый день в школе, не с родителями и не с многочисленной родней, которая только и делала, что без конца обсуждала успехи своих отпрысков? На пасхальные каникулы мать заготовила для нее какой-то сюрприз, тайна которого была для Элис практически очевидной – очередной поход в гости к кому-то жеманному и едва знакомому. Но разве на светском приеме она сможет вот так просто поговорить с кем-то, без правильного тона, заученных фраз и жестов? Конечно, нет.

Увидятся ли они с Эваном еще раз? Почему-то в глубине души Элис подозревала, что нет. Да и где они могли бы встретиться? У них нет общей родни, насколько она знала, нет общих знакомых… Столкнувшись на улице, они разве что могут поздороваться, но еще раз просто так проговорить почти целый час уже не удастся. По-детски надув губы от чувства обиды и несправедливости, она с грустью посмотрела на ворота. Школа, о которой она так мечтала в детстве, сейчас показалась ей самым мрачным и печальным местом на свете. Какая радость от всей этой учебы, пусть даже в самом настоящем замке, если невидимый забор вокруг него отделяет ее от всего остального мира, полного интересных мест, событий и… людей? От мыслей о грядущем «заточении» ее отвлек голос спутника:

— Думаю, в то время мы занимались своими делами и мало где вообще могли сталкиваться. Хотя, может, вы помните случай в семьдесят третьем, как какие-то мальчишки в зелёных мантиях устроили бойню едой?

Элис задумалась. Вряд ли она бы пропустила нечто подобное, если только… Конечно. Если только она не сидела в библиотеке, оберегая себя от соблазна вдоволь покушать и поправиться. Чертова библиотека. Жаль, что с ее помощью нельзя пропускать все эти «ярмарки невест»… Как было бы славно: «матушка, я засиделась за книжкой и забыла пойти ко всем этим скучным и чопорным тетушкам и их заносчивым сыночкам»

— Боюсь, что нет. Я не слишком часто… — Элис запнулась. Сказать «не слишком часто ем» было бы слишком прямым признанием проблемы с питанием. — Не слишком часто посещаю Большой зал. Не люблю больших скоплений народа.

Поверит ли он в эту чушь? Ей не хотелось признаваться в том, что всю свою жизнь она проводит, прячась среди пыльных стеллажей и ни с кем толком не общаясь. Пожалуй, такая личность ничего кроме скуки вызвать не могла. А казаться Эвану скучной – последнее, чего Элис хотелось в этой жизни.

— Не могу представить вас баловником, даже в подростковом возрасте, — рассмеялась она, чтобы рассеять подступающую хандру. — Мне всегда казалось, что такие молодые люди сразу рождаются в сияющих ботинках и при галстуке.

Но тут она получила ответ на свой вопрос. Может, стоило спросить его о чем-то другом? Но ведь это тоже интересно… Да и о нем самом цель его похода в такое местечко может кое-что рассказать. В конце концов, Элис преследовала цель посмотреть, станет ли он выкручиваться и лгать ей с первой же встречи.

— Меня попросили о помощи в одном деле. Доставить одну вещицу для одной пожилой дамы. Она не в состоянии выходить из дома, да и мой отец ей старый давний друг. Почему бы и не помочь хорошему человеку?

Значит, все-таки станет. Элис не подала виду, но укол разочарования был неприятным. Едва ли отец такого человека мог бы дружить с обитательницей одной из ветхих хибар окраины Хогсмида. Подобные люди никогда не делают ничего просто так. Дружба для них – способ получить выгоду, хорошенько устроиться в жизни, прикрыть тылы в разных делах. Только полезные знакомства, только личный интерес. Таковы все семьи настоящих слизеринцев, и поводов подозревать, будто она нашла единственную в Британии семью, не зацикленную на собственном величии, у нее не было. Значит, цель его визита в Хогсмид на самом деле куда более интересна, чем ей представлялось. Конечно, выяснять и додумывать Элис не собиралась, но ложь посеяла в ней зерно сомнения. Сомнения в том, на самом ли деле она встретила кого-то уникального и особенного.

Вслух, разумеется, она с милой улыбкой очарованной женщины высказала совершенно иные соображения:

— Значит, вы добрый самаритянин? Скрашиваете старость одинокой женщине? Даже не верится.

Элис всмотрелась вдаль, чтобы спрятать взгляд от его пронзительных глаз.

— Я так полагаю, теперь моя очередь попробовать получить свой вопрос?

Элис встрепенулась. Она знала, что рано или поздно дойдет и до его предположений, но все-таки не была готова отвечать совсем уж на любой вопрос. Что, если он спросит ее о чем-то, что ей неприятно? Или, к примеру, о хобби? Что она будет отвечать? Что круглосуточно торчит носом в книге? Но выхода не было. Она свой ответ получила, пусть и не правдивый.

— Пожалуй, — тихо ответила она, вернув на личико вежливую улыбку. — Начинайте.

Что сама она могла бы предположить, глядя на себя же? Ответа на этот вопрос Элис, увы, не знала. Слишком серая для каких-то ярких образов. Слишком невзрачная для чего бы то ни было. Однако у Эвана все-таки нашлись какие-то мысли.

— По началу, я было подумал, что вы либо со Слизерина, либо с Рейвенкло. После пары тем, которые мы успели с вами затронуть, всё-таки думаю, что вы предпочитаете больше разум, чем хитрость. Смею предположить, что так же предпочитаете обществу людей книги.

Элис едва заметно кивнула. Значит, он все-таки разгадал ее сухую натуру. Неприятно. И давно ли это произошло? Неужели по ней так очевидно, что она ничего не знает о жизни?

— Из рода Селвин, значит родители, вернее, как я уже понял, матушка вами усердно занимается, может даже уже и женихам вас показывала.

Она закатила глаза. Да, не стоило тогда, в самом начале, упоминать о материнской строгости. Ей стало обидно за собственную глупость.

— Я же не породистая кобылка, чтобы меня «показывать», — проворчала Элис. — Но да, прецеденты случались.

Эван, тем не менее, продолжал:

— Но вам не сильно это всласть. Могу ошибаться, но вы не из тех, кто ищет. Больше из тех, кто просто верит в судьбу. Верит, что случайно ваше вас обязательно найдёт.

Элис немного размягчилась и даже улыбнулась. Забавно, что все-таки он сумел найти частичку ее «тайного сада» так скоро. Не хотелось казаться наивной глупышкой, напротив, она старалась быть в его глазах более зрелой и мудрой. Не получилось. Но было ли это плохо?

— По-вашему, это глупо, да? — спросила она. — Мне кажется, людей не должны размножать, будто диковинных зверушек – подбирая по породе и цвету шерстки. Но вы заслужили свой вопрос. Прошу, я вполне готова.

Чушь. Готовой она вовсе не была. Кто знает, что может прийти ему в голову?

0

17

— Боюсь, что нет. Я не слишком часто… посещаю Большой зал. Не люблю больших скоплений народа.

- Очень жаль, – Эван с довольной ухмылкой покачал головой и поднял воротник своего пальто, прикрывая им шею. Он начинал чувствовать, как замерзает, но слава Мерлину, никакие сопли не текли, а зубы не дрожали, что очевидно бы испортило ему внешний вид.

- В тот славный день я впервые позволил себе лишнего. – Лишнего – не то слово. Эван также впервые получил свой первый выговор от отца, который на следующий день в качестве профилактики заморозил все денежные средства на счету младшего Розье. Вот только самому младшему было, так скажем, безразлично. Он даже этого и не заметил, так как на протяжении всей недели в свободное время только и делал, что забирался в библиотеку и изучал все новые найденные лекции и книги по тёмным искусствам, - слышали бы вы выражения моего отца по этому поводу,- он принял серьёзный вид и словно ребёнок приподнял вверх указательный палец и принялся изображать басом Розье старшего, - «ты позоришь не столько себя, сколько наших предков, меня и наше честное имя», – и хоть он при всём при этом смеялся, сам в глубине души чувствовал некую обиду, что медленно сжирала его. Сами только представьте: мальчишка, желавший во всём угодить своего отцу, добиться его внимания, наконец, добивается, но каким образом?

— Не могу представить вас баловником, даже в подростковом возрасте, — Он глянул на неё и улыбнулся во все 32, наблюдая за тем, как она смеётся. Ну то-о-очно, в самое сердце - растянулись слова в его голове. — Мне всегда казалось, что такие молодые люди сразу рождаются в сияющих ботинках и при галстуке.

Эван приподнял свои брови, изображая удивление:

- На самом деле, так оно и есть, – невзначай пожал плечами, - уже с рождения тебя не в пелёночку заворачивают, а в красивую обёртку, – и вспомнил свой первый костюм, что выбрала ему мать. Строгий, чисто чёрный. Начищенные кожаные ботиночки. Белая рубашка, которая чуть позже превратилась в рубашку с разноцветными пятнами.  И приколотый к галстучку зажим, на котором красовалась маленькая синяя колибри. Не вечер, а затянувшаяся хандра. - Но согласитесь, всегда выгоднее вести себя с достоинством и честью, не же ли наоборот? – Забавно, наверное, было слышать такое от человека, что несколько минут назад рассказывал о том, как в школе делал катапульту из ложки с пюре и заливался от этого смехом.

— Значит, вы добрый самаритянин? Скрашиваете старость одинокой женщине? Даже не верится. – Он посмотрел на неё, не совсем понимая, с каким скрытым смыслом она произнесла эти слова, ибо улыбалась она довольно мило. А может, просто из вежливости? Его вообще напрягало, что он с трудом понимает, кто идёт рядом с ним. Он хотел знать всё. Изучить вдоль и поперёк. И наконец, успокоиться. Но этого не происходило.

- Вовсе нет. Понимаю, что это будет звучать не красиво, но мне не в радость появляться там. Обещание на то и обещание, чтобы его выполнять. Какие бы неприятные ощущения и ассоциации оно не приносило, – он осознавал, что болтает лишнего. На мгновение даже представил, чтобы было если бы он сейчас заявил о том, что он Пожиратель Смерти, но ей бояться нечего. Она же чистокровная волшебница с громкой фамилией. Он тотчас представил и её взгляд, полный ужаса, от чего почувствовал, как сердцебиение участилось, - да и сам я скорее полная противоположность самаритянина. – Он, прикрыв на секунду глаза, наигранно улыбнулся.

- …вы заслужили свой вопрос. Прошу, я вполне готова.

Оставалось всего несколько метров, как они уже вплотную подошли к воротам школы и остановились. Эван глянул на окрестности Хогвартс и довольная улыбка озарила его бледное лицо.

Он, конечно, прилично так замёрз. Всё-таки в его сегодняшние планы входило лишь прошвырнуться туда да обратно, а никак не бродить в лёгком пальто под снегопадом. С другой стороны, сейчас Эван был более чем доволен проведённым в приятной компании временем и даже не особо переживал по поводу холода. Хотя, кое-что ему всё же не давало покоя, от чего его лицо приняло обеспокоенный вид.

- Думаю, этот вопрос подождёт подходящего случая. Мне было приятно поддержать беседу с вами, – он сделал небольшой поклон, положив свою руку на солнечное сплетение, - доброй ночи, мисс Сэлвин.

Эван спрятал свои руки в карманы пальто, чуть ссутулился, пряча свою шею под воротником, и двинулся не спеша по тропинке обратно. Румянец приятно щипал его щёки. Сам мужчина прекрасно понимал, что с такой учёбой и с такой работой они вряд ли когда-либо ещё увидятся, но никак не исключал эту возможность.

На лице появились ямочки. Ему было смешно от того, что он поначалу вызвался проводить Элис банально из вежливости, а теперь пешком направляется в сторону Хогсмида и пытается вспомнить лицо мистера Сэлвина, дабы сравнить их внешность и убедиться, что она всё-таки была права.

Отредактировано Evan Rosier (2018-07-05 01:51:13)

0


Вы здесь » Marauders. The Reaper's Due » Архив завершенных эпизодов » Lost Girl in Hogsmeade